Гэв Торп Ангелы Тьмы - Страница 3 - Форум
Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 8«1234578»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Гэв Торп Ангелы Тьмы
Гэв Торп Ангелы Тьмы
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:16 | Сообщение # 31



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Как ты думаешь, почему мы явились на Тарсис? — спросил Борей, обернувшись с торжеством на лице. — Семь десятилетий ты находился там, отгородившись от остального Империума. Кто слышал о Тарсисе? Конечно, не великие дома и не Темные Ангелы. Твои силы контролировали корабли, чтобы никто не сбежал без разрешения, но ты не принял во внимание веру и непокорность одного-единственного человека. Он украл шаттл и пролетел через поле астероидов, чтобы оторваться от преследования. Всего один дезертир, хотя я подозреваю, что находились многие другие. У того человека не было ни единого шанса выжить, ему некуда было податься, он просто хотел вырваться на свободу. Это было совпадение, рок или судьба, называй как угодно, но теперь ты платишь по счетам. Пятьдесят дней он плыл в космическом пространстве, на грани смерти, истощенный и сильно обезвоженный, потому что пил только восстановленную воду. Пятьдесят дней, не много с точки зрения космоса, но этого хватило, чтобы передать сигнал бедствия. Один из наших кораблей, патрулируя окраину системы Тарсис, перехватил этот сигнал. Шаттл спасли, и мы узнали о страшных событиях, которые развернулись на планете. И мы узнали о тебе.
— Так вы напали на Тарсис из-за бреда сумасшедшего? — с насмешкой спросил Астелян.
— Нет, командующий Астелян, не поэтому, — медленно произнес Борей и неторопливо двинулся обратно к Астеляну, глаза капеллана сверкнули в тусклом свете жаровни. — Память Темных Ангелов обратилась к событиям, которые произошли десять тысяч лет назад, когда подобные тебе поднялись против собственных братьев и предали их. Об этом времени анархии известно мало, но кое-какие записи остались, у великого магистра капелланов в священном ларце в главной часовне хранится список. Десять тысяч лет мы охотимся за Падшими Ангелами, которые почти уничтожили Льва и его легион, охотимся, где бы они ни были. Мы не знаем, где вас искать и сколько вас осталось, но у нас в списке сто тридцать шесть космодесантников, это они первыми поклялись в верности Лютеру, когда он выступил против нашего примарха. Твое имя, командующий Астелян, в самом верху этого списка. Мы охотились за тобой долго, и теперь мы узнаем от тебя правду.
Борей повернулся и открыл дверь. Там, закутанный в стихарь, стоял Самиил. Библиарий тихо прошел в комнату и встал рядом с Астеляном, у изголовья. Он протянул руки, и бывший командир ордена попытался убрать голову, но оковы не дали ему необходимого пространства. Холодные ладони псайкера опустились на лоб, и Астелян ощутил в глубине сознания шепчущий голос.
«Ты слишком долго обманывал самого себя, — прошелестел голос. — Теперь настало время отбросить ложь. Мы будем срывать покровы лжи, пока не останется только голая правда совершенных тобою поступков. Ты затаил вину в глубине души, но мы не позволим тебе скрывать ее далее. Ты познаешь причиненные тобою стыд и боль и покаешься, что встал на путь зла».
— Я не сделал ничего плохого! — прохрипел Астелян, пытаясь освободить голову.
— Лжец! — взревел Борей, и боль, которая превосходила все, когда-либо перенесенное, пронзила мозг Астеляна.
— А теперь начнем заново, — сказал капеллан-дознаватель своему пленнику. — Расскажи мне о Тарсисе.
ИСТОРИЯ БОРЕЯ

Часть вторая

Через четыре дня после столкновения с орками Борей, преклонив колени, молча медитировал в часовне форпоста. Капеллан был одет в белый стихарь, который указывал на принадлежность владельца к элите ордена — воинам Крыла Смерти. Второй, неведомый посторонним смысл этой одежды означал членство в секретном внутреннем круге. Немного приподняв стихарь, Борей опустился на колени перед алтарем из темного камня с золотыми и платиновыми инкрустациями. Алтарь находился в глубине часовни, которая была устроена на верхнем этаже пятиярусной башни Темных Ангелов в Кадилле, столице Писцины IV. Комната соответствовала изначальному размеру цитадели и была невелика, но все же достаточно просторна для пятидесяти человек, которые участвовали в ежедневных вечернях и заутренях, проводимых Бореем.
Внутри часовни слуги обновляли фрески, их было трое, все — провалившиеся претенденты в космодесантники, тем не менее выжившие во время испытаний. Два человека как раз заново наносили позолоту на трехметровый портрет, который возвышался над алтарем и изображал примарха Темных Ангелов Льва Эль'Джонсона.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:16 | Сообщение # 32



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Борей попытался игнорировать пронзительный скрип деревянных лесов, на которых работали живописцы. Третий слуга освежал фреску, написанную в честь обороны Писцины в недавней войне, начавшейся, когда вожди орков Гхазгхал и Наздрег, объединив армии, молниеносно обрушились на планету. Картина была особенной и внушала Борею как гордость, так и легкий страх. Она изображала защиту базилики, являвшейся когда-то форпостом Темных Ангелов в столице. Капеллан лично командовал боевыми действиями против орды отвратительных чужаков за обладание стратегически важной точкой, которая всю кампанию переходила из рук в руки. Во время битвы у базилики капеллан потерял правый глаз от удара орочьего кулака, едва не размозжившего ему голову. Хотя орки в конце концов были изгнаны, а планета спасена в эпической битве у хребта Коф, бои в залитой кровью резиденции ордена оказались настолько тяжелыми, что после победы над орками укрепленное здание администрации пришлось забросить и построить новую цитадель. Руины все еще возвышались в километре от того места, где Борей сейчас преклонял колени, их сохранили как знак покровительства Темных Ангелов на бесконечно долгие годы.
Вспоминая доблестных боевых братьев, чьи предсмертные слова он слышал в тех разрушенных комнатах и коридорах, вызывая в памяти огромные жертвы, понесенные братьями-космодесантниками, Темными Ангелами и Предвестниками, Борей ощущал некую стесненность в груди. «Была ли базилика настолько уж важна?» — вновь и вновь спрашивал он себя. Быть может, все дело в гордыне, порожденной словами магистра Велиала, приказавшего Борею защищать здание любой ценой? В конце концов, боевые действия внутри мрачного собора были только прелюдией кампании, их роль по сравнению с последствиями бойни у хребта Коф выглядела сомнительной.
Бросив отрывистый приказ, Борей отослал слуг прочь. Чужое присутствие разрушало концентрацию, хотя капеллан пытался думать только о присяге, данной при вступлении во внутренний круг. Он и глазом моргнуть не успел, как люди, собрав инструмент, убрались, за что Борей был им благодарен. Несмотря на сомнения, он оставался командиром Темных Ангелов на Писцине, долг которого — руководить уверенно и показывать пример другим. Даже его минутная слабость могла причинить невообразимый вред не только самому Борею, но и подчиненным, абсолютно доверяющим его мудрости и его руководству. Один Борей знал, какие проявления анархии и разложения могли последовать, окажись доверие нарушенным.
Сообразив, что присутствие слуг тут ни при чем и только собственные темные мысли вызывают тревогу, капеллан решил, что в одиночестве душу успокоить не удастся. Возможно, лучше поискать утешение в компании пяти космодесантников собственного отряда, подумал он. Напоследок коротко оглядев наполовину позолоченного примарха, Борей повернулся и зашагал, его босые ноги громко топали по каменным плитам пола. Распахнув наружу двойные двери, он выбрался из часовни, обернулся и прикрыл тяжелые створки. Гул удара громко разнесся в тишине. Свернув налево по коридору, капеллан пересек башню, чтобы попасть в оружейную палату, в которой надеялся отыскать Гефеста.

Мысль была верная, в этом Борей убедился, как только вошел в мастерскую технодесантника. Как и другие помещения цитадели, это тоже было квадратным и функциональным, с простыми, ничем не украшенными стенами из камнебетона. Здесь, в окружении стеллажей с оружием и рабочих столов, в компании пятерых своих слуг, устроившись за верстаком, Гефест работал над силовой броней Борея. Зажав пластрон в тисках, он деловито удалял с него многочисленные царапины, полученные в бою с орками. Один из помощников, устроившись рядом, время от времени погружал ковш в чашу со святой водой и выливал содержимое на механический напильник.
Слева размещались болтеры и ящики с боеприпасами, все аккуратно уложенные и помеченные символами имперского орла и крылатого меча Темных Ангелов. Рядом с ними на стене висели разнообразные клинки и топоры, среди них цепные мечи, силовые мечи и крозиус Борея. Все они блестели в лучах светильников, что свидетельствовало об особом внимании Гефеста, который каждый вечер с любовью очищал оружие при помощи священного масла.
— Что привело тебя в мою комнату, брат-капеллан? — спросил Гефест.
В этот миг Борей понял, что завороженно смотрит на испускаемое крозиусом сияние.
Технодесантник бросил взгляд поверх плеча Борея.
— Ты опоздал на общую молитву вчера вечером, — сказал Борей, которому вдруг пришло в голову, что и сам-то он не очень уверен в причине прихода.
— Ну-ну… — Гефест вытер мясистые ладони о белую ткань и встал со скамьи. — Ты же знаешь, мне позволено исполнять мои обязанности здесь, я так и поступаю все последние вечера после боя на Вартозе.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:17 | Сообщение # 33



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Конечно, — согласился Борей, прекрасно зная, что технодесантники освобождены от молитвы, если присутствие на ней мешает ремонту и обслуживанию боевого снаряжения. — Я не сообразил, как много работы досталось тебе после той стычки.
— Я предпочел бы потратить двадцать часов на ремонт одного болтера, чем хоть на секунду засомневаться: вдруг мои боевые братья не могут сражаться в полную силу из-за моей небрежности в работе, — улыбнулся Гефест. — И еще я обращаю особое внимание на броню капеллана-дознавателя, потому что она того заслуживает.
— Да, я знаю о твоей любви к изделиям мастера Мандеуса, — заметил Борей, позволив себе одну из редких своих улыбок. — Ты не раз говорил, что умрешь довольным, если сможешь создать модель брони вполовину столь же великолепной, как моя.
— Я мог такое сказать, — подтвердил Гефест, — но по ошибке. Как следует поработав с броней в эти дни, я многое узнал о методах Мандеуса и теперь буду доволен, если создам такой же хороший доспех!
— Разве ты не предпочел бы сработать доспех лучше Мандеуса? — спросил Борей, подошел к верстаку и принялся разглядывать разрозненные части сервоприводов и искусственные мышцы-волокна, которые Гефест извлек из нагрудника.
— Если я сумею подражать его умениям с теми инструментами, которые у меня найдутся здесь и сейчас, я сочту себя лучшим мастером, — ответил Гефест тихо.
Борей наградил его вопрошающим взглядом.
— Великие мастера Мандеус, Генеон, Астер и все им подобные работали в Башне Ангелов, среди братьев, с помощниками, выполнявшими второстепенную работу, на которую я тут растрачиваю свои дни. Ты видел большой армориум нашего ордена. Это место в нашей башне по сравнению с ним ничто.
— Тебя тяготит здешний пост? — тихо спросил Борей, понимая, что его собственную душу гнетет то же самое чувство: желание быть свободным от Писцины с ее ограничениями. — Ты считаешь, что в армориуме, со своими коллегами-технодесантниками, ты лучше послужил бы Императору?
Гефест колебался, пытаясь уловить настроение Борея. Он коротко глянул на помощников (те погрузились в собственные обязанности, или, по крайней мере, выглядело это именно так), после чего задумчиво ответил, понизив голос и придвинувшись вплотную к капеллану-дознавателю:
— Мы все боролись, проливали кровь на этих вулканических островах, чтобы защитить Писцину от орков, — сказал он. — Я готов снова делать это и работать на Писцине, пока магистр кузни не посчитает нужным прислать кого-нибудь взамен.
— Но ты не ответил на мой вопрос, — настаивал Борей с печальной улыбкой. — Я не стану судить тебя, почему бы тебе не достичь совершенства в своем деле? И я не собираюсь возлагать на тебя ответственность за желание идти по стопам великих предшественников. Ты великий мастер, твое терпение — дань уважения нашему ордену. Не мне выступать от имени великих магистров, но, когда Башня Ангелов снова возвратится к нам, они узнают о твоей самоотверженности и твоем мастерстве.
— Я не искал похвалы, брат-капеллан, — быстро сказал Гефест. — Ты меня спросил, и я ответил честно, как мог.
— Раз ты не искал похвалы, то тем более достоин ее, — заявил Борей, положив руку на плечо товарища. — Я задал вопрос не из подозрения, но из доверия. Не хочу, чтобы тебя угнетали твои мысли и амбиции, ты должен чувствовать себя свободно и говорить свободно, и со мной, и с другими. Только в стремлении к вершинам своих возможностей мы сумеем сохранить гордость ордена и его честь.
— В таком случае могу я задать вопрос, брат-капеллан? — спросил Гефест, вглядываясь в лицо Борея.
— Да, конечно.
— Твой глаз… — начал Гефест. — В последнее время ты выглядишь обеспокоенным, и я задался вопросом, а нормально ли работает устройство. Это оно вызывает у тебя боль?
— У меня постоянные боли, ты же знаешь, Гефест, — ответил капеллан, отстранив руку и отступив назад. — Другого пути нет, а этот служит средством от самоуспокоения.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:19 | Сообщение # 34



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Я все-таки хотел бы глянуть и развеять свои страхи, — продолжал настаивать Гефест.
— Ты проделал прекрасную работу с моим глазом, — заметил Борей. — Оценивать результаты своих трудов — это хорошо, но ты судишь себя слишком строго.
Заметив решимость в глазах технодесантника, капеллан смирился, кивнул и опустился на скамью. Гефест склонился над ним, пальцы ловко занялись бионическим органом, и основная часть изделия, щелкнув, высвободилась. В тот же миг Борей ослеп на правый глаз. Это не вызывало беспокойства: раз в год Гефест всегда удалял глаз, чтобы убедиться в его безотказной работе. Странным было то, что технодесантник попросил сделать то же самое всего через два месяца после предыдущей проверки.
Взяв с верстака сложный инструмент, Гефест разблокировал корпус глаза и проник внутрь его. Он бережно извлек линзы, протер их тканью и отложил в сторону, прежде чем углубиться еще дальше при помощи маленького пинцета. Пока Гефест делал свое дело, капеллан зрячим глазом наблюдал за напряженным лицом технодесантника. Раз Гефест так сильно озабочен состоянием Борея, то, возможно, и другие заметили перемену в его настроении. Капеллан-дознаватель решил переговорить с ними, оценить настроение и задать кое-какие важные вопросы. Бездействие и рутина даже для привычных к ним космодесантников стали слишком уж постоянными спутниками и нагоняли тоску. После предыдущего визита Башни Ангелов минуло уже два года, и жизнь в изоляции от ордена, возможно, начинала взимать дань со всех, а не только с Борея.
— Все, кажется, функционирует как и положено, — сообщил Гефест, собрал бионический глаз и вставил его обратно. В правой глазнице Борея коротко кольнуло, а затем полноценное зрение вернулось к нему. — Однако я заметил на имплантате свежие струпья, похоже, недавно рана снова открылась. Ты можешь попросить Нестора глянуть, что там.
— Спасибо, так и сделаю, — пообещал Борей, радуясь, что нашел причину для посещения апотекария и беседы с ним, хотя к ответственности за сохранение боевого духа и дисциплины такая причина отношения не имела. — Я тебя увижу сегодня на вечерней службе?
Гефест сделал паузу и оглядел арсенал, прикидывая объем работы, потом посмотрел на Борея и коротко кивнул, после чего вернулся за верстак и подобрал свой механический напильник. Режущие зубья, ожив, загудели, когда Борей выходил из комнаты.

Капеллан-дознаватель спустился по центральной винтовой лестнице башни и попал на уровень, расположенный двумя этажами ниже. Здесь находился апотекарион, владение Нестора и медицинский центр форпоста. Войдя, Борей не обнаружил никаких признаков присутствия апотекария. Светили продолговатые потолочные лампы, их резкие отблески сияли на полированных поверхностях из стали, на тщательно систематизированных хирургических инструментах, на пузырьках с каплями и эликсирами, которые рядами выстроились вдоль длинных полок. В центре комнаты доминировали три хирургических стола. Капеллан понятия не имел, где может находиться Нестор, поэтому подошел к комм-блоку и нажал руну общего вызова башни.
— Это Борей. Апотекарий Нестор, ответь, — проговорил он и отпустил кнопку активации.
Ответ пришел через секунды, дисплей комм-блока показал, что сигнал идет из расположенного глубоко в основании башни подвала.
— Нестор здесь, брат-капеллан, — отозвался апотекарий.
— Пожалуйста, пройди в апотекарион, мне нужно обсудить один вопрос.
— Подтверждаю. Буду незамедлительно.
Борей подошел к ближнему операционному столу и посмотрел на собственное отражение в блестящей металлической поверхности. Капеллан много раз бывал в подобных местах, иногда как пациент, иногда ради духовной поддержки оперируемых братьев. К тому же он слишком часто проводил последние обряды над умирающими, в то время как апотекарий извлекал прогеноиды для того, чтобы передать священное геносемя будущим воинам. Это было наиважнейшее дело, совершаемое ради выживания ордена.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:20 | Сообщение # 35



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Новое геносемя почти невозможно создать — Борей не знал ордена, который сумел бы совершить подобный подвиг. Таким образом, приходилось полагаться исключительно на хранилища геносемени и имплантацию этих жизненно важных органов. У каждого десантника было два прогеноида, и теоретически его смерть могла обеспечить сразу две замены. Но, несмотря на отчаянно смелые усилия апотекариев, многие прогеноиды гибли на поле боя, прежде чем их удавалось собрать ради продолжения существования ордена.
В задачу капеллана входило объяснять каждому десантнику, какое наследие он несет в себе, воспитать чувство долга и стремление преумножить славу ордена. Космодесантника учили, что ему в любой момент могут приказать пожертвовать собой, однако он не должен продавать жизнь за бесценок, ибо тем самым он предал бы тех, кто придет следом.
Известная имперская поговорка гласила: «Только со смертью кончается долг». Однако даже гибель не снимала с космодесантников обязанности по защите человечества и созданного слугами Императора Империума. В самой своей смерти они продолжали жить во вновь созданных космодесантниках. Иногда тех, чьи физические тела уже не удавалось спасти, помещали внутрь могучих ходячих танков, дредноутов, и они продолжали по тысяче лет жить в виде гигантских воинов с телом из пластали, адамантия и керамита. В результате узы братства просуществовали десять тысячелетий Империума и теперь объединяли самых первых космодесантников с теми, кого посвятили в разведчики десятой роты. Именно это физическое родство связывало воинов ордена, каждого с каждым. Не только традиции ради они назывались боевыми братьями…
…Или так поучали литании, но Борей имел и другой опыт. Став членом Крыла Смерти, вступив в элиту внутреннего круга Темных Ангелов, он открыл для себя многое ранее неизвестное. Еще больше сведений он получил во время допроса Падшего Ангела Астеляна, и эти знания до сих пор беспокоили его.
Герметическая дверь отворилась, ее шипение возвестило о прибытии апотекария Нестора. Из всей пятерки, служившей сейчас под командованием Борея, этот был космодесантником дольше всех и уже достиг определенной черты. Сам Борей стал Темным Ангелом почти триста лет назад, но более чем шестисотлетний Нестор являлся одним из старейших членов ордена. Борей не понимал, почему ветеран не возвысился и не был принят в Крыло Смерти. Нестор считался одним из лучших апотекариев на поле боя, раненный в битве за базилику Борей своей жизнью был обязан именно ему. Кроме того, Нестор получил награду за боевую доблесть во время первого штурма орками хребта Коф.
Апотекарий поседел сильнее Борея. Толстую восковую кожу его лица покрывали рубцы и шрамы, шесть штифтов выслуги были забиты в лоб, по одному за каждое столетие службы. Темные глаза и наголо бритая голова придавали медику угрожающий вид, что совершенно не вязалось с известной Борею добросовестностью и заботливостью апотекария. Однако ошибкой было бы принимать такую заботливость за слабость, в бою Нестор проявлял не меньшую свирепость, чем любой другой воин, соратник Борея.
— Чем могу помочь? — спросил апотекарий, прошел мимо и прислонился к операционному столу.
Борею показалось, будто он уловил некое мерцание во взгляде Нестора, мгновенную вспышку нервозности.
— Гефест сказал, что мой глаз, возможно, смещается внутрь раны, и порекомендовал это проверить, — быстро проговорил Борей, глядя прямо на апотекария.
— Возможно, он сместился во время стычки на Вартозе, — предположил Нестор.
Он, продолжая стоять, жестом предложил Борею лечь. Капеллан-дознаватель сделал это и уперся взглядом в яркую лампу прямо над смотровым столом. Нестор исчез на мгновение, потом вернулся с одним из своих инструментов и попытался осторожно прижечь плоть на правой половине лица пациента. В основном это были искусственные ткани, приживленные к металлической пластине, заменившей капеллану значительную часть виска, щеку и лоб. Борей ощущал приглушенное покалывание, пока апотекарий осматривал старые раны. С ворчанием Нестор выпрямился.
— Там, кажется, несколько разрывов на трансплантате, ничего серьезного, — прокомментировал Нестор. — Это вызывает у тебя дискомфорт?
— Не более чем обычно, — ответил Борей, усаживаясь и свесив со стола ноги. — Как ты думаешь, хуже будет?
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:20 | Сообщение # 36



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Спустя время — да, именно так оно и будет. Некоторые капилляры отказали, другие ослабли, и плоть медленно умирает. Для полного исцеления потребуется новый трансплантат. — Нестор быстрым взглядом окинул апотекарион, прежде чем продолжить: — Боюсь, у меня нет возможности провести такую операцию на Писцине. Я дам тебе раствор, чтобы омывать лицо каждое утро, будем надеяться, что процесс отмирания замедлится. Насчет инфекции волноваться не нужно, твой организм более чем готов очиститься от любой болезни, которую тут можно подхватить.
— Гефест будет рад, — заметил Борей. — Он слишком уж беспокоился.
— Неужели так? — пробормотал Нестор, укладывая свой инструмент в автоматическое моющее устройство, скрытое в стене апотекариона.
— В смысле? — Капеллан встал и поправил тяжелое облачение. — Ты только что подтвердил, что причин для беспокойства нет.
— Насчет глаза все верно, — бросил Нестор через плечо. Он убрал зонд и бережно вернул его на прежнее место среди скальпелей, зеркал, игл и других инструментов своего ремесла. — Тем не менее одной из причин кровотечения из трансплантата могла оказаться нагрузка на другие части твоего тела.
— Думаешь, нужно полное обследование? — спросил капеллан, оглядывая самого себя. — Я вроде здоров.
— Нет, я имел в виду другое, — отозвался Нестор, сопроводив свои слова легким покачиванием головы.
— Тогда говори, что ты имеешь в виду, — раздраженно бросил Борей, устав от тонких намеков. — Что, по-твоему, не так?
— Прости меня, брат-капеллан. — Нестор смиренно склонил голову. — Я просто сделал наблюдение.
— Ну так поясни свои наблюдения, во имя Льва! — рявкнул Борей.
— Тебе труднее, чем всем остальным, служить в гарнизоне вдали от наших братьев, — заявил Нестор, поднимая взор.
— Ты о чем?
— Обеспокоенные, это к тебе мы обращаемся, чтобы ты напомнил нам о священных обязанностях и освежил в нашей памяти данные обеты, — объяснил мягко Нестор. — Когда мы подавлены вынужденным бездействием и жаждем общения с другими, это ты руководишь нами и делишься собственной мудростью. Но к кому руководящий обращается сам?
— Именно из-за моей веры и силы духа я был избран, чтобы стать капелланом, — заметил Борей. — Такова наша роль — отдавать свои внутренние силы другим.
— Тогда прости мои ошибки, — проговорил Нестор быстро. — Таким, как я, иногда сомневающимся, идущим кровавым путем и нуждающимся в руководстве, не понять, как можно пройти тем же путем в одиночку.
— Точно так же, как я не могу понять, для чего нужны машины в этой комнате, или разобраться в секретах калибан хеликс в нашем геносемени, — ответил Борей после минутного раздумья. — Я не могу понять и работу собственного искусственного глаза, меня удивляет, что Гефест изготовил этот глаз из стекла и металла и все же придал ему подобие жизни.
— Думаю, у каждого из нас своя цель в этом мире, — согласился Нестор, хлопнув по ладони Борея. — Гефест занят машинами, я — здоровьем тела, а ты, брат-капеллан, существуешь для нашего ума и нашей души.
— Вот поэтому я и прошу тебя перейти к обсуждению твоих собственных проблем, — предложил Борей, решив, что пора перевести разговор в русло, которое ему нравилось куда больше.
Он знал, что Нестор не ставит под сомнение ни образ мыслей капеллана, ни его лояльность, но чем больше Борей говорил о таких вещах, тем явственнее звенел в его ушах смех Астеляна.
— Я доволен, — сказал Нестор. — Я шесть веков служил Императору и Льву. Я купался в белом огне сражений и создавал новые поколения Темных Ангелов. Все, что я стремился доказать самому себе или моим братьям, уже доказано, остается лишь передать познания другим да еще хранить гордость и достоинство нашего ордена. Если судьба и верховный великий магистр решат до конца дней оставить меня на Писцине IV, я не стану спорить с ними.
— Ты определенно слишком опытный, чтобы ограничиваться такими приземленными обязанностями, — заявил Борей, крепко скрестив руки на груди. — Не думаешь, что опыт, подобный твоему, лучше бы потратить в Башне Ангелов на обучение последователей? Роль сиделки при капеллане с разбитым глазом едва ли достойна таких талантов.
— Ты пытаешься меня провоцировать, брат-капеллан? — жестко спросил Нестор. — Следуй воле Императора, и я снова повторю, что доволен. Писцина не только форпост, это система вербовки. Мои умения и опыт позволяют оценивать приходящих следом. В том, что касается будущей судьбы ордена, мне доверено много большее, чем ты думаешь.
— Я не стремился принизить то, что ты здесь делаешь, мои слова, возможно, были неразумными, прошу прощения, — поспешил оправдаться Борей.
Он расцепил руки и шагнул к Нестору. Апотекарий улыбнулся и кивнул, принимая извинения. Бросив последний взгляд, Борей отвернулся и прошагал к двери.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:20 | Сообщение # 37



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Брат-капеллан, — окликнул его Нестор. — Ты ничего не забыл?
— Я могу прочитать на память все триста стихов калибанской хроники, и я не забываю вещи.
— Значит, успокоительный эликсир для лица тебе не нужен?
— Принеси мне его во время вечернего приема пищи, — отозвался капеллан с улыбкой.

Борей вернулся на лестницу, намереваясь спуститься на нижний уровень и поискать других членов своей команды. На площадке он остановился и посмотрел сквозь толстое стекло узкого окна, собираясь с мыслями. Густой смог ограничивал видимость, так что башни и заводы на расстоянии выглядели смутно очерченными силуэтами. Птица вспорхнула совсем близко, прежде чем скрыться в коричневато-серых облаках. Наблюдая, как она исчезает вдалеке, он вдруг понял, что именно выявили разговоры с Гефестом и Нестором: нужно больше времени проводить с братьями, а не замыкаться в своих опасениях. Космодесантники решили, что он их тонко проверяет, и это доказывало Борею, что от его компании отвыкли. Отвернувшись от окна, он продолжил спуск по лестнице.
На первом этаже находились помещения для претендентов, которые приступили к суровым физическим тренировкам, как только попали в башню; капеллан знал, что в их компании найдет и сержанта Дамаса. Хотя Борей был командиром форпоста, за претендентов отвечал Дамас. Достигнув звания сержанта-ветерана, он был переведен в десятую роту для участия в наборе рекрутов. Как и другие Темные Ангелы на Писцине, Дамас был награжден за доблесть, проявленную во время вторжения орков. Он вместе с командой разведчиков и теперь уже легендарным сержантом Нааманом проник в расположение орков, собрал там важные сведения и уничтожил реле, которым чужаки пользовались, чтобы питать энергией свой громоздкий орбитальный телепорт. В результате контрудар по продвигающимся оркам получился сокрушительный, и хотя во время отступления лазутчиков Дамас был тяжело ранен, он контратаковал противника до тех пор, пока его собственная команда не отошла.
Сейчас Дамас находился среди четырнадцати подопечных юношей. Почти наполовину такой же огромный, как рассказы о нем, он выглядел гигантом даже без доспехов и даже по меркам космодесантников. Когда Борей вошел, претенденты сидели вокруг сержанта-ветерана. Капеллан на мгновение остановился в дверном проеме, прислушиваясь к разговору.
— Ваше первейшее оружие — это ваше тело, — произнес Дамас, обращаясь к своей внимательной аудитории. — Еще до того, как вы получите такие же кости и мышцы, как у меня, я научу вас ломать человеческую шею одним ударом. Я покажу вам, как можно раздавить внутренние органы врага кулаками, обезвредить его пальцами или покалечить ему локти и колени.
Дамас наклонился и положил на голову одного из юношей свою руку, размером с хорошую доску.
— Со своею силой, данной мне апотекариями и моей верой, я могу за секунду превратить твой мозг в кашу, — объяснил он мальчику, который нервно засмеялся, вызвав тем самым смех других. — Более того, я могу выдержать любую предпринятую тобой атаку.
Дамас отдал юношам распоряжение встать и указал на одного из них, предложив тому ударить так сильно, как только получится. Мальчик подошел ближе и остановился в нерешительности.
— Я не ударю тебя в ответ, — заверил Дамас мальчика. — Но если ты еще раз постесняешься выполнить мой приказ, отлуплю.
Получивший нагоняй мальчик атаковал с пронзительным воплем и впечатал свой кулак Дамасу в живот. Удар заставил бы обыкновенного человека задохнуться, но, по расчетам Борея, он не мог заставить Дамаса даже оторвать подошвы от пола. Мальчик взвизгнул и схватился за ушибленные пальцы. Борей рассмеялся вместе с претендентами. Единственной жизненно важной частью тела космодесантника, которую не защищал черный панцирь, была голова. Сердца, легкие, желудок — все эти органы оставались неуязвимыми для ударов без применения оружия, даже если их наносил самый сильный противник. Услышав смех капеллана, Дамас оглянулся. Следом за инструктором кандидаты тоже увидели Борея и моментально замерли в торжественном молчании, склонив головы. Борей вошел и хлопнул по спине парня, нападавшего на Дамаса, почти сбив претендента с ног.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:21 | Сообщение # 38



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Смелая попытка, — похвалил Борей, помогая мальчику удержаться на ногах.
Он уже узнал Бейаса, одного из двух претендентов, привезенных перед битвой у Вартоза. Бейас, видимо, оправился от шока. С момента прибытия минуло всего несколько дней, но мальчик успел измениться. Его голову обрили наголо, весь щенячий жирок сошел с сильного торса. Юноша держался прямо, взгляд стал жестче, чем прежде. Дамас проделал хорошую работу.
— Марш! — рявкнул Дамас, дважды хлопнув в ладоши. Мальчики без лишних слов пустились бежать вдоль стен гимназии, которая занимала весь этаж башни.
Топот босых ног по деревянным доскам заглушал разговор космодесантников.
— Я вижу, дела идут хорошо, — начал Борей, наблюдая за бегающими юношами.
— Удачный выбор. У двоих последних, в частности, хороший потенциал, — кивнув, согласился Дамас.
Затем его взгляд слегка потемнел.
— Но их только четырнадцать в этом сезоне? Башня Ангелов будет здесь раньше, чем через полгода, и для второго этапа тестирования нам нужно найти тридцать новобранцев, их там ждут.
— По-твоему, что лучше: недобрать нашу квоту или передать им мальчиков, которые провалятся в два счета? — поинтересовался Борей. — Раз качества нет, значит, его нет, и ничего тут не поделать.
— Ты знаешь, о чем я говорю, — настаивал Дамас. — Не понимаю твое нежелание…
— Ты про восточные племена? Думаешь, мы можем принимать тамошних дикарей в новобранцы?
— Все они дикари, — заметил Дамас, пожав плечами. — Не вижу никакой разницы.
— А я вижу, — возразил капеллан. — Я уже говорил, они слишком кровожадные, даже для наших целей. Будь у нас на Писцине дислоцирована полная рота, я их истребил бы. Некоторые замашки восточных племен — на грани адских. Они прекратили поклонение Императору и вернулись к варварству, боюсь, этого не выбить даже за десять лет обучения.
— Они сильно напоминают мне мой собственный народ на Слэзи, — многозначительно прокомментировал Дамас. — Возможно, ты слишком сурово судишь о них.
— Возможно, твоя постоянная настойчивость в этом вопросе указывает на то, что ты кое о чем умалчиваешь, — предположил Борей. — Уже несколько месяцев это единственное, о чем мы говорим.
— Число претендентов сокращается, и это меня беспокоит, вот и все, — спокойно заявил Дамас. — Я считаю своим долгом напомнить тебе обо всех доступных возможностях. Тут нет неуважения к твоей позиции, я понимаю, у каждого из нас свои обязанности и свои принципы, которых следует держаться.
— Быть может, это их сходство с племенами Слэзи тяготит тебя, — сказал Борей.
— Думаешь, я тоскую по домашнему миру? — Дамас нахмурился.
— Тосковать — это слишком сильное слово, я ни на минуту не сомневаюсь в твоей верности Темным Ангелам. Наша традиция мудра: мы не посылаем космодесантников в их домашние миры, опасаясь последствий. Возможно, тебя зря отправили на планету, которая очень похожа на твою собственную.
— Не вижу тут ошибки, — возразил Дамас. — Мой домашний мир теперь Башня Ангелов, она была им двести лет. Слэзи — лишь один из миров, которые я поклялся защищать.
— Тогда я допустил ошибку, — признал Борей, доброжелательно кивнув. — Не хочу, чтобы ты подумал, будто я затаил какие-то сомнения по поводу твоей работы. Я здесь твой наставник и советник и хочу, чтобы ты свободно говорил обо всех своих тревогах.
— Тогда я беспокоюсь, что у нас так мало новобранцев, вот и все, — проговорил Дамас тихо.
— Очень хорошо, отмечу твои рекомендации в журнале, так что, если мы провалимся с квотой, никто тебя не обвинит, — пообещал Борей.
— Меня беспокоят не обвинения, а будущая сила нашего ордена, — поправил Дамас капеллана-дознавателя.
— Тогда я позабочусь, чтобы моя запись упомянула и об этом. Ты доволен новой партией претендентов, несмотря на их малое число?
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:21 | Сообщение # 39



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Все они улучшили свои навыки и оправдали мои ожидания, — подтвердил Дамас и снова дважды хлопнул в ладоши.
Внимательные к приказам инструктора претенденты, стремительно работая ногами, собрались возле космодесантников.
— Я оставляю тебя твоим ученикам, — сказал Борей и повернулся, чтобы удалиться.
Уже очутившись по ту сторону двери, он услышал, как сержант-ветеран приказал группе разбиться на пары, чтобы попрактиковаться в рукопашном бою.

Ход мыслей Борея расстроился. Присутствовало в ситуации нечто неладное, он это чувствовал. На первый взгляд все шло своим чередом, однако в настроениях команды появились «подводные течения». В них присутствовал слабый неопределенный упрек. Подобно самому Борею, остальные Темные Ангелы тоже были разочарованы, фактически они сидели на необитаемом острове, в то время как другие боевые братья устремлялись в славную битву совсем в другом месте за сотню, если не за тысячу световых лет от Писцины. Или причина была в беспомощном состоянии самого Борея, которое он проецировал на других? Других космодесантников назначение на эту планету, возможно, слегка раздражало, но не более. Этого следовало ожидать. Нестор вроде бы чувствовал себя в этой ситуации комфортнее остальных. Но это само по себе могло оказаться проблемой. Вдруг старый апотекарий смирился с собственной судьбой? А если он потерял энергию? Не хотел ли он, измученный долгой службой, наконец-то умереть?
Прежде чем идти проверять боевых братьев Тамиила и Завла, капеллан решил поразмыслить как следует. Он прошагал по лестнице до самого верха цитадели и выбрался на крышу, где находилась площадка, предназначенная для наблюдений и стрельбы. Порт Кадилл был виден как на ладони, а выше него — большой вулкан, на склонах которого выстроили город. Крепкий бриз бил в лицо, хлопал полами стихаря, заодно освежая разум капеллана. Когда пределы часовни начинали стеснять разум, Борей часто приходил сюда, чтобы вернуть мыслям их свободное течение. На этот раз он подобрался к южному парапету и посмотрел вниз по склону вулкана в сторону моря.
Тут был промышленный центр Кадилла. Именно здесь находились громадные доки, к которым причаливали чудовищно громадные океанские комбайны, были тут и высокие подъемные краны, и портальные погрузчики, которые рассекали бухту, чтобы забрать грузы газа и минералов, взятых со дна моря. Фабрики, которые перерабатывали руду и выплавляли металл для перевозки на другие планеты, расползлись вокруг гавани, подобно дымящемуся пятну. Здесь же располагались и жилые блоки, вместительные конструкции из камнебетона, набитые миллионами рабочих Кадилла. Близился вечер, вскоре гудки и сирены должны были известить об окончании дневной смены и о наступлении ночных часов. Когда опустится тьма, тысячи плавильных печей зальют небо багряным светом.
Борей обошел башню вдоль парапета и обратил взгляд на восток. Тут был район побогаче, а рядом развалины древней базилики. Еще дальше, за островерхими башнями планетарной знати, за дворцом имперской правительницы леди Созен, лежал хребет Коф. Именно возле него Темные Ангелы и Имперская Гвардия когда-то удерживали позиции и отбивали атаки орков. В случае прорыва обороны две армии зеленокожих получали возможность соединиться, и тогда планета пала бы наверняка.
Именно поэтому тысячи гвардейцев и космодесантники числом около сотни сдерживали бесчисленную орду чужаков на бесплодном и каменистом клочке земли. Борея там не было, потому что он продолжал сражаться в Кадилле. Однако рассказы о героизме и победе вызывали у него гордость. Боевые братья Темных Ангелов боролись, понесли страшные потери, но своей кровью добыли победу и уберегли Писцину от порабощения. Пади Писцина IV, и орки высадились бы на Писцине V, не встретив ни малейшего сопротивления. Племена оказались бы вырезаны или порабощены, а мир утрачен Темными Ангелами навсегда.
Борей ничего не мог с этим поделать, однако с горечью размышлял о событиях последних пяти лет. Когда-то целая рота под командованием магистра Велиала была дислоцирована на планете. Теперь только горстка ветеранов продолжала защищать будущее ордена. Башня Ангелов возвращалась все реже и реже, и Борей задавался вопросом — как скоро великие дела уходят в забвение?
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:22 | Сообщение # 40



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Продолжая обход цитадели, он обратил взгляд на север. В первую очередь он увидел огромную открытую площадку северного космопорта, корабли там приземлялись и взлетали каждую неделю, доставляя жизненно важные грузы и взамен увозя в дальние системы полезные ископаемые. Возле космопорта происходило неладное. Сосредоточившись, Борей разглядел струи темного дыма, которые, будто змеи, извивались над прилегавшими улицами. Вдобавок он сумел различить оранжевые сполохи пламени.
Капеллан-дознаватель подбежал к ближайшей орудийной башне и вошел внутрь. Он включил комм-блок и нажал кнопку вызова командного центра, размещавшегося в цоколе здания. Там как раз дежурил Завл.
— Это Борей. Ты получал какие-нибудь необычные сообщения из северной части города?
— Ответ отрицательный, сегодня не было ни одного экстренного сеанса связи, — ответил Завл через минуту. — Есть проблемы?
— Соедини меня со штаб-квартирой полковника Брэйда, — велел капеллан, активировав систему управления турелью.
Двигатели, зажужжав, ожили, комм потрескивал, пока Завл подключал его к главной антенне, которая возвышалась как раз над центральной частью башни. Борей развернул пушку на север, манипулируя одной рукой и одновременно наблюдая за большим сенсорным экраном. На экране было ясно видно, как полыхают многочисленные уличные пожары, а дым заполняет похожие на каньоны мостовые и шоссе.
— Лорд Борей? — ожив, прохрипел комм.
— Полковник Брэйд, прямо сейчас я вижу некоторые признаки беспорядков рядом с северным космопортом. Пожалуйста, проясните ситуацию.
— Там произошел небольшой мятеж, мой лорд, — ответил Брэйд. — Всего лишь сотня-другая погромщиков. Силы безопасности правителя пытаются сдержать их по моему приказу.
— Пожалуйста, сообщите, кто отвечает за операцию, и я немедленно присоединюсь к нему, — пообещал Борей, наблюдая на мониторе, как разрастается пожар.
— Не думаю, что в этом будет необходимость, мой лорд. — Голос Брэйда сорвался. — Я уверен, люди правителя способны справиться с ситуацией.
— Я желаю лично наблюдать за событиями, пожалуйста, проинформируйте полевого командира, пусть ждет моего приезда.
Борей оборвал связь и отключил питание турели.
— Следи за всеми местными передачами, я отправляюсь в район северного космопорта. Надо узнать, что там происходит, — передал он Завлу.
— Я прослежу за тобой на оракул-экране, — подтвердил боевой брат.
Маячок, встроенный в шасси мотоцикла, мог каждые несколько секунд передавать координаты, это позволяло космодесантникам быстро отыскать седока, если тот сталкивался с опасностью или не сообщал о себе в назначенное время.
— Открыть ворота, — приказал Борей под рев двигателя и отпустил сцепление. Он прогрохотал по скату и углубился в городской сумрак, оставляя позади хвост синеватого дыма.
Проехав между бронированными бастионами ворот, Борей прибавил скорости. Пока капеллан мчался по улицам, его стихарь хлопал на ветру, случайные автомобили и тяжелые грузовики-платформы притормаживали, уступая дорогу. Был самый разгар рабочей смены, и улицы стояли почти пустыми. По обе стороны мелькали, быстро оставаясь позади, мрачные здания Кадилла. Борей заметил краткие проблески удивления на лицах немногих гуляющих горожан. Им не часто доводилось видеть своих таинственных сверхчеловеческих покровителей, и некоторые пешеходы бежали следом, выкрикивая слова благословения и хвалы.
Понадобилось всего несколько минут езды, после чего в небе над Бореем появился густой черный дым. Впереди сгрудилась толпа, но она легко расступилась, пропуская мотоцикл, после чего улицы вновь начали наполняться. Теперь люди держались более осторожно. Борей заметил темно-красный мундир стража порядка из службы безопасности Кадилла и направил мотоцикл прямо к этому человеку. Стражем оказалась женщина, ее глаза и голову скрывало блестящее стекло забрала, она откровенно изумилась, когда капеллан очутился перед ней. В руках женщина держала лазган, который уже начал ходить ходуном из-за ее нервной дрожи.
— Кто тут отвечает за все, где я могу его отыскать? — спросил Борей, наклонившись к стражнице.
Крошечная женщина, очевидно, была напугана его присутствием.
— Лейтенант полиции Верузий, — ответила она, задыхаясь. — Он т-там, где самые сильные беспорядки. Это на западе, следующий перекресток.
— Больше не пропускайте людей в эту зону, — велел ей Борей.
— Это мы и п-пытаемся делать.
Женщина отступила на шаг назад.
— Хорошо, — одобрил Борей, запустил двигатель и поехал прочь.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:22 | Сообщение # 41



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


На пути к перекрестку, на протяжении примерно километра, ему все чаще попадались сотрудники службы безопасности. Наплыв горожан, сдерживаемых кордоном, усилился. Толчея и натиск приостановились под взглядом космодесантника, толпа расступилась, то здесь, то там раздавались возгласы, извещавшие о прибытии Темного Ангела.
Вскоре он увидел линию противостояния. Дым клубился над головами, и многочисленные стражи выстроились цепью поперек дороги. Борей заметил припаркованный неподалеку бронированный автомобиль и небольшую группу офицеров рядом с ним. Все они разом отпрянули, когда мотоцикл, взвизгнув покрышками, затормозил позади их машины.
— Лорд Борей! — воскликнул один из них. Он тут же схватился за свой комм-блок, который время от времени резко выдавал новую порцию непонятного шума. — Какая честь для меня!
— Вы лейтенант полиции Верузий? — спросил молодого человека Борей.
— Нет, это я, — отозвался более старый и низкорослый сотрудник безопасности. Одетый в длинную красную форменную шинель с золотым кантом, он был без шлема. Лицо у него было широкое и будто рассеченное темными усами, жидкие волосы коротко острижены.
— Полковник Брэйд уже предлагал свою помощь, и я заверил его, что у нас все под контролем.
— Нисколько не сомневаюсь, я просто хочу узнать, что происходит, — сообщил Борей.
— События зрели месяцами, — сердито проговорил Верузий. — Началось все с волнений на заводах, люди заговорили о каких-то якобы таинственных знамениях, о противоестественных бурях в середине сухого сезона, во всех шахтах наткнулись на пласты пустой породы, на все про все ушло несколько недель, потом странные мутанты атаковали океанские комбайны. Пошли слухи, будто астропаты в своих грезах видели водовороты крови и слышали крики умирающих детей. Драки участились, люди даже убивали друг друга в ссорах, а теперь случилось вот это.
— Вспышку неповиновения этим не объяснить, — возразил Борей. — Беспорядки были чем-то или кем-то раздуты.
— Сегодня утром прилетел звездолет и стыковался с орбитальной станцией, — объяснил Верузий. — Пошли циркулировать выдумки про их навигатора, который пострадал от какой-то атаки, будто бы его вытащили из купола, и с лица потоком текла кровь, каждый сосуд в теле порвался. Мы пытались пресечь слухи, приказали службе безопасности закрыть космопорт, но сказанного не воротишь. Люди начали стекаться сюда, чтобы узнать новости, потом все это приняло скверный оборот.
— Почему меня не поставили в известность? — возмутился Борей. — Эта информация касается безопасности нашего форпоста.
— Я тут ни при чем, вам придется связаться с помощником правителя, — ответил Верузий, пожав плечами. — Если станет хуже, нам придется отдать приказ и стрелять на поражение.
— Нет! — отрезал Борей, окинув взглядом сотрудников службы безопасности. — Никаких ненужных смертей. Предоставьте оценку ситуации мне. Я проинформирую вас, что следует предпринять.
Он прошел дальше вдоль улицы и обнаружил, что бунтовщики уже выстроили баррикады из платформ и покрышек. Из-за баррикад в стражей порядка летели куски кирпича, оттуда же погромщики метали пылающие факелы, поджигая здания по обеим сторонам улицы. Мужчины и женщины из службы безопасности выстроились в неровную цепь поперек главной дороги, ведущей к космопорту, заодно перекрыв бунтовщикам доступ к имперским дворцам. Борей остановился позади цепи и оглядел сброд в дальнем конце улицы. Стоящих перед ним стражников пугал этот взгляд поверх их голов.
Толпа состояла из двух сотен человек, многие с горящими факелами и импровизированным оружием. Шум разносился по улице, однако острый слух Борея различал в какофонии бунта каждый звук. Вопли и крики глушили треск огня, хруст дерева и звон бьющегося стекла. Капеллан ощутил запах дыма от пожара, пот людских тел, кровь, пролитую в грязь на другом конце улицы.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:23 | Сообщение # 42



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Красные пятна мундиров выделялись на черном камне дороги там, где лежали раненые стражи, товарищи не имели возможности спасти их из самой пасти мятежной толпы. Борей протиснулся сквозь заградительную линию, один из стражников камнем рухнул на колени, когда здоровенный космодесантник, слегка коснувшись рукой, отстранил его.
После этого капеллан двинулся к бесчинствующей толпе, обломки кирпича падали возле него и разбивались о дорогу. Через мгновение бунтовщики заметили Темного Ангела, град метательных снарядов сделался реже и совсем иссяк, крикуны успокоились и замолчали. В считаные минуты присутствие капеллана прекратило насилие, одного его появления хватило, чтобы изгнать дух неповиновения из разума бунтовщиков, эти мысли оказались вытеснены опасениями и трепетом. Борей находился в десяти шагах от авангарда мятежной толпы и продолжал медленно и целеустремленно надвигаться. Благоговение снова заставило толпу расступиться, люди образовали круг, и тогда Борей остановился в самой его середине. Только случайный звон битого стекла, на котором скользили ноги протестующих, да еще треск пламени нарушали встретившее космодесантника молчание.
Борей оглядел окруживших его людей, гнев и ненависть на их лицах сменились откровенным ужасом. Многие плакали, некоторые в шоке повалились на колени, кое-кого вырвало от страха. Другие невнятно молились Императору, кирпичи и дубинки выпали из пальцев и со стуком ударились о камнебетон. В конце концов воцарилось молчание, Борей слышал только дыхание впавших в панику людей и стук их сердец. Никто не посмел поднять взгляд, когда капеллан-дознаватель суровым взором окинул покоренную толпу.
По мере того как Борей смотрел на нарушителей покоя, его собственный гнев постепенно улегся. Эти люди не были еретиками, подлежащими уничтожению, не были они и недовольными, замыслившими мятеж. Они были только гражданами, страх которых превратился в гнев, которые вопиют о помощи и руководстве.
— Простите нас, мой лорд, простите нас! — взмолился один из бунтовщиков, тощий человек в униформе грузчика северного космопорта, и бросился в ноги Борею. — Мы не хотели вызвать ваш гнев!
— Мир вам! — произнес Борей, нависая над скопищем перепуганных людей.
Он протянул руку и поднял простершегося человека на ноги.
— Сложите оружие, отбросьте свой гнев и страх. Взгляните на меня и запомните, что слуги Императора наблюдают за вами. Не бойтесь, ибо я нахожусь здесь как ваш опекун, а не как ваш палач.
Люди в толпе стояли молча и рассматривали космодесантника, заодно переглядываясь между собой.
— Но мы боимся, мой лорд, — признался портовый рабочий. — Время тьмы приходит, мы видели приметы, мы слышали пророчества.
— А я здесь, чтобы защитить вас, — заверил горожан Борей. — Я и мои братья здесь, чтобы следить за вами, чтобы охранять вас от опасности. Я стою перед вами как представитель Темных Ангелов, как воин Императора, чтобы напомнить о священной клятве, которая связывает наши судьбы. Я подтверждаю ее здесь и сейчас! Клянусь честью моего ордена и своей собственной душой, что я и мои боевые братья отдадим жизни ради защиты вашего мира, какова бы ни была угроза.
— Что с нами будет?! — крикнула высокая женщина, в ее светлых волосах запеклась кровь, рана пересекала одну щеку.
— Я не могу винить вас за ваши страхи, — сказал Борей. — И не могу помиловать за ваши поступки. Вы не можете восстать против слуг Императора и остаться безнаказанными. Я попрошу имперского правителя проявить снисходительность, но сейчас я прошу вас сдаться на ее милость и подчиниться правосудию. Кто из вас считает себя лидером этих беспорядков?
Возник слабый ропот, трое мужчин нерешительно выступили вперед со склоненными от стыда головами.
Все они были одеты в комбинезоны портовых рабочих с нашивками диспетчеров на груди.
— Был же еще один человек! — выкрикнул кто-то. — Он-то все и начал!
— Инопланетник, который выступал с речами, — добавил чей-то голос.
— Расскажите о нем, — потребовал Борей от главарей.
Ответил самый старший, человек средних лет с густыми кудрявыми волосами и длинной бородой.
— Парень работал на судне, которое находилось на орбите, его шаттл привез историю про изуродованного навигатора, — сказал мужчина, оглядывая толпу. — Я не вижу здесь этого инопланетника.
— Расскажи мне о корабле, — попросил Борей, нависая над человеком. — С какого корабля он высадился?
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:23 | Сообщение # 43



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Он называл свой корабль «Сан Карте», — ответил другой лидер мятежников. — Судно бродячих торговцев, как он рассказывал. Говорил, что пришел из других миров, в которых было восстание и где Темные Силы обработали руководителям мозги. Он обвинил правительницу Созен в том, что она попала под влияние чужаков.
— «Сан Карте»? Ты уверен, именно так назывался корабль? — настойчиво спросил капеллан, ухватил бунтовщика за нагрудник комбинезона и заставил привстать на цыпочки.
Название шокировало Борея, как удар.
— Да, да, мой лорд, — заикаясь, повторял человек, его глаза переполнились страхом.
Борей отпустил его, поспешно повернулся и пошел, люди из толпы спотыкались и отбегали, чтобы убраться с дороги. Сделав несколько шагов, он задержался и, заметив, что стражники осторожно продвигаются вперед, снова обратился к толпе.
— Подчинитесь правосудию и славьте Императора за мое терпение! — предупредил он, а потом зашагал прочь, обуреваемый мрачными мыслями.
Капеллан-дознаватель вернулся к стайке сотрудников службы безопасности, рядом с мотоциклом Борея стоял Верузий.
— Большое спасибо за ваше выступление, мой лорд, — поспешно поклонился он. — Ваша милость оказывает мне честь.
— Накажите их по собственному усмотрению, — велел Борей, толчком отстранил Верузия и взобрался на мотоцикл.
Сейчас его заботило только одно — установить истину относительно присутствия «Сан Карте». Если корабль действительно побывал на Писцине, это было опасно и сулило гораздо большие беды, чем бесчинства нескольких горожан или вспышки беспорядков на почве суеверий.
— Помните, нужна сильная рука, чтобы вести слабые умы, — сказал он Верузию резко. — Доброта похвальна, но слабость лишь позволяет раку ереси развиваться дальше незамеченным и порождать гниль. Правосудие — не мое дело, на то есть законники, но я предлагаю подвергнуть экзекуции главарей. Они предали оказанное им доверие, а такое недопустимо. В ускоренном порядке накажите остальных, а потом верните их на работу, безделье — причина, по которой плодится инакомыслие. Я также вынужден потребовать, чтобы вы нашли прибывших на корабле «Сан Карте» и немедленно казнили их.
Он не объяснил, что, отвергни Верузий предложение капеллана, очень может быть, Темным Ангелам пришлось бы взять на себя работу палачей. Чем меньше тех, кто в курсе насчет «Сан Карте», тем меньше вероятность, что сомнительная история корабля выйдет наружу. Верузий снова заговорил, но пульсирующий рев ожившего мотоциклетного двигателя заглушил его голос. Борей развернулся, оставив за собой шлейф дыма вперемешку с пылью, и помчался вдоль по улице. На сердце было тяжело, он прокладывал путь назад на форпост, не обращая никакого внимания на шатающихся горожан и патрульных стражников, которые разбегались, освобождая дорогу.
ИСТОРИЯ АСТЕЛЯНА

Часть третья

Комната плыла и вращалась в видении, закручиваясь над плитой в серый водоворот. Астелян потерял представление о времени, ощущения сводились к чередованию периодов пустоты и боли. В некотором роде ожидание пытки в одиночестве страшило сильнее, чем сама пытка. Присутствие рядом Борея, который по-своему перетолковывал любые действия, а слова Астеляна обращал против него самого, давало точку опоры. Несмотря на боль от ран и запугивания капеллана-дознавателя, Астелян мог сосредоточиться и защищаться от обвинений. Он понял, что пытается подтолкнуть Темных Ангелов к пониманию поступков, которые они называли его преступлениями. Хотелось избавить их от невежества, вынудить глядеть шире, это был вызов, реальная цель, которая помогала Астеляну держаться.
Но когда они оставляли его в одиночестве, казалось, на несколько дней кряду, становилось трудно, это было труднее, чем продолжать борьбу. Доводы, такие ясные, когда он излагал их Борею, превращались в путаницу сомнений.
Вопросы капеллана вгрызались в разум и изводили Астеляна, ослабляя решимость. Что, если он потерял свой путь? Что, если он сошел с ума и все совершенное — только отвратительные поступки, порожденные измученным разумом?
Астелян боролся против этих мыслей, согласиться с ними было все равно, что признать все свои действия бессмысленными. Окажись это правдой, и величайший момент в его жизни, когда он высказался в поддержку Лютера, тоже потерял бы всякое обоснование. Если все бессмысленно, то Борей прав, и он, Астелян, совершил тяжкий грех.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:23 | Сообщение # 44



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Но он не согрешил, Астелян оставался непреклонен в этом, по крайней мере, в те драгоценные минуты, когда мог собраться с мыслями. Его обвинителей там не было, они не пережили ничего подобного. Теперь у них появилась благоприятная возможность открыть неизведанную часть истории, то самое событие, которое совершенно явно наложило печать на их души. Астелян мог научить их тому, что знал сам, мог вернуть Темных Ангелов на истинный путь Императора. Он разрушил бы их предрассудки и доктрины, повернув допрос в свою пользу. Он должен был сказать, а Темные Ангелы обязаны были услышать.
Тем не менее приходилось заодно противостоять псайкеру, колдуну Самиилу. Внутренняя память о самом себе, собственные мысли и чувства казались Астеляну грубо оскверненными. Это был факт, который в первую очередь внушал тревогу. Наряду с чуждыми инопланетными расами психические мутанты представляли для человечества самую большую угрозу. Император знал об этом и сам говорил об опасности одержимости и порчи. Разве не осудил он легион Тысячи Сынов за занятия магией? И вот теперь, после десяти тысяч лет хаоса, Империум наводнен колдунами. Целые организации занимаются их вербовкой и обучением. Эти колдуны стали оскорблением всех прежних стремлений Императора. Адептус Астра Телепатика с их обязательным ритуалом связывания души были подобны пиявкам, присосавшимся к великолепию Императора; Схоластика Псайкана призвала псайкеров на военную службу. Астеляну больно было думать о том, что извращенная небрежность позволяет внутренним врагам процветать за счет самого человечества. Забыли люди об опасности или просто предпочитают ее игнорировать, ставя под угрозу будущее Империума?
И, вершина глупости, они позволили псайкерам становиться космодесантниками! Называют их библиариями, утешительным эвфемизмом, чтобы не слишком задумываться о последствиях. Это маска, ширма, чтобы власть имущие могли делать вид, будто у творимых ими мерзостей есть цель. Астелян опасался за судьбу Империума, сформировавшегося после принесшей бедствия Ереси Хоруса, и тревожился по поводу шансов человечества выжить в Галактике, которая по определению противодействует выживанию.
Но что он мог поделать? Пока Астелян оставался командиром ордена, он в авангарде борьбы защищал будущее человечества. Теперь же за все, что он собой олицетворяет, на него обрушились ненависть и невежество.
Но что же на самом деле он олицетворяет? Вопросы Борея снова надоедливо крутились на краю сознания, давая иное объяснение доводам, которые Астелян использовал, чтобы оправдаться. Действительно ли он отличался от примархов, которые отринули дело Императора и заменили его своими собственными планами? Рожденный воином, кто он такой, чтобы судить о судьбах человечества? Его дело — выполнять и отдавать приказы, сражаться в битвах, а не определять будущее людей. Неужели высокомерие толкнуло его покинуть Льва Эль'Джонсона? Он, Астелян, заявлял, что ему известны замыслы Императора, но разве это так?
— Я вижу, ты размышлял о своей жизни, — раздался голос Борея.
Астеляна на миг охватила паника. Как долго он, сосредоточившись на собственных мыслях, не замечал присутствия капеллана-дознавателя?
— Я пытаюсь убрать мерзкий голос колдуна из своей головы, но он меня отравил! — прошипел Астелян, пытаясь вытереть грязь, которую чувствовал на своем лице, но цепи были слишком тугими, и ладони, словно в насмешку, лишь помахали в воздухе перед лицом. Ненадолго Астеляну показалось, что это руки Самиила готовятся снова осквернить его разум и покопаться в тайниках памяти, эта мысль вызвала мгновенную дрожь. Тряхнув головой, он снова сосредоточился на камере и Борее.
— Ты хорошо поступаешь, Астелян, — сказал ему капеллан. — Вижу, мы отходим от грязи и лжи, я уже почти слышу, как ты кричишь, умоляя о прощении.
— Никогда! — Решимость Астеляна сразу вернулась к нему, и разум опять прояснился.
Он никогда не признает, что не прав. Это значило бы отказаться от всего, чему учил Император, и примириться с пародией, в которую теперь превратился Империум.
— Я не нуждаюсь в прощении. Это вы должны молить о пощаде Императора, потому что извратили его мечты, его славные стремления.
ТерминаторДата: Понедельник, 19.08.2013, 19:25 | Сообщение # 45



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Я пришел сюда не бред слушать, а информацию получить, — отрезал Борей.
— Спрашивай, что хочешь, я стремлюсь говорить только правду. Если ты приветствуешь подобное, то хорошо, но что-то я в этом сильно сомневаюсь.
— Ну, это мы посмотрим. — Борей скрестил руки на груди и занял свою обычную позицию возле плиты, в головах. — Ты говоришь, что отправился на Тарсис на корабле, с тобой были другие Падшие. Расскажи, как ты и твои спутники попали на это судно.
— Для начала я должен рассказать, что случилось со мной после сражения на Калибане, — заговорил Астелян. — Все началось с великого смятения и боли. Целую вечность я чувствовал себя бесформенным, искаженным и вывернутым наизнанку бурлящей силой. Я находился в центре шторма и одновременно был частью водоворота. От понимания, кто я и где я, уцелела бесконечно малая часть. А потом словно наступило пробуждение ото сна. Калибан, сражение и огонь с небес казались лишь иллюзорной памятью.
— Где? В каком месте ты себя обнаружил?
— Вот это и оказалось самым неприятным.
Астелян поморщился. После пыток, причиненных руками Борея, и психического зондирования, устроенного Самиилом, он все еще испытывал головокружение и тошноту. Чтобы сконцентрироваться, пришлось закрыть глаза.
— Я находился на каменистом склоне, бесплодная безжизненная пустошь тянулась передо мной. Исчезли густые леса Калибана, небо над головой было желтым, а над горизонтом висело словно разбухшее светило. Сначала я подумал, что все еще продолжаю спать. Невероятная природа случившегося мучила меня и заставляла сомневаться в собственном здравомыслии. Но когда это разбухшее солнце село, а ночное небо заполнилось незнакомыми созвездиями, я понял, что все это реально существует. Не понимая, куда попал, я решил выяснить, что это за место. Прошло много времени, прежде чем я обнаружил истину.
— Что за истина? — спросил Борей.
— Я оказался далеко, очень далеко от Калибана, — вздохнул Астелян. — Когда наступило новое утро, я решил идти на восток. Никакой реальной цели не было, но внутренний голос подсказывал, что следует идти в сторону солнца. Я надеялся, что отыщу поселение или, если подобное невозможно, по крайней мере получу представление о месте, в котором оказался. Так я шел целый день по каменистой осыпи на склоне большого дремлющего вулкана и ничего не нашел.
— Как ты выжил?
— Планета оказалась не такой безжизненной, как мне сначала подумалось. Имелись отдельные перелески из тонких деревьев и колючего кустарника. Тут я обнаружил, что, если копать достаточно глубоко, можно найти воду, которая сочилась сквозь скалы и собиралась в небольшие лужи под поверхностью. Там же обитали грызуны, змеи и насекомые, все они пожирали друг друга, и их оказалось нетрудно поймать. Таким образом я поддерживал себя. Боюсь, если бы не чудесное тело, которое дал мне Император, я погиб бы. Если бы мои желудок, мышцы и кости не были столь приспособлены, я умер бы с голоду или подхватил болезнь от зараженной воды. Но мы были созданы, чтобы выживать, разве нет? Император дал нам такую физическую форму, чтобы мы преодолевали смерть и продолжали борьбу.
— А как же корабль, как ты до него добрался? — нетерпеливо спросил Борей.
— Я считал дни и одновременно брел, всегда на восток, всегда навстречу утреннему солнцу. — Астелян продолжал свой рассказ размеренно, получая удовольствие от разочарования капеллана. — Ночью я охотился, как раз в это время многие существа вылезали из нор и логовищ. Двести сорок два дня продолжал я свой путь, прежде чем мне удалось найти кое-какие признаки присутствия разумных существ. Все это время я пытался разобраться в случившемся, заново переживая битву, стараясь собрать воедино и осмыслить последние минуты сражения на Калибане. И по сей день я не могу сказать, что нашел ответы.
— Что произошло после двухсот сорока двух дней? — В голосе Борея не было гнева, лишь на короткий миг проявилось раздражение.
— Я увидел свет в ночном небе, — сказал Астелян, улыбнувшись при этом воспоминании. — Поначалу показалось, будто это комета или метеор, но, пока я приглядывался, он описал в ночном небе круг и исчез. Потом, как я и надеялся, он вернулся, и тогда стало понятно, это не метеор, а корабль или какой-то летательный аппарат. В этот миг меня не волновало, друг в нем находится или враг, я просто принял корабль за знак, который указывает направление. Так я продолжал двигаться на север, на четвертый день снова увидел корабль и поспешил прямо ему вслед, а всего шел двенадцать дней.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Гэв Торп Ангелы Тьмы
Страница 3 из 8«1234578»
Поиск: