Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 6 из 13«12456781213»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Предатель Аарон Дембски-Боудена (Ересь Хоруса)
Предатель Аарон Дембски-Боудена
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 16:58 | Сообщение # 76



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Eshek’ra mughkal krikathaa.
Кулаки Ультрадесантника разжались, и меч выпал. Прежде чем воин смог среагировать или хотя бы проявить свои эмоции, его голова в шлеме слетела с плеч. Аргел Тал ударил обезглавленное тело сапогом в грудь, опрокинув его на землю к братьям, где ему было самое место.
Кхарн почувствовал, как из носа бежит ручеек крови.
– Что это был за язык?
– Я велел ему бросить меч.
– Я не об этом спросил, брат.
Аргел Тал рискнул остаться без защиты, протянув руку, чтобы помочь Кхарну подняться. Пожиратель Миров выстрелил с земли, и плазменный заряд пробил дыру в груди другого Ультрадесантника. Воин рухнул, занесенный для удара в спину Аргелу Талу топор с лязгом упал наземь.
– Детская ошибка, – упрекнул Кхарн брата и самостоятельно встал на ноги, хрипло дыша. – Соберись.
– Кхарн! – снова раздался вопль.
Центурион выругался на награкали.
– Да кто это кричит? – добавил он на готике.
Ответ дал Аргел Тал. Он указал золотым клинком в гущу схватки, где к ним прорубался офицер Ультрадесанта в плаще и с плюмажем на шлеме. Воину не требовалось, чтобы его люди рассекали море врагов. Он приближался ровным шагом, наклонив шлем, держа в одной руке силовой меч, а в другой гладий. Кхарн наблюдал, как он выпотрошил одного из разрушителей Скане взмахом меча, в то же время вогнав гладий в горло другому Пожирателю Миров. Оба клинка вырвались из тел умирающих воинов в идеальном порядке, как раз чтобы перехватить удар топора и отвести его в сторону, не блокируя. Пожиратель Миров отвел руку для еще одного замаха, который был вторично парирован. Воин дернулся назад, гладий капитана погрузился ему в живот и вышел обратно, как раз когда меч пронзил грудь.
Хотя Кхарн и находился посреди бури, но все равно благоговейно выдохнул. Идеальное изящество. Идеальная плавность. Идеальная экономия движений, равновесие и приложение силы.
Он должен был сразить его. Что за трофей получится из его шлема.
– Он мой, – произнес Кхарн. – Мой.
Капитан не мог этого услышать, однако он тоже поднял меч и ткнул им в сторону Кхарна, отмечая противника. Снова раздался крик «Кхарн!», усиленный воксом шлема с респиратором Мк-IV.
– Думаю, может оказаться, что это ты – его, – Аргел Тал ухмылялся, и его зубы белели на смуглом лице.
– Займись его почетным караулом, – сказал Кхарн.
Несущий Слово глянул на алебардистов, сопровождавших капитана. Шлем каждого из них был увенчан плюмажем из белого конского волоса.
– Их четверо.
– Несомненно, – Кхарн ногой подбросил с земли упавший цепной меч, забрав окровавленный клинок у одного из мертвых братьев. – Так что удачи тебе.
Он услышал, как крылья Аргела Тала развернулись, снова издав треск парусины, но сам уже бежал вперед. Ультрадесантники расступались, поднимая оружие в оборонительную позицию и пятясь назад, чтобы направить его к капитану эвокатов. Пожиратели Миров, напротив, продолжали бросаться на мечника только для того, чтобы тот позорной легкостью сразил их и оттолкнул ногой в сторону. На бегу Кхарн представил себе презрение, ясно читаемое на лице офицера под синим шлемом.
Произошел новый прилив адреналина, и Гвозди испустили импульс удовольствия, который казался умиротворяющим, словно приложенный к ожогу лед.
– Кхарн, – на краю ретинального дисплея вспыхнула мутная пикт-трансляция. – Кхарн, «Завоеватель» снова на орбите, но мы еще…
– Не сейчас, Лотара.
– Но…
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 16:59 | Сообщение # 77



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Чтобы отключить ее образ и блокировать сигнал, хватило одной раздраженной мысли. Проклятье, в Легионе были и другие офицеры. Офицеры, у которых нет дел по горло в лице вражеских героев. Можно же докучать им.
Он знал, что это говорят Гвозди. Это его не заботило.
Эвокат откинул потемневший от пыли белый плащ и швырнул его наземь. Почетный караул перехватывал Пожирателей Миров, которые продолжали пытаться дотянуться до капитана, и рубил их на куски взмахами алебард. У Кхарна внутри вспыхнула мелочная зависть. Такое единство движений, такая дисциплинированная командная работа. Когда Пожиратели Миров атаковали, то разбивались на едва связанные друг с другом стаи, полагаясь на свирепость и личную силу, а не на тактическую сплоченность. Это зрелище напоминало, какими они могли бы быть – и когда-то были – без Гвоздей.
Аргел Тал приземлился посреди четверки почетных стражей, сжимая алебарду и меч руками, которые должны были бы быть в состоянии держать только одно оружие. Ни один человек не смог бы двигаться так, как он. Не смог бы и не один легионер. Он исчезал из-под каждого рубящего и колющего удара, который оборвал бы его жизнь. Вокруг него колыхалась сама реальность, он двигался быстрее, чем могли бы успеть мышцы смертного. Текучесть выходила за рамки ловкости, как будто у него почти не было костей.
Кхарн слышал, как сливающиеся воедино голоса брата насмехаются над воинами, но не мог разобрать слов. По звуку это было не похоже на резкий чужеродный язык, которым Несущий Слово пользовался раньше, и Кхарн, к собственной неожиданности, был ему за это благодарен. Эта мысль была последней перед тем, как он добрался до офицера.
Они столкнулись клинок к клинку на достаточное время, чтобы он различил едва заметное выражение глаз капитана по ту сторону цветных линз.
– Орфео, – выдохнул Ультрадесантник. – Легат Арматуры. Теперь ты знаешь имя воина, который закончит твою жалкую легенду.
– Гор, – отозвался Кхарн. – Магистр Войны Империума. Теперь ты знаешь имя следующего Императора.
Они расцепились, приложив всю свою массу, чтобы сомкнутые клинки разошлись. Оба воина были измотаны многочасовым боем и знали, что глаза ближайших сородичей начинают следить за каждым их движением. Задыхаясь и страдая от боли, они снова вскинули оружие, перестав быть частью всего сражения.

Бывший Магистр Легиона пригнулся под аркой, входя на мостик. Он сбивчиво хромал, волоча неподвижное бремя заклиненной конечности. Болтеры продолжали глухо стучать, что не сулило ничего хорошего. Куда бы он ни посмотрел, палубу покрывали разорванные тела и следы осколочных гранат. Если они это пережили – а он в этом уже не был уверен – корабль придется ставить в сухой док на капитальный ремонт.
В перестрелке виднелись знакомые фигуры. Кридал превратился в однорукую развалину. Пробитый огнем болтеров, он сгорбленно осел у подножия трона Лотары Саррин. Нерас пал и умер во второй раз, весь левый бок железного тела расплавился до состояния податливого шлака после ужасного выстрела испаряющего орудия.
Сама Лотара, вопреки желанию ее личной охраны, присела за консолью орудий третьего порядка и палила по Ультрадесантникам, которые удерживали заднюю часть помещения. Бойцы охраны были одеты в полные комплекты матово-красной панцирной брони с респиратором и очками-дальномерами. Они присели вокруг, окружив ее с пылкой преданностью. Лорке видел, как она отпихнула одного из них локтем, когда он попытался втащить ее обратно за укрытие. При этом капитан даже не перестала стрелять.
Из нескольких сотен членов экипажа стратегиума не менее трех четвертей уже были мертвы, или настолько близки к этому, что их можно было сбросить со счетов. Лорке понял это с первого взгляда, даже не учитывая, что прокручивающийся поток данных ауспика сообщал ему: «мертв», «мертв», «мертв» подсвечивая мерцанием каждый труп в помещении.
Ультрадесантники отвернулись от обилия легкой добычи, глядя на входящего в зал Лорке поверх стволов. Четверо оставшихся удерживали балкон позади стратегиума, и двое из этих четырех были изувечены и стреляли из распростертого положения. Даже лежа, они использовали собственные тела в качестве щита для пригнувшихся позади братьев.
Тело еще одного, уже убитого массированным огнем дробовиков и лазеров, лежало около командного трона, возвышавшегося над бойней, заваленной трупами смертных. Лорке подозревал, что воин погиб, устроив в этом гнезде легкого убийства соотношение потерь сто к одному. Такой резней мог бы гордиться любой легионер.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 16:59 | Сообщение # 78



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Он оставил без внимания ликующие крики уцелевших членов экипажа мостика, начав ковыляющий и скособоченный подъем. Под его поступью содрогался сам мостик, потолочные светильники бились, осыпая гравированную броню дредноута стеклянным дождем. Сложнее было игнорировать восторг Лотары – он слышал, как она гортанно ругается на награкали: «Вышвырни этих сучьих ублюдков с моего корабля!».
Болты разрывались об атомантический щит. Бурлящий заряд плазмы растекся по энергетическому экрану, на мгновение залив его маслянистым радужным свечением, и растворился в безвредный пар. Лорке принимал натиск в лоб, шагая вверх по ступеням. Несмотря на хромоту, суставы с жужжанием пели скрежещущую песню, и он заставлял железное тело двигаться все быстрее и быстрее.
Щит лопнул, когда он подошел вплотную. Поле отключилось с финальным судорожным всплеском, от которого по наспинной силовой установке расползлись змеящиеся разряды электричества. Это ничего не значило. Абсолютно ничего.
Он раздавил первого ползущего Ультрадесантника массивной ногой, сплющив керамит воина в искореженный металлический блин и размазав по палубе биологические останки. Болты застучали по броне, покрыв его подпалинами, сбив тонкие схемы ретинального дисплея, но не лишив зрения полностью. Царапины. Поверхностные раны, если точнее выразиться. Лорке потянулся к двум следующим воинам, и встроенные в кулаки комби-болтеры открыли огонь с неприятным дребезжанием, даже когда он рванулся, чтобы отшвырнуть врагов в сторону. Он схватил обоих и начал давить.
Ультрадесантник в левом кулаке умер еще до того, как попал в захват. Его насквозь прошил залп комби-болтера. Тем не менее, дредноут встряхнул свежий труп, переломав конечности и шею, а затем швырнул его на палубу через весь мостик.
Оказавшийся в правой руке умирал несколько секунд, с тщетным упорством продолжая кричать и сопротивляться медленно сжимающимся пальцам. Раздался финальный мясной хруст, воин обмяк, и из растерзанного тела хлынула кровь. Лорке бросил органические останки туда же, куда и предыдущего.
– Ты, – сказал он последнему Ультрадесантнику. На мостике «Завоевателя» еще никогда не звучало столь невозмутимой и звучной угрозы.
Воин полз назад, будучи не в состоянии бежать из-за ран в колене и животе. Сопротивляясь до самого конца, он поднял свою плазменную пушку. Магнитные катушки засветились, стали ярче, а затем начали фосфорецировать.
Лорке вырвал ее из руки воина и сжал железные когти, без колебаний уничтожив бесценное оружие. Накапливаемая мощь вырвалась наружу потоком жидкого бело-синего пламени, которое вгрызлось в руку дредноута. Ретинальные показатели температуры подскочили вверх под аккомпанемент предупреждающих рун. Глядя сквозь них, Лорке потянулся вниз и схватил отползающего Ультрадесантника за ногу.
Рывок, поворот сервоприводов запястья, и позвоночник легионера с хрустом превратился в бесполезные костяные осколки. Лорке отбросил парализованную жертву в направлении толпы членов экипажа, вооруженных табельными пистолетами и обнаженными ножами. Те набросились стаей, заканчивая работу дредноута.
Он слышал, как Ультрадесантник закричал, но всего один раз. Не от страха, а от боли при разрезании на куски. Несомненно, достойно уважения.
Лорке прошел мимо стола центральной системы ауспика, где тряслась на аугметических суспензорных кабелях безногая молодая женщина, хирургически встроенная в сканирующую аппаратуру. Ее невидящие глаза были широко раскрыты. Он мог только гадать, как она осталась в живых, находясь в самом центре перестрелки. Ее трясло от шока, соединявшие ее голову с потолком провода и кабели дребезжали. Лорке чуть было не протянул руку, чтобы успокоить ее, но вспомнил, как выглядит. Мертвецы, замурованные в громадных телах из сочащегося маслом железа, как правило, не слишком успокаивают перенесших травму.
Он прошел мимо, подковыляв к Лотаре, которая вставала из-за укрытия в сопровождении чрезмерно бдительных охранников.
– Капитан Саррин.
– Лорке, – она вытерла лоб рукавом и выгнула шею, глядя на него снизу вверх. Она едва доставала ему до бедра.
– Это были последние.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:00 | Сообщение # 79



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


– Благодарю, Магистр Легиона.
Он уже почти произнес: «Мне нужно отдохнуть», но спохватился, прежде чем фраза раздалась из переговорной решетки.
– Я отправлюсь на ремонт, – сказал он вместо этого, а затем запнулся. – С вашего разрешения.
Она кивнула, видя, что на мостике воцаряется жутковатое опустошенное спокойствие. В чем-то оно было хуже перестрелки.
– У меня тут есть кое-какие дела, – словно только что вспомнив об этом, она прокашлялась и задала вопрос. – Сколько ваших братьев еще гуляют по палубам?
Он произвел вокс-подсчет, опираясь на жизненные показатели, поступающие на ретинальный дисплей.
– Трое, – произнес он. – Включая меня.
Ее кожа побледнела от чего-то вроде чувства вины.
– Спасибо, Лорке. Передайте мою благодарность и им.
Он поклонился – этот жест не вязался ни с железной оболочкой класса «Контемптор», ни со связанным с нею воином – и оставил мостик в ее распоряжение.

Рассеянность – злейший враг воина. Кхарн не раз бросал взгляд на обилие надписей на доспехе Орфео, непроизвольно читая одну-две подробности. В послужном списке капитана были такие кампании в Восточном Пределе, о существовании которых Кхарн вообще не знал. Ничего удивительного, что XIII-й провозгласил своим царством пять сотен планет.
Нельзя парировать силовой клинок цепным мечом. Сделать так один раз – испытать удачу, сделать два – все равно что просить тебя разоружить. Энергетическая корона первого разнесет второй на куски. Цепные клинки даже в самых лучших случаях плохо годились для парирования: всегда существовал риск, что они лишатся зубьев при ударе под неправильным углом.
Находясь в невыгодном положении с цепным мечом и гладием, Кхарн должен был бы обороняться, но землю плотно устилали трупы и лишившееся хозяев оружие. Едва ли прошло хотя бы двадцать ударов сердца, а он уже сумел забрать силовой меч павшего Ультрадесантника. Пожиратель Миров ухмыльнулся и вдавил активационную руну, моргнув, чтобы прочистить глаза от жгучего пота. На серебристой стали зазмеились молнии, которые волнами расходились от генератора в эфесе и растворяли пыльную кровь, замаравшую клинок.
Двое снова сошлись, оба были вынуждены сражаться, исходя из возможностей оружия. Орфео занимал ведущую позицию, нанося своим длинным мечом серии рубящих ударов по дуге. Он использовал гладий-дагу, чтобы парировать, а не делать выпады. В качестве колющего оружия от нее был бы толк только при смертельном ударе в живот.
Два длинных клинка Кхарна давали ему превосходство в досягаемости, но преимущество цепного меча было в лучшем случае сомнительным. Оружие было бесполезно против усиленного керамита капитана, и уже теряло зубья, отводя редкие выпады короткого меча. Было почти забавно, что теперь все остальные воины избегали их, освобождая место для схватки двух командиров. Каждое столкновение силовых мечей сопровождалось вспышкой энергии. Кхарн потерял счет времени, полностью сконцентрировавшись на бое.
– Это тебе не топор, – в какой-то момент усмехнулся Орфео. Он парировал очередной режущий удар Кхарна, и Пожиратель Миров услышал по голосу, что другой воин улыбается. – Посмотри, как ты управляешься с этим клинком. Постоянно подставляешь лезвие. Как ты заработал свою репутацию, Кхарн? Кто тебя учил сражаться так, словно все враги – дрова, которые нужно порубить?
Кхарн ответил тремя взмахами со всей скоростью, на которую были способны пылающие мускулы. Все они были с лязгом заблокированы или отведены в сторону.
– Лорке, – сказал он. – Магистр Легиона Псов Войны.
Клинки снова сцепились, и Кхарн обнаружил, что рад секундной передышке. Он попытался восстановить дыхание, но Орфео размашисто крутанулся и вырвался, немедленно обрушив на него очередной шквал ударов.
– Лорке мертв, – произнес Орфео через решетку шлема. – Лорке погиб на Джератау.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:00 | Сообщение # 80



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Кхарн пятился, нащупывая вал тел под ногами. Сколько он сражался? Могли пройти часы, он бы поверил любому, кто так сказал.
– Ты бежишь от меня, Пожиратель Миров? Великий Кхарн избегает боя?
Прежде чем Кхарн смог ответить, это сделали Гвозди. Они вонзились в череп, дергая нервы мозга и посылая электрическое пламя по кровеносным сосудам. Он закричал, чтобы дать выход боли, и замахнулся на приближающегося Ультрадесантника, нанося верхний удар. Орфео парировал и рубанул понизу.
В боку Кхарна снова вспыхнула боль, и вдоль уже полученной в этот день раны появился второй порез. Издав ворчание, он нетвердо развернулся и опустил клинки как раз вовремя, чтобы отбить выпад, который должен был пронзить его от позвоночника до желудка.
Удар ногой в живот Орфео заставил мечника пошатнуться, однако Кхарн выругался, поскольку упустил замечательный шанс сломать колено. Впрочем, он воспользовался паузой, отступил назад и отбросил лишившийся зубьев цепной меч. Лишившись второго оружия, он крепче сжал силовой клинок.
– Я никогда не был выдающимся мечником, – он попытался произнести это с улыбкой, но Гвозди превратили ее в гримасу, и край рта быстро задергался.
– Брат, – раздались два говорящих одновременно голоса. Кхарн рискнул отвести взгляд от Орфео.
Аргел Тал приближался, складывая крылья. Покрытая гребнями окостеневшая броня поскрипывала. Какая бы тварь ни обитала у него в сердце, она проявляла себя, искажая шлем с серебристым лицевым щитком . Тот приобрел вид ободранного черепа, затем лица Кхарна, а потом самого Аргела Тала, наделив воина посмертной маской, отлитой из серебра.
Подходили и шакальи стаи других Пожирателей Миров. Они наклоняли головы или безмолвно наблюдали.
Казалось, Орфео этого не замечает.
– Обернись, капитан, – тихо произнес Кхарн с вежливым уважением.
Орфео послушался, медленно повернулся и оказался лицом к лицу с армией ободранных и окровавленных легионеров XII-го, которые стояли по колено в синих и белых телах. Позади них облаченные в алое Несущие Слово садились возле трупов, размахивая серебряными ножами. Орфео увидел, как они ворошат павших, распевая на колхидском, выкладывая пророчества из внутренностей или связывая останки Ультрадесантников в боевые тотемы. Раненых выживших уже волокли прочь, чтобы распять на танках XVII Легиона.
– Война окончена, – сказал Аргел Тал.
Орфео снова развернулся к командирам Легионов.
– Ты так полагаешь?
Аргел Тал сделал жест рукой в направлении одинокого чемпиона.
– Думаю, картина говорит сама за себя.
Ультрадесантник кивнул.
– В таком случае я принимаю вашу капитуляцию, – сказал он. Пожиратели Миров обменялись низкими смешками.
Орфео еще не закончил.
– Скажите, зачем вы явились на этот мир?
– Чтобы уничтожить его, – отозвался Кхарн.
– Чтобы заставить его страдать, – поправил Аргел Тал. – Чтобы вопли обитателей Арматуры пронзили пелену и насытили варп. Все это – часть великого хора, поющего по всему вашему ультрамарскому царству.
Орфео покачал головой, и его офицерский плюмаж колыхнулся.
– Безумие.
– Для невежественных, – согласился Аргел Тал. Он говорил мягко и без угрозы, почти с жалостью. – Но скоро ты увидишь, что находится на Другой Стороне. Твои крики вольются в песнь, а дух испарится в Море Душ.
– Безумие, – повторил Орфео.
– Твои братья говорили об отваге, – вмешался Кхарн. – Об отваге и чести.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:01 | Сообщение # 81



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


– А ты толкуешь о бесстрашии, – добавил Аргел Тал, и его речь слилась со словами Кхарна. – Впрочем, макраггская поэзия всегда имела мерзкий привкус.
Орфео перевел взгляд с потрепанной фигуры Кхарна на ужасное создание, в которое превратился Аргел Тал. Он стянул с головы шлем, вдохнул удушливую вонь пылающей родины и в последний раз поднял гладий. Оружие зашипело, когда кровь Кхарна начала выгорать на ожившем клинке.
– Хватит болтовни, изменники. Давайте, попробуйте, чего стоит ступить на Пятьсот Миров. Неважно выживу я или погибну, но это избавит меня от ваших проповедей.
Аргел Тал шагнул вперед, однако Кхарн остановил его.
– Дай мне закончить.
Но тут ближайших легионеров отшвырнула вбок приближающаяся более высокая и громоздкая фигура. Примарх был покрыт сотней ран, которых не чувствовал.
– Нет, – выдохнул Ангрон сквозь липкие зубы. – Дай мне.
11
Конец Арматуры
Триарии
Возвращение

– Я буду помнить эти крики до самой смерти, – в голосах Аргела Тала не было никакой интонации, что указывало не на отвращение или удовольствие, а просто на дальнейшую перспективу. Если уж на то пошло, он казался утомленным.
Несущий Слово вновь стал самим собой, серебристая посмертная маска исчезла, а крылья влились в керамит доспеха. Только что он шел с Кхарном среди мертвых и умирающих в облике, который его Легион почтительным шепотом именовал «божественным образом», а в следующий миг рядом с Кхарном уже шагал брат, каким он его знал до Исствана.
Кхарн никак не мог отследить, как и когда с Несущим Слово происходило Изменение. Порой оно выглядело медленным, порой случалось в мгновение ока. Иногда оно было едва заметным, а иногда – настолько явным, что казалось, будто помимо порабощающей твари внутри доспеха Аргела Тала мало что оставалось от воина, которого уважал Кхарн.
Несущий Слово снял шлем, на секунду прикрыл светлые глаза и вдохнул опаленный воздух. В том пахло победой, но эта истина была смехотворной. Победа и поражение пахли одинаково – никогда не имело значения, чьи танки горят и чья кровь течет. Смерть обрушивалась на чувства абсолютно одинаковым образом.
Вопли продолжались. Кхарн первым отвернулся от их источника, и, к его удивлению, вторым оказался Аргел Тал. И теперь они шли вместе, выясняя имена погибших и записывая их для некрологистов.
– Твои люди ведут себя хуже, – заметил Кхарн. Пока они шли через площадь, он указал туда, где два Легиона занимались неприятным делом окончания схватки. Пожиратели Миров добивали всех выживших врагов. Несущие Слово волокли раненых Ультрадесантников к алым танкам и десантно-штурмовым кораблям, чтобы забрать их на орбиту и заняться ими вдали от любопытных глаз. Среди воинов с белом и красном вспыхивали споры относительно лучших раненых, однако присутствие командиров восстановило подобие дисциплины.
– «Хуже» – это вопрос точки зрения, – ответил Аргел Тал.
Над криками и стонами всех Ультрадесантников, которых сейчас уродовали и резали на части ножи XVII Легиона, разносились вопли капитана Орфео.
Кхарн разглядывал гладий, который подобрал среди мертвых тел.
– Почему тебя смущают страдания одного воина, если твои люди творят тут такое? Почему его участь вызывает у тебя презрительную усмешку?
– Тебе не понравится ответ, брат, – произнес Аргел Тал, записывая имя очередного павшего Несущего Слово. – Не заставляй меня давать его.
– Скажи. Ради следующего раза, когда нас скуют вместе на арене.
– Сперва позаботься о нем, – Аргел Тал указал на павшего Пожирателя Миров, облаченного в доспех сержантской раскраски.
– Кровь Истинных, неужели это Гарте?
Кхарн подошел к трупу, лежавшему на широкой груде из тел трех Ультрадесантников. Проклятье. Это был Гарте.
Кхарн присел возле тела, приподняв сержанту голову и аккуратно поворачивая шлем туда-сюда. Он понятия не имел, куда делся его собственный шлем. Он так долго дышал пыльным воздухом, что, несмотря на все генетические усовершенствования дыхательной системы, в глубине гортани остался едкий дымный привкус Арматуры.
– Капитан, – передал по воксу раненый. – Я не могу пошевелиться.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:01 | Сообщение # 82



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


У Гарте не было ног, начиная от середины бедра. Кхарн не мог даже предположить, где они в этом море искореженных тел. Грудь превратилась в мешанину истерзанных костей и керамита.
– Терпи, – сказал он, отпустив шлем воина. – Каргос придет.
Сержант вцепился в ворот Кхарна слабыми пальцами.
– Гвозди пылают даже сейчас, – он закашлялся, сплюнув внутрь шлема что-то влажное.- Как такое может быть? Я умираю, а они продолжают петь? Чего им от меня нужно?
– Терпи, – повторил Кхарн, хотя и знал, что это бесполезно.
– Просто дай мне Покой, – воин снова осел на землю. – Семидесяти лет на службе Мяснику и его Гвоздям достаточно.
Кхарн пожалел, что услышал эти слова. У него начало покалывать в позвоночнике от неуютного ощущения.
– Ты славно послужил, Гарте, – Кхарн разомкнул замки на горле воина и снял шлем. От лица сержанта мало что осталось. Должно быть, это отразилось у Кхарна на лице, поскольку изуродованные черты Гарте исказились в чем-то, похожем на ухмылку.
– Что, так плохо? – спросил он. Булькающий смех перешел в очередной приступ кашля.
В ответ Кхарн мрачно внял его просьбе. Он занес гладий над левым глазом Гарте, острие находилось в одном пальце от расширенного зрачка.
– Скажешь что-нибудь напоследок?
– Ага. Помочись на могилу Ангрона, когда он наконец умрет.
Кхарн пожалел, что слышал и эти слова.
Он толкнул клинок вниз. Раздался звук ломающегося под ногами хвороста и едва различимый звон, когда острие ударилось о камень под головой Гарте.
Он поднялся и услышал, как Аргел Тал разговаривает с другим павшим.
– Здравствуй, – сказал Несущий Слово, придавив нагрудник Ультрадесантника сапогом. Воин безрезультатно скреб руками по ноге Аргела Тала. – Даже умерев, ты продолжаешь драться. Ты настолько упорен, эвокат? Тебе следовало бы носить желтые цвета Дорна.
Кхарн приблизился.
– Я его прикончу.
– Нет.
Услышав отказ Аргела Тала, Пожиратель Миров покачал головой.
– Как в вас умещается столько ненависти к этому Легиону? Им переломили хребет. Они страдают так же, как страдали Вороны и Саламандры на смертном поле. Разве этого недостаточно? Ваша уязвленная гордость не отомщена?
– Ненависть? – Аргел Тал поднял взгляд. Его замешательство постепенно сменилось шутливостью. – Ты так думаешь? Кхарн, ну с чего бы мне ненавидеть Ультрадесант?
– Монархия. Ваше унижение, преклонение колен перед Жиллиманом.
В глазах Аргела Тала замерцало веселье. С каждым мигом Кхарн был все меньше уверен в собственных словах.
– Вы ненавидите Волков за то, что они набросились на вас? – поинтересовался Аргел Тал.
– Это другое дело, – осклабился Пожиратель Миров. – Нас не унизили. Волки не победили.
– Нет? А я слыхал другое. Что это Русс торжествующе выл, когда Ночь Волка кончилась рассветом.
– Ложь, - Кхарн разразился неприятным лающим смехом. – Ложь и клевета.
Какую-то секунду они глядели друг на друга, а затем на лице Аргела Тала проступил намек на улыбку.
– В Легионе были тысячи тех, кто ненавидел Ультрадесант. Когда мы уже направлялись к Калту, Лоргар приказал многим из нас собраться. Мне и прочим, кто стал командирами и апостолами Вакра Джал. Ему был нужен наш совет, как поступить с теми в Легионе, кому он более не доверял. Наш Легион постепенно очищал свои ряды на протяжении десятилетий, однако не случалось ничего вроде Исстванской бойни, которой так гордится Ангрон. Лоргару было известно, что верность Несущих Слово никогда не подлежала сомнению. Однако компетентность – это совсем другое дело.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:02 | Сообщение # 83



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Теперь даже Кхарн не обращал внимания на сопротивляющегося Ультрадесантника. Он молчал, и Аргел Тал продолжил.
– Лорд Аврелиан спросил, что нам следует делать с воинами, которые более не казались ему надежными. С теми, чья ненависть пылала ярче, чем здравый смысл. Таких были десятки тысяч, Кхарн. Целые роты. Целые ордена. Их ярость утратила чистоту.
– Вы их убили?
– Опосредованно. Мы дали им поручение, которого они жаждали. Они отправились с Эребом и Кор Фаэроном, чтобы со славой принять мученичество.
– Ты же не можешь говорить всерьез, – произнес Кхарн.
– Я серьезен, как пустошь, в которую превратился этот мир. Твой Легион прошел очищение на Исстване III, брат. Мой – на Калте.
– Но мы получали сообщения с Калта. Семнадцатый победил. Вы победили.
– Победа – это вопрос точки зрения, – увидев выражение лица Кхарна, он нахмурился. – Не понимаю, почему тебе так неприятно предательство. У тебя нет чести, которую можно было бы уязвить. Ты участвовал в уничтожении четверти собственных братьев по Легиону, а теперь тебе противно, что мы позволили своим убить себя в священном крестовом походе.
Несущий Слово глянул вниз, на Ультрадесантника, которого прижимал к перепаханной земле.
– Я не питаю ненависти к Тринадцатому Легиону, Кхарн. Нас заставил встать на колени Император, а не Жиллиман. Здесь и сейчас их страдание имеет символическое значение и служит высшей цели. Не больше и не меньше.
Кхарн наблюдал, как павший космодесантник царапает сапоги Аргела Тала.
– Это мучение отдает ребячеством. Что изменит в песне боль одного человека?
– Все, – голос Аргела Тала звучал отстраненно. Он пристально смотрел на воина в кобальтовом облачении. – Каждый миг агонии – это нота мелодии.
– Хватит проповедовать, брат. Побереги мистику для тех, кто носит красные цвета вашего Легиона. Просто убей несчастного.
Он ждал усталого вздоха и ворчливого отказа. Но вместо этого Аргел Тал достал алебарду. Прикосновения Несущего Слово к рукояти хватило, чтобы клинок ожил, создав ореол смертоносных молний. Воин просто ударил вниз, пронзив алебардой грудь Ультрадесантника.
Воин содрогнулся и затих, последний раз дернувшись, когда убийца вырвал оружие.
– Тебе идет милосердие, – сказал Кхарн. – Одно дело резня, другое – пытка. Оставь это своим капелланам.
– Милосердие – удел слабых, – отозвался Несущий Слово.
– Я же видел, как ты его проявлял. Кто же ты тогда?
Аргел Тал поскреб темную щеку. Там пробивался слабый намек на черную щетину. Так он еще сильнее напоминал рожденного в пустыне мальчика, ставшего воином.
– Кхарн, я никогда не делал вид, будто не слаб. Мне не нравится война, однако я сражаюсь. Мне неприятны мучения, но я их причиняю. Я не чту богов и все же служу их святым целям. Слабейшие представители человечества всегда будут цепляться за фразу «я просто выполнял приказы». Они прячутся за этими словами, делая собственную слабость добродетелью и возвеличивая жестокость как благородство. Я знаю, что к моменту моей смерти точно такое же оправдание будет сопровождать всю мою жизнь.
Кхарн сглотнул.
– Мою тоже. Как и любого космодесантника.
Аргел Тал посмотрел на него так, словно это доказывало его правоту.
Они двинулись дальше, с будничным раздражением прочесывая землю взглядами. Никому из них не нравилось это дело, но оба отказались полностью возложить его на своих людей. Ни один офицер не станет отдавать приказов, которые не готов исполнить сам.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:02 | Сообщение # 84



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Пока они шли и занимались убийством из милосердия, Кхарн наблюдал за работой Несущих Слово. Исторически сложилось, что Легионы редко брали пленных, но это были очередные издержки наступления новой эры. Вопреки своей репутации аскетов, теперь Несущие Слово радостно встречали каждую возможность согнать раненых в грузовые трюмы. Узникам находилась тысяча применений помимо простой службы на рабских палубах.
Воины XVII-го переписывали «Книгу Лоргара» на пергамент кровью плененных врагов. Они украшали доспехи безделушками из резной кости и содранной кожи. Плащи из человеческой кожи были распространены повсеместно, и многие из них также служили в качестве замечательных полотен для просвещенных текстов. Над шлемами легионеров высились рога из меди, бронзы и слоновой кости, которые отбрасывали резкие тени на освещенные свечами стены на борту пустотных кораблей.
Когда Кхарн набрал воздуха, чтобы снова заговорить, далекие крики Орфео достигли пика. Он заметил, как Аргел Тал поежился.
– Что с тобой?
– Ваш примарх безумен, – ответил Несущий Слово. – Хуже того, он умирает.
Кхарн остановился.
– Что?
Несколько легионеров обернулись, глядя на офицеров. Аргел Тал продолжил идти, зная, что Кхарн последует за ним. Разумеется, он оказался прав.
– Ангрон убивает этого капитана столь ужасным образом потому, что механический паразит замедляет функции его мозга. Мой Легион причиняет страдания, поскольку боль служит метафизической цели. Она доставляет Пантеону удовольствие. Демонстрирует преданность и просит о благосклонности. Страдания для них священны. Боль – это молитва.
Кхарн слушал. Его глаза сузились от неуместности слов.
– Ангрон не умирает, - произнес он.
– Мне нет нужды тебе об этом говорить. Ты же сам утверждал, что ему становится хуже. Скажи же, прошу тебя, каково логическое завершение этого вырождения?
– Тебе Лоргар об этом рассказал?
– Лоргар мне больше почти ничего не рассказывает. Он увлечен великой песнью. Он слышит ее отчетливее, чем наши голоса, даже когда мы стоим рядом с ним.
Пожиратель Миров вновь прищурился.
– А ты ее слышишь?
– Мелодию варпа? Нет. Я слышу Кирену, когда сплю. Каждую ночь она умирает в моих снах, но я ни разу не слышал священного гимна. Это дар одного лишь примарха. Однажды, он поделился им со мной, дав услышать фрагмент того, что слышит сам. Музыку, которая лежит в основе реальности. Звук, который издают все живущие и когда-либо существовавшие души.
На сей раз Кхарн не был склонен уходить от разговора о сверхъестественном.
– И на что это было похоже?
Аргел Тал медленно вздохнул.
– На звуки, которые сейчас издает Орфео. Только хуже.
Кхарн не стал оглядываться в направлении, откуда они пришли. Вопли Орфео все еще разносились над полем боя.
Несущий Слово снова заговорил. Его голос стал более свистящим, нежели глубоким, в большей степени принадлежа демону, а не человеку. Там, где были глаза, начало пузыриться жидкое серебро.
– Варп вокруг этого мира бурлит, Кхарн. Страдания, которое происходит во всех его городах, достаточно, чтобы привлечь божественный взгляд Четырех. А сколько еще планет Ультрамара разделяют эту участь? Сколько их еще будет до завершения нашего крестового похода? Это не умозаключение и не слепая вера. Скоро мы загоним уцелевшее население в свежевальные ямы, а потом свалим их на погребальные костры, пока они еще будут дышать. Истинный Пантеон будет наблюдать и благословит нас за верность. За все это страдание, Кхарн. За всю эту боль.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:03 | Сообщение # 85



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Кхарн остановился, чтобы вогнать свой гладий в шею ползущего Ультрадесантника.
– Ты постоянно так говоришь, но что-то в небесах не пылает варп-шторм.
– Пока нет, - в глазах Аргела Тала продолжала мерцать текучая ртуть.
– Мне надоело, что ваш Легион называет садизм святой добродетелью.
В голосе Кхарна было что-то, что заставило Аргела Тала бросить на него взгляд. Серебро высохло, затвердело и рассыпалось хлопьями. На Пожирателя Миров снова смотрели его истинные глаза.
– Не насмехайся надо мной, – произнес Несущий Слово. – Я не просил, чтобы в основе бытия лежала эта Истина. Мне не доставляет удовольствия нести страдания, поклоняясь богам, которых нельзя игнорировать и которые при этом не заслуживают существования. Однако жизнь – это не то, чего мы хотим. Или ты действительно хочешь этот нейроимплантат, который, словно паук, сидит над паутиной кровеносных сосудов твоего мозга?
На протяжении долгого мига они глядели друг на друга, а затем оба приглушенно рассмеялись. Напряжение просто исчезло. У них всегда так случалось с того самого момента, когда их сбили на пол в первые же секунды схватки на арене. Их Легионы не могли бы отличаться сильнее. Однако они оба испытывали мрачное удовольствие, когда их подхватывало бурей.
Аргел Тал слегка пихнул ногой поверженного Ультрадесантника и двинулся дальше, когда тело так и осталось лежать замертво.
– Порой я задаюсь вопросом, как мы дошли до этого, – произнес он. – До борьбы с невежеством и рабством путем геноцида. Мы можем либо жить в заблуждении и тьме, либо же стать тем, что ненавидим. По ночам меня терзают крики мертвой девочки, которую мне не удалось спасти, а мои ближайшие братья – воин с механическим паразитом внутри черепа и демон, свернувшийся вокруг моего сердца.
Он устало улыбнулся.
– Кхарн, мы определенно не на той стороне.
– Как ты можешь так говорить?
– Потому что обе стороны не те.

Капитан Саррин встретила их на палубе. Они бы предпочли подняться вместе с «Сиргалой», погрузившись на эвакуационный корабль вместе с ее израненным телом, а не лететь впереди на личном челноке. Однако вызов есть вызов.
Лотара перехватила их при выгрузке, почти что подбежав к аппарели. Сервиторы и одетые в мантии с капюшонами адепты Механикума отодвигались в сторону, узнавая ее по форме, или по Кровавой Руке на груди. Повсюду вокруг Пожиратели Миров выплескивались из своих десантно-штурмовых кораблей топающей волной грязного керамита. В ангаре пахло фицелином и известью городских развалин.
– Кида, – произнесла флаг-капитан. - Скажи, что в донесениях ошибка.
На Киде до сих пор был надет форменный комбинезон, шлем с визором был пристегнут к поясу на боку. Она поддерживала Тота, голову которого перевязали чистой тканью.
– Капитан, – неловко отсалютовал Тот. Резкий шум ангара «Завоевателя» уже оказывал на его больную голову разрушительное воздействие. От тепловых потоков отключающихся двигателей легче не становилось.
– Просто говорите, – произнесла Лотара.
– Он мертв, - подтвердила Кида. – «Сиргала» подбита. Старик погиб вместе с ней.
Лотара прикрыла рот обеими руками. Она не имела склонности к драматичным проявлениям чувств, но все равно ей потребовалась секунда, чтобы перевести дыхание.
– Модерати Бли, – раздался голос позади нее. – Модерати Кол. Я немедленно приму ваш рапорт.
Все трое обернулись к говорящему. Он был низкого роста, растолстевшим от неподвижного образа жизни. Над двумя бионическими глазами возвышался вдовий пучок темных волос. Механические окуляры пощелкивали и стрекотали, меняя фокусировку и перемещаясь между двумя членами экипажа. Он удостоил Лотару чуть более почтительного «капитан», после чего решительно отсалютовал.
– Принцепс пенультима, - поприветствовала Лотара в ответ.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:03 | Сообщение # 86



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


– Уже не пенультима. Не забудьте обновить архивы, капитан. После гибели Венрика Солостина я принцепс ультима Легио Аудакс.
– Аудун, ты назойливое мелкое дерьмо, которое хватается за штифты выслуги старика, даже не дав его костям остыть.
Дородный офицер титана вытянулся.
– Мы все скорбим об утрате принцепса Солостина, флаг-капитан. Я оставлю без внимания ваш всплеск эмоций, но прошу в будущем обращаться ко мне с уважением к чину.
Лотара уже перестала обращать на него внимание, перведя взгляд на Киду и Тота.
– Я рада, что вы выбрались с этой проклятой скалы. «Сиргала» пойдет снова?
– Думаю, да, – сказала Кида.
– Она в скверном состоянии, – признался Тот.
– Вы тоже, – натужно улыбнулась Лотара. – Удачи Угольной королеве. Я позабочусь, чтобы ее подняли со всеми почестями и обеспечили ремонт в первую очередь.
Аудун Лирак прокашлялся.
– Пойдет она, или нет, зависит от возможности повторного использования.
Кида побледнела. Тот проворчал какое-то ругательство. Лотара развернулась к новому повелителю Легио Аудакс, но ее слова утонули в вое двигателей приближающегося челнока «Грозовой ворон». Его крылья с обратной стреловидностью отбрасывали на палубу хищную тень.
– … моего корабля, – закончила Лотара, перекрыв стихающий шум двигателей. – Это ясно?
– Эээ, совершенно, мэм. – Аудун побарабанил толстыми пальцами по обтянутому формой животу. Он расслышал примерно одно слово из десяти, но не стоило испытывать терпение флаг-капитана.
Лотара многозначительно посмотрела на двоих членов экипажа титана.
– Мне нужны полные копии ваших рапортов. Если я их не получу, то буду знать причину.
Тот кивнул, а Кида улыбнулась.
– Есть, мэм.
– Хорошо. А теперь ступайте в апотекарион, и пусть Тота заштопают, - она отступила назад, давая им пройти. Повернувшись, чтобы начать долгий путь к мостику, она заметила, кто выходит из «Грозового ворона». Увенчанный гребнем шлем воина выделял его среди братьев, но она бы ясно признала его и по бронзовой символике XII Легиона на обоих наплечниках.
Она наблюдала, как он уверенной походкой спускается по аппарели в ангар – с неоспоримым изяществом и нескрываемым высокомерием. Воин разговаривал с товарищами, не обращая внимания на людей-рабов и экипаж ангара, которые занимались своими делами вокруг.
Лотара Саррин очень спокойно вынула лазпистолет, прицелилась и выстрелила капитану Пожирателей Миров в лицо. Его голова откинулась назад от попадания лазерного луча, и она ощутила секундный прилив удовольствия от по-настоящему отличного выстрела, а затем Пожиратели Миров окружили своего капитана, вскинули болтеры и прицелились через забитую людьми ангарную палубу.
Лотаре хватило времени, чтобы отчетливо подумать: "они не станут стрелять", прежде, чем те открыли огонь. Она увидела свет дульных вспышек задергавшегося у них в руках оружия. Время не замедлилось, как убеждали в военных сагах. Она едва успела моргнуть, а болты уже разорвались в воздухе на расстоянии менее шести метров от ее лица, окатив ее горячими и острыми осколками.
Рабы и слуги разбегались, словно тараканы от внезапного света. Это был один из первых раз в жизни Лотары, когда она была ошарашена. Она не понимала, почему еще жива, но куда больше была раздражена тем, что они посмели стрелять в нее на борту ее же собственного корабля.
Еще один Пожиратель Миров подошел и встал рядом с ней, подняв руку, чтобы удержать телохранителей капитана от дальнейшего нападения. Он мягко и низко произнес одно-единственное слово.
– Хватит.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:03 | Сообщение # 87



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Те не слушали, а капитан не был мертв. Он поднялся на ноги и бросился к ней во главе девяти братьев. На цепи, свисавшей из правого кулака, гремел метеорный молот.
– Ах ты мелкая хнычущая шлюха, - ощерился он, глядя на нее сверху вниз. – Да как ты смеешь?
Он занес оружие и активировал шипастое навершие, намереваясь смести ее с палубы. Лотара плюнула ему на сапоги, но тут стоявший рядом с ней Пожиратель Миров шагнул вперед, не давая обоим перейти к обмену ударами.
– Я же сказал – хватит, – он не опускал руку, запрещая им приближаться. – Уходи, Делварус.
Капитан триариев повернул зловещий шлем к кодицию, сверкнув глазными линзами.
– У тебя нет власти надо мной, Эска. Эта стерва в меня выстрелила. Убирайся с дороги.
– Этого не будет, – терпеливо ответил Эска. – Уходи.
Остальные триарии обнажили клинки, а к Лотаре подошли еще три Пожирателя Миров. Она глянула на них. Все они были выше нее на полторы головы и закованы в черное облачение разрушителей.
– Проблема, капитан? – поинтересовался сержант. К его голосу примешивались помехи вокса.
Делварус указал на смертную женщину, стоявшую в центре группы огромных легионеров.
– Она…
– Я не тебя спрашивал, капитан Делварус. Я спрашивал капитана Саррин, – он посмотрел на нее сверху вниз. Пустая перевязь для гранат лязгнула о нагрудник.
– Ничего такого, с чем я не могу справиться, Скане. Впрочем, можешь остаться.
Подходили все новые триарии, и окружавший Делваруса строй разрастался. Плащ капитана был уничтожен войной на поверхности, однако он властным жестом перекинул изодранные остатки через плечо.
– Это не касается никого из вас, – сказал он. – Сержант, кодиций, разойтись.
Они его проигнорировали. Лотара снова плюнула ему на сапоги.
– Ты бросил корабль, Делварус. Это нарушение долга. Кровь всех, кого мы потеряли при этом абордаже, на твоих руках.
Тот расхохотался.
– Вас взяли на абордаж? Когда я покидал корабль, исход битвы был очевиден. Как ты умудрилась оказаться взятой на абордаж, Лотара?
Она сладко и резко улыбнулась.
– Ты предпочтешь, чтобы я сообщила об этом примарху?
– Да, может и предпочту. Думаешь, ему вообще есть дело? Он теперь вообще едва понимает, кто он такой. Нарушение долга может быть серьезным проступком для Ультрадесантника, но мы несколько ближе к реалиям войны. А теперь убирайся с глаз моих, девчонка. Один раз я оставлю оскорбление без последствий. Но если попробуешь еще раз, я отдам твой череп своим оружейникам под ночной горшок.
С обеих сторон прибывали легионеры.
– Выглядит интересно, – заметил Каргос, вставая возле Скане. – Мы что-то пропустили?
– Она в меня стреляла, – ответил Делварус.
Каргос фыркнул. Звук подозрительно напоминал хихиканье. Такой же лающий вокс-смешок донесся из аугметической гортани Скане.
– Что ж, уверен, ты это заслужил, – сказал апотекарий.
– Ничего смешного, Каргос.
Каргос продолжал ухмыляться, демонстрируя железные зубы.
– Может и нет, зато смешон ты. Получить выстрел на собственной ангарной палубе. Единственное, о чем я жалею, так это что у нас больше нет летописцев, которые бы внесли это в хроники твоего личного героизма.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:04 | Сообщение # 88



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Делварус насмешливо фыркнул и отвернулся.
– С меня довольно этого идиотизма.
– Стой на месте, солдат.
Капитан триариев остановился и развернулся с кошачьей неторопливостью, в которой присутствовало некое веселье. Он оглядел обратившуюся к нему женщину.
– В чем дело, Лотара?
– Ты будешь обращаться ко мне «капитан Саррин». И ты будешь находиться под арестом в своем арсенале, пока я не скажу обратного. Дисциплина продолжает существовать, Делварус, даже если ты считаешь себя выше ее.
– Хватит, девочка. Ты еще жива. Корабль цел.
Лотара вышла из-под защиты Скане, Эски и Каргоса и оказалась прямо перед триарием, глядя прямо на него прищуренными глазами. Она доставала ему головой до нагрудника. Едва-едва.
– Болтеры Тринадцатого Легиона лишили нас двух тысяч членов экипажа, тупой ты сукин сын. Ультрадесантники знали, где высаживаться и куда бить. Две тысячи мужчин и женщин погибли из-за того, что тебе захотелось снискать себе славу в пыли внизу. Не отребье с рабских палуб, не пушечное мясо, Делварус. Обученный, жизненно необходимый экипаж с командной палубы и основного инженариума. Несколько систем получили такие внутренние повреждения, что «Завоеватель» не сможет функционировать в полном объеме, не встав в сухой док на ремонт на месяц, а то и больше. Я ясно выражаюсь, заносчивая свинья? Ты получил приказ. А теперь прочь с глаз моих.
Какое-то мгновение казалось, что он откажется. В конце концов, Делварус кивнул, отсалютовал, приложив кулак к сердцу, и повел своих людей прочь.
– Я возвращаюсь на мостик, – сказала Лотара Эске. – Спасибо за… ну, что ты там сделал. В смысле, с болтами.
Библиарий поклонился, на его растерзанном и сшитом заново лице было обычное выражение жутковатого спокойствия.
– Доброй охоты, капитан.
Она оглядела потрепанную в бою толпу Пожирателей Миров, стоявших вокруг нее с оружием в руках. Для скольких людей точно такое же зрелище стало последним перед смертью?
– Благодарю вас всех.
Все кивнули и разошлись только после того, как она удалилась.
На одном из переходов над ангарной палубой в задумчивом безмолвии стояла фигура, втрое превосходившая легионера ростом. Она сохраняла такую неподвижность, на которую способны только трупы и статуи, поскольку отчасти относилась и к тем и к другим. Он наблюдал, учился и – узнавая – начинал строить план.
Возможно, кодиций Эска что-то почувствовал, поскольку обернулся и взглянул на запасную погрузочную платформу, где одиноко стоял Лорке. Он поднял руку, приветствуя бывшего Магистра Легиона. Лорке ответил тем же, вскинув железный кулак.

Какое-то время капеллан лежал во мраке, приходя в себя после вызванного переходом потрясения. Его не покидало воспоминание о гибели солнца, которое с пронзительным воплем разливало радиацию в пустоту, отравляя целый мир.
Несмотря на окутывающую тело прохладу, мысль вызвала ощущение удовлетворения. Славно служить. А хорошо служить – еще лучше.
Он лежал, а биение его сердца, словно метроном, отмечало ход времени. Когда дрожь прекратилась, он поднялся на ноги, небрежно осматривая неповрежденный доспех. Даже пергаментные свитки не пострадали. Знамение?
Да. Несомненно.
Хорошее знамение.
Решетчатый пол залязгал под ногами, когда он двинулся по сводчатым залам «Фиделитас Лекс». Первыми ему попались двое рабов в мундирах Легиона, которые шептались в алькове, обмениваясь принесенными энергоблоками. Мелочи жизни смертных и сообществ людей на борту боевого корабля не имели для него никакого значения. И все же он был вежлив и сдержан. Насилие следует применять для достижения своих целей, словно скальпель, а не как дубину.
Они услышали издаваемые доспехом звуки, его шаги и попытались убежать. Их остановил его размеренный и серьезный голос. Ему была нужна лишь дата.
ТерминаторДата: Воскресенье, 10.03.2013, 17:04 | Сообщение # 89



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


– Подождите, – обратился он к ним. – Что показывает хронометрический отсчет флагмана?
Они ответили, и он почувствовал, как напряжение отступает. После Калта прошло не более недели. Хорошо. Очень хорошо.
Теперь явно настала их очередь говорить, поскольку два съежившихся раба пали ниц, вознося ему молитву как вестнику богов. Один даже рискнул заслужить побои, прикоснувшись к священному Слову, которое было тушью записано на пергаменте и прикреплено к доспеху Темного Апостола.
Он не причинил им вреда. Даже благословил во имя Четырех, пожелав долгой и праведной жизни.
– Благодарю вас, о великий, – прошептал первый.
– Да благословят вас боги, – разрыдался второй. – Мой господин Эреб.
ТерминаторДата: Воскресенье, 17.03.2013, 17:23 | Сообщение # 90



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


12
Предводители Легиона
Брат мой, враг мой
Посыпь землю солью

В Базилике Перегрина собрались четверо. Трое прибыли прямиком с Арматуры, присоединившись к тому, кто молился в окружении звезд. Над ними медленно плыл флот, который расходился по высокой орбите после окончания битвы. Пустоту усеивали обломки, все еще представлявшие опасность при навигации, и капитаны армады отводили корабли назад, чтобы избежать столкновений с кладбищем останков Ультрадесанта.
На Лоргаре не было доспеха, он облачился в красную рясу с капюшоном – простое одеяние, сотканное из шелка пустынных червей Колхиды, лишенное украшений или орнаментов. Нечто подобное носили жрецы родного мира Лоргара до бурных религиозных войн. Накинутый капюшон отбрасывал на его лицо слабую тень.
Ангрон, Кхарн и Аргел Тал оставались в боевой броне. Все доспехи издавали болезненный треск и шипение поврежденных сервоприводов. Коленное сочленение бронзового гладиаторского облачения примарха искрило, когда он на него опирался. Белую броню Кхарна покрывали серые пятна пыли и грязи, а обильные разводы крови придавали керамиту безмятежно-завораживающую пестроту. На доспехе Аргела Тала присутствовали такие же отметины, хотя священный багрянец куда лучше скрывал повреждения. Он все время шевелил рукой, сгибая локоть с неприятным скрежетом проводки из пучков волокон, чтобы не дать сочленению застопориться.
Тут не было официальности, которая столь часто встречалась в других Легионах. Возле черного железного алтаря располагалась золотая табличка с изящно выведенной надписью на колхидском: «Здесь все равны пред взглядом богов».
Лоргар прохаживался среди книжных полок, поглаживая пальцами корешки тесно стоящих книг в кожаных переплетах.
Аргел Тал и Кхарн переглянулись. На кисти Лоргара вновь была бледная кожа, ставшая золотистой от рунических татуировок. На плоти не осталось никаких следов плазменных ожогов.
– Двадцать шесть миров пали, – обратился Носитель Слова к брату, сыну и племяннику. – Арматура была одной из последних. Похоже, можно будет насчитать и другие, поскольку наши флотилии задерживаются в варпе. Но сейчас до нас начинают доходить цифры, и обстановка такова. Двадцать шесть миров повергнуто, их население вырезано, и их боль молитвой проникает в эмпиреи.
Ангрон бросил взгляд наверх. Его налитым кровью глазам не стало легче от темноты и медленного танца двух кораблей Легионов над головой.
– А что с Калтом?
– С Калтом двадцать семь, – поправился Лоргар.
– Нет, – попытки Пожирателя Миров сконцентрироваться напоминали войну, идущую на всем изуродованном лице. Войну, ведущуюся тиком и спазмами, а также медленным низким рычанием. – Нет, я имел в виду шторм. Ты говорил, что на Калте был варп-шторм. Он не разрастается, как ты обещал.
Лоргар продолжал на ходу читать надписи на корешках книг.
– Песнь еще не достигла пика, однако аналогия явно тебе недоступна. Лучше представь себе, что вся эта бойня – памятник. Пирамида. Она не будет завершена, пока не установят верхний камень. Лишь тогда она укажет на звезды.
Ангрон издал раздраженное ворчание. Кхарн вздохнул.
– Хорошо, хорошо, – усмехнулся Лоргар. – Так, чтобы понял даже ребенок? Все, что мы тут делаем, отдается в варпе, однако наши реальности все еще разделены пеленой. Ритуальная просьба высвободит используемую нами энергию и откроет путь, по которому варп хлынет в материальную вселенную. На Калте Эреб и Кор Фаэрон убили солнце, что послужило верхним камнем их ритуала. Когда запылает достаточное количество из Пятисот Миров, я сотворю собственный верхний камень. Но это должно быть гораздо величественнее, чем медленная смерть Калта.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Предатель Аарон Дембски-Боудена (Ересь Хоруса)
Страница 6 из 13«12456781213»
Поиск: