Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 12 из 12«12101112
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Аарон Демски-Боуден Дар Императора
Аарон Демски-Боуден Дар Императора
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:01 | Сообщение # 166



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Нет лучшего зрелища на всех мирах, чем морозорожденная дева. Особенно такая черноволосая красавица. Редкое зрелище даже в те времена, когда у меня были глаза, и я уверен, что теперь такое увидишь еще реже.

Я уставился на дредноут, задаваясь вопросом, отличался ли процесс, по которому в прошлом выращивалось генетическое семя, от сегодняшних методов. Похоже, он мог определить, что Анника была привлекательной. Я не был уверен, что сам смог бы сделать это, и у меня была еще тысяча вопросов: о воинском искусстве в эпоху Ереси, о том, что он лично видел Императора, о типах кораблей, которые когда-то ходили среди звезд и теперь больше не использовались…

— Итак, — дредноут оборвал мои размышления. — Переходи к части, которая должна убедить меня не уничтожать твой маленький флот. Или я просто могу убить тебя и покончить с этим без лишних усилий.

Киснарос ощетинился, но сдержался.

— Придут другие, ярл Бьорн. Дес…

— Я же сказал. Просто Бьорн.

— Я… да. Но… десятки. Сотни. Я пришел не сжигать Фенрис, но попомните мои слова, этот мир умрет, если Волки не пойдут на компромисс. Слишком много инквизиторов видят в этом шанс урезать автономность этих знаменитых и неудобных Адептус Астартес, а также заставить раз и навсегда умолкнуть этот беспокойный голос. Волков любит население Империума, которое знает об их существовании, но институты Империума гораздо менее благожелательны к Сынам Фенриса.

Дредноут словно обдумывал сказанное.

— Маленькие люди с маленькими заботами. Переходи к сути, инквизитор.

— Покаянный крестовый поход удовлетворит Инквизицию. Может, на век… или два.

— Ты хочешь отправить целое поколение Волков к звездам, облаченными в позор, чтобы удовлетворить глупцов, которые не служат Империуму и вполовину так же старательно, как мы?

— Это единственный компромисс, который позволит сторонам разойтись без конфликта.

— Ты напоминаешь мне одного летописца, которого я когда-то знал.

— Мне не известно, кто это такие, ярл Бьорн.

— Летописцы — это паразиты, которым платят за то, чтобы они увековечивали память о чем-то. У того был змеиный язык и сердце грызуна. Он пытался убедить окружающих, что его поэмы были гениальными, а все критики слишком глупыми, чтобы оценить его. Вот кого ты мне напоминаешь. Та же непримиримость в суждениях. Поэтому попытайся еще раз.

Киснарос набрал воздуха в грудь, когда на моем ретинальном дисплее вспыхнула предупреждающая трецентийская руна в виде серпа.

— Постойте. Что-то не так.

Киснарос приложил руку к уху, перенастроив вокс-бусинку.

— Волки… они вернулись. Весь их флот только что вышел из варпа.

— Как такое возможно? — спросил я. Позади нас Малхадиил уже разогревал двигатели «Грозового ворона».

— Не знаю. Но они идут сюда и…

— И видят вражеский флот, который целится в Клык. Твой ход, инквизитор.

Глава двадцать шестая
СОБРАТЬЯ
I

Когда мы добрались до стратегиума «Надежды Корела», флот Волков был уже в пределах действия вокса. На мостике царил настоящий хаос по сравнению со степенной работой на «Карабеле», хотя я отчего-то был благодарен, что команда старалась лишний раз не раздражать меня. Слишком много людей, слишком много запахов, все слишком близко. Меня создавали не для того, чтобы красоваться перед людьми.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:02 | Сообщение # 167



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Даже одно мое появление перед ними в лучшем случае ставило их в очередь на выхолащивание мозга, а в худшем — на казнь. Мою кожу пощипывало всякий раз, когда на меня падал чей-то взгляд. Четыреста сервов, сервиторов, офицеров и рабов — мою кожу пощипывало непрерывно. Шум их разумов очень отвлекал, и не впервые меня посетил вопрос, испытывали ли люди более сильные чувства, чем мы. Неужели Дар Императора ослаблял нашу возможность чувствовать и ощущать, как обычные люди?

Но думать сейчас о подобном было настоящим безумием.

Киснарос сорвал с себя ребризер и схватился обеими руками за поручни центрального помоста.

— Канал открыт?

— Да, сир, — отозвался ближайший офицер.

— Говорит лорд-инквизитор Киснарос флоту Космических Волков. Переговоры уже начались. Сверните с курса и не атакуйте нас.

Ответ прозвучал утробным, мрачным грохотом.

— Я — ярл Гримнар из Волков, лорд сынов и дочерей этого мира, а также защитник Клыка. Хватит лжи, трус. Довольно уловок. Наши рунические жрецы отдали жизни, чтобы привести нас сюда и окрасить стены крепости вашей порченой кровью. Ты смеешь говорить мне не приближаться к собственному миру рождения? Ты настолько же слеп, как и глуп, слабак? Это Волчий космос, а мы и есть Волки. Проваливай отсюда, пока мы не скормили океанам ваши кости.

Киснарос бросил взгляд на капитана реквизированного линкора — дородного мужчину лет пятидесяти в безупречно сидящей форме одного из многочисленных дивизионов линейного флота Солар.

— Когда они достигнут радиуса огневого поражения?

— Меньше чем через минуту, лорд. Они идут на всех парах.

Идут на всех парах. Какое странное наречие. Мне стало интересно, откуда капитан родом.

— Почему ты такой спокойный? — спросила Анника, встав рядом со мной.

— Точно не знаю. Думаю, я смирился с тем фактом, что мы вряд ли выживем. Я осознал это еще недели назад.

Несмотря ни на что, Киснарос продолжал говорить дальше. Я видел, как его постепенно охватывает паника, секунда за секундой. Он нажал на Волков слишком сильно, привел слишком много кораблей в их небеса и уничтожил всякий шанс на мирное разрешение конфликта. Я знал это. Мы знали это. Он просто не хотел признать очевидное.

— Строй флот в защитную формацию. Пусть орудия и дальше целятся на Клык. Они должны понять, что мы откроем огонь.

— Они понимают это, — оборвал его я. — И их это уже не заботит. Инквизитор, рассейте армаду. Бегите. Все кончено.

— Нет. Нет, время пока есть, — он развернулся к свисающему с потолка на витом кабеле вокс-микрофону. — У них нет шансов против нашей армады. Уж это-то они должны понимать.

Я взошел по ступеням, чувствуя, как рука сжимается в кулак, прилагая все чертовы усилия, чтобы не поднять ее и не расстрелять Киснароса.

— Вы угрожали Клыку в присутствии верховного лорда Фенриса. У нас был шанс договориться с Разящей Рукой, но теперь? Когда на нас нацелены все силы Волков? Инквизитор, вам не покинуть эту систему живым. Остатки армады могут вырваться, но потери будут катастрофическими.

— Гиперион, — сказал он, как будто я мог ему помочь, — Гиперион…

— Сдавайтесь, лорд. Сдавайтесь, пока не пролита первая кровь.

— Они должны понять! — Киснарос находился на пределе. Я видел белки его глаз, когда он схватил вокс-микрофон. — Ярл Гримнар… Это не должно закончиться войной…

— Ты привел нас сюда, — затрещал в ответ голос. — Ты посеял семена этого урожая. Теперь пожинай его.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:02 | Сообщение # 168



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Покаянный крестовый поход избавит вас от грехов, Логан. Мы можем окончить это без кровопролития…

Единственным ответом был смех. Смех, который превратился в вой.

II

Флоты столкнулись с неспешной жестокостью яростного пустотного сражения. Военные корабли столь часто перестреливались на огромных расстояниях, ведя битву точно рассчитанными орудийными залпами, что капитанам редко приходилось встречаться с судами, идущими на таран.

Только безумие командира или ненависть могли заставить корабли протаранить друг друга. Слишком многое могло пойти не так, когда не было места для маневра, не было пространства для разворота, не было надежды на спасение в непредвиденных обстоятельствах.

Непрерывно воя, Волки вошли в пределы дальности стрельбы. Они подходили ближе, ближе и ближе.

Лишь пару мгновений паника грозила захлестнуть лорда-инквизитора Киснароса, пока не отхлынула от него. Настал час настоящего испытания, дав ему шанс проявить лучшие качества. Он передавал приказы с пульта на пульт абсолютно спокойно и говорил с предельной ясностью. Корабль за кораблем, армада получала приказы.

— Пусть половина флота сосредоточится на ведении огня по крепости-монастырю. Использование ядерного и циклонного оружия запрещено, но обычная бомбардировка не должна прекращаться. Остальному флоту вести огонь по линейным кораблям.

— Так точно, лорд, — отозвалось несколько офицеров, побежавших передавать его указания.

— Переключить щиты на переменный цикл, — приказал он, уже направляясь от пульта пустотного щита к орудийной платформе. — Видите корабль Космических Волков «Врата Гарма»? Полный вперед, курс на перехват. Приказать «Елане» и «Освятителю» пойти на сближение и использовать нас как прикрытие для маневра. Мы примем атаку «Гарма» на свои щиты правого борта. Как только мы минуем его, открыть огонь из трети наших орудий правого борта по кормовой части «Гарма», по броне вокруг его основных двигателей. Затем совместно с «В сакральной истине» атаковать «Скрамасакс». Пусть эскортная эскадра «Аквилания» ведет «Скрамасакс» так, чтобы ему пришлось пройти между обоими линкорами. Мы обездвижим его лазерными батареями.

Он безостановочно мерил шагами палубу, прерывая поток приказов лишь для того, чтобы выслушать очередное обновление статуса армады.

— Прикажите «Фаруоллу» и «Кровавому ужасу» защищать «Редут», пока он снова не включит двигатели. Вы. Второй лейтенант. Прикажите «Нашему Богу» покинуть авангардную дугу и открыть огонь по Клыку.

Анника словно потерялась в творящемся хаосе, ее взгляд надолго не задерживался ни на одном из офицеров или пульте управления.

— Мы здесь в безопасности?

— «Надежда Корела» самый крупный и хорошо защищенный корабль армады, — ответил я. — Но нет, мы не в безопасности.

— Он стреляет по Клыку.

— Я знаю.

Киснарос шагнул обратно к поручням, щелкая пальцами, пока отсчитывал время.

— Сейчас, — тихо произнес он. Палуба содрогнулась, когда первое орудие выстрелило в пустоту.

Командная палуба утонула в крике. Я пытался отделить голоса друг от друга. Впрочем, один голос перекричал все остальные.

— Абордажные капсулы!

— Подробнее… — потребовал Киснарос.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:02 | Сообщение # 169



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Тактический гололит, проецируемый из разверзнутой пасти горгульи, изваянной на потолке, наложился на оккулюс. Корабли обоих флотов, многие из которых находились в опасной близости друг к другу, высвечивались мерцающими рунами красных и белых цветов.

— Абордажные торпеды выстрелили из всех фенрисийских кораблей.

— Прикажите всем атакуемым кораблям готовиться к отражению абордажа. Пусть Красные Охотники контратакуют каждый корабль Космических Волков, который отправил своих воинов. Они должны поочередно взять их на абордаж и уничтожить изнутри. Прикажите магистру ордена Дэмару телепортировать элитных воинов для захвата «Кербера» и «Небесного молота».

Палуба снова содрогнулась, достаточно резко, чтобы несколько членов команды потеряли равновесие.

— По нам ведут шквальный огонь, — пробормотал сервитор со своего нового места на полу. Он перекатывался из стороны в сторону, получив слишком серьезные повреждения при падении, чтобы подняться.

В оккулюсе я увидел самое неприятное зрелище из всех, которые я когда-либо имел несчастье наблюдать. Мимо нас медленно, грациозно проплыли укрепления из серого железа «Скрамасакса», бессчетные мигающие огоньки вдоль бортов и башен высвечивали злобные зевы отдельных турелей.

«Надежда Корела» негодующе заскрипела от близости другого корабля. Трон, мы были не просто достаточно близко, чтобы увидеть отдельные окна, мы были достаточно близко, чтобы коснуться истерзанной брони военного корабля.

Позвоночник корабля озарился взрывами, когда наши лазерные батареи и меньшие турели снова обратили на него нежелательное внимание. От выстрелов лэнсов на носовой части корабля палуба опять содрогнулась, почти так же сильно, как в первый раз. Впереди нас отображенный на панорамном оккулюсе и неизвестный мне корабль Космических Волков отлетел в сторону, разваливаясь на части. Наш последний лэнс-залп воспламенил его плазменное ядро, на краткий миг ослепив оккулюс ретинальным пятном болезненных расцветок.

Следующим видением стал потемневший от ожогов ударный крейсер Красных Охотников «Чистота верности», который изо всех сил пытался идти на умирающих двигателях. Я наблюдал за тем, как он дрожит и распадается на части, сгорая в атмосфере Фенриса. Из его корпуса обреченными семенами посыпались спасательные капсулы.

На оккулюсе возникло еще одно изображение. Наш корабль, крейсер Серых Рыцарей «Торжественность», покидал армаду, выходя из формации. Атаковавшие его корабли убрались у него с пути, и в это время огонь открыли башенные орудия Клыка, когда «Торжественность» попала в пределы их досягаемости.

— Щиты? — услышал я крик Киснароса. — Щиты?

Они упали. Я мог определить это по тому, как мы содрогались под орудиями «Скрамасакса». Снаряды мощных турельных батарей прорывались сквозь защиту и рвали нас на части.

Киснарос также это понял.

— Щиты! Я хочу поднять их прежде…

Командная палуба озарилась второй слепящей вспышкой. Первая полыхнула снаружи, от нее мы просто отвернулись. Но на этот раз нам так не повезло. Она произошла достаточно близко, чтобы ее ощутить, и это чувство было мне знакомо.

III

Никогда не видел воина, бегущего в терминаторском облачении. Он несся сквозь пламенный туман телепортационной бури без единого намека на неуклюжесть, которую я испытывал на Армагеддоне. Каким бы невозможным зрелищем это ни казалось, клянусь, я слышал громыхание его ботинок и вопль протестующих сервосочленений сквозь рев разваливающегося вокруг нас корабля. Из-под каждого его стремительного шага вырывались искры.

Я даже представить себе не могу силу и гнев, необходимые для того, чтобы заставить терминаторскую броню действовать подобным образом. Я выстрелил в него. Малхадиил выстрелил в него. Наши штурм-болтеры взревели и загрохотали, вырывая куски керамита без всякого, казалось бы, видимого эффекта.

На полдороге серый воин выскочил на пульт управления, сокрушив его бронированным ботинком, и, оттолкнувшись, запрыгнул на центральную часть мостика. Несмотря на скорость, в его движениях не было ни грации, ни ловкости, только злость и неудержимая сила, которые напрягали сочленения его доспехов до абсолютного предела прочности освященного керамита.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:03 | Сообщение # 170



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Малхадиил и я двигались в идеальном единстве тех, чьи разумы переплелись. За один удар сердца секира Волка повалила Мала на землю, отрубив ему ноги. Я крутанул посохом, чтобы парировать оружие, которого там уже не оказалось. Лезвие огромной секиры размытым пятном мчалось ко мне совершенно под другим углом и врезалось мне в шлем с такой силой, что я полетел с платформы. Я почувствовал, как треснула лицевая кость, после чего перевалился через поручень. Пролетев шесть метров, я рухнул на палубу занемевшей грудой.

Я посмотрел вверх, наполовину ослепленный кровью и дезориентированный настолько, что потерял чувство равновесия. Даже на то, чтобы просто подняться на ноги, мне не хватало сил, и я сомневался, что смогу победить. Мое лицо опять было разбито. Череп разрывался от боли.

Слабый лазерный огонь оставлял ожоги на доспехах старого воина, на что тот не обращал совершенно никакого внимания. Несколько лазерных лучей даже смогли угодить в цель, задев плоть под слоями брони, хотя воин уделил им не больше внимания, чем остальным.

Трое флотских силовиков, сжимавших лазерные винтовки, погибли один за другим. В грудь первому и второму угодили болтерные снаряды, в лицо третьему вонзился архаичный метательный топор, и силовик повалился на палубу, дергаясь, будто сломанный робот.

Анника оскалилась, перезаряжая болтер.

«Айя! За верховного ярла! За Этт!»

Киснарос встал перед старым воином, безоружный и облаченный лишь в церемониальные силовые доспехи. Он ничего не говорил. Ему даже не дали шанса прошептать прощальные слова.

Секира старого воина не замедлилась, проходя сквозь тело. Голова лорда-инквизитора Киснароса слетела с плеч и покатилась по ступеням. Тело повалилось секундой позже, рухнув обратно на командный трон.

Стоящий посреди горящего мостика Логан Гримнар одной рукой воздел секиру Моркаи и взревел. Из всех членов команды, которые потянулись к личному оружию, два десятка офицеров бросили свои посты и ринулись к спасательным капсулам.

+ Гиперион. Гиперион, помоги. +

+ Мал. +

Я поднялся на ноги и посмотрел на ступени. Малхадиил, оставшись без бионических ног, полз по палубе. Его керамитовый нагрудник скреб по решетчатому покрытию.

Ярл Гримнар подошел к нему.

+ Мал! +

Он перекатился, поднимая штурм-болтер, но секира, став серебряным пятном, отсекла ему руку. Конечность заскользила по палубе, а с ней и болтер.

Я открыл огонь. Я палил из штурм-болтера, пока не израсходовал все снаряды, недоверчиво смотря, как они разрываются на лезвии секиры-реликвии. Я потратил семь болтов ради жалкой победы — чеканные позолоченные волки покрылись черной гарью.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:03 | Сообщение # 171



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Ярл Гримнар занес секиру, прижав ботинком грудь Малхадиила. Я сорвался на бег.

— Так будет с каждым сыном предательской змеи из вашего бесчестного ордена.

Нет. Нет. Я потерял Галео. Потерял Думенидона. Потерял Сотиса именно из-за своей слабости. Энцелад лежал в коме и, вероятно, никогда больше не очнется. Я не потеряю еще и Мала. Он был последним, моим единственным братом, единственным шансом не нарушить клятву, данную мной во имя нерушимого братства. Энергетические батареи на ранце затрещали и стали плеваться колдовскими молниями в ответ на мою бессильную злость.

Анника выбежала передо мной. Я отшвырнул ее в сторону волной кинетической силы, приложив спиной о горящую стену. Другие Волки — воины, которых я даже не заметил, когда они телепортировались на борт — открыли по мне огонь от стен зала, откуда они расстреливали команду. При каждом попадании я шатался, задыхаясь в дыму умирающих доспехов. Я закричал, когда секира опустилась, издав бессловесный, лихорадочный вопль постыдного отрицания.

В ту же секунду я бросился в ад за реальностью.

IV

Секира опустилась.

Мы стояли с ярлом Гримнаром лицом к лицу, оскалившись друг на друга. Его секира задрожала, лезвие было крепко заблокировано древком черного посоха. Я чувствовал, как призрачное пламя наполняет глазницы, обесцвечивая и выжигая все цвета. Даже сквозь блеклое пламя я заметил в мрачном взгляде Великого Волка тревогу.

+ Нет. +

Скрипнув клыками, он заворчал. Если это ответ, то довольно неубедительный.

+ Нет. +

Старый воин напрягся, надавил сильнее, и его лицо скривилось в хищном оскале. Мой посох — трецентийские руны на его черном древке пылали раскаленно-белым цветом — задрожал, когда его стало пригибать к палубе. Я не мог выстоять против терминаторской брони. Я почувствовал, как огонь, полыхающий у меня в глазах, начал остывать.

+ Брат, + прозвучал угасающий голос Малхадиила. + Прикончи его. +

+ Я… я не могу… +

+ Ты расколол проклятый клинок демона. Прикончи этого смертного ублюдка-полукровку. +

Я улыбнулся, снова оскалив зубы, едва не рассмеявшись. Мой голос походил на протяжный утробный рык.

— Не говори мне о чести… — Белое варп-пламя стало свиваться вокруг моих кулаков шипящими кольцами: — Ты… так же виновен… как мы. Это Империум Человечества, Старый Волк, а не сказочная империя блаженства и радости. Мы — Дар Императора. Мы знаем, что должно быть сделано. Мы никогда не позволим упрямой гордыне и излишней доброте ослепить нас перед настоящим врагом.

Секира треснула. Широкая черная трещина пролегла по древней реликвии, отделив голову одного из чеканных волков от плеч.

— Мы оба виновны в этой войне! — я выплюнул слова в его седобородое лицо.

+ Сзади! +

Я услышал предупреждение Мала в тот же миг, как взгляд ярла Гримнара переметнулся мне за плечо.

Я не мог обернуться и попробовал, собрав все свои силы, оттолкнуть ярла, но это было, все равно что пытаться сдвинуть скалу.

Я знал, кто ко мне приближался. Я почувствовал — это Бранд Хриплая Глотка, охваченный злостью и диким весельем, — ощутил, как он сжимает в руках секиру.

В меня врезалась волна кинетической силы, врезалась в нас всех, сбив с ног.

+ Просто беги, + беззвучный голос Малхадиила был едва громче шепота. Я ощутил его сигнатуру в высвобожденной психической энергии. + Просто беги. +

Я встал над ним — моим безногим, одноруким братом — и призвал посох обратно с палубы. Раскрутив его, я повернулся к Хриплой Глотке и его бессмертному ярлу.

Только я столкнулся не с двумя Волками.

Я столкнулся с двадцатью.

Они надвинулись, как их тезки, единой стаей, не моргая, оскалившись за миг до того, как впиться в свою добычу.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:04 | Сообщение # 172



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


+ Подходите ближе, + отправил я им всем одновременно. + Всех вас мне не убить, но кое-кто наверняка не вернется в тот стылый ад, который вы зовете домом. Ну, кто первый? +

В этот раз сполох света и смещение воздуха огласили о прибытии чего-то действительно огромного. Мы разом оглянулись, чтобы посмотреть, что могло присоединиться к бою на этом последнем этапе.

Волки упали на колени. Они склонялись среди изувеченных трупов, опуская голову перед возвышающейся над ними машиной войны. Один я остался стоять, хотя, признаюсь, даже меня одолевало искушение упасть на колени.

— Хватит, — прогрохотал Бьорн Разящая Рука. — Хватит этого безумия.

— Первый ярл, — сказал Гримнар, остановившись, только чтобы сплюнуть сгусток крови.

— Хватит. Хватит. Клык объят пламенем, он горит ярче, чем от черной магии Магнуса Одноглазого. Три имперских корабля врезались в наши стены, обнажив логова фенрисийской зиме. Наши орбитальные доки в руинах. От флота почти ничего не осталось.

Логан Гримнар поднялся на ноги и указал на меня секирой.

— Первый ярл…

— Следи за языком, юнец.

Невзирая на флоты, рвущие друг друга за горящими стенами, невзирая на то, что наш корабль непрерывно содрогался от ведущегося по нему огня, несколько Волков рассмеялись, услышав, как ярла назвали юнцом.

— Все кончено. Гримнар, ты действовал с честью, но время обнажить наши глотки пришло. Гордость и праведность сведет нас в могилы. Я знаю это лучше всех вас. Отмени атаку. Прекрати вой войны.

Дредноут повернулся ко мне, зажужжав поясными осями.

— Кто говорит за вас?

— Я… не уверен, лорд.

— Я говорю, — Анника Ярлсдоттир в повлажневшей от крови одежде встала рядом со мной. — Я говорю за Священную Инквизицию.

— Тогда запомни следующие слова, маленькая дева. Убедись, что каждая душа, обладающая печатью вашего ордена, услышит их. Если еще хоть раз корабль Инквизиции затмит небо Фенриса, мы сорвем его оттуда и будем пировать на его железных костях. Ты слышишь меня?

Она склонила голову.

— Я слышу. Как услышат и другие.

Древний дредноут отвернулся от нас, от его громогласной поступи палуба задрожала не меньше, чем от выстрелов.

— За все прошедшие годы я ни разу не ступал в телепорт. Неудивительно, почему Русс так его ненавидел. Будь у меня кожа, по ней бы мурашки побежали.

Он снова обернулся, его когти и штурмовая пушка нацелились на меня.

— И последнее. Ты. Гиперион.

Я сглотнул при упоминании своего имени, присев, чтобы помочь Малхадиилу. После всего, что случилось, — после долгих месяцев надежды на то, что кровопролитие закончится, — мне стоило невероятных усилий не броситься снова на Гримнара.

То же самое я видел и в его лице. Эту ярость сдерживающегося зверя в его глазах. Мы оба знали, что он мог убить меня в мгновение ока. И когда здравомыслие руководило действиями, порожденными злостью и яростью?
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:06 | Сообщение # 173



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Неохотно я первым отвел взгляд и посмотрел на дредноут.

— Сир? — произнес я.

— Прежде чем тебе позволят вернуться в свою обитель, я хочу, чтобы ты навестил залы Клыка и поведал о своем ордене. У Волков никогда не отберут их память. Больше никаких секретов, Серый Рыцарь. Теперь мы знаем о вас. Начиная с этого дня Волки всегда будут знать о вас.

Чтобы закончить войну, обоим орденам придется нарушить свои законы. Но оставался ли у нас выбор?

Я преклонил колено.

— Да, ярл. Пусть будет так.

— И вы оба говорите за Инквизицию? У вас есть такие полномочия?

Анника пересеклась со мной взглядом. В нем больше не осталось теплоты.

— Мы можем быть убедительными, — ответила она.

Эпилог
ОТГОЛОСКИ КАПИТУЛЯЦИИ
I

Я закончу это сказание правдивой историей, которую нечасто вспоминают. Вообще-то даже двумя.

Первая случилась через шесть часов после того, как смолкли орудия. Вторая произошла тремя неделями спустя, когда лишь «Карабела» осталась на орбите, вдали от дрейфующего кладбища военных кораблей.

II

Мы стояли перед выжившими инквизиторами, которые высадились на обездвиженной «Надежде Корела», чтобы услышать слова, сказанные в конце сражения.

Я молча ждал, пока Анника ходила перед собравшимися, передавая им слова воина, который когда-то сражался рядом с Императором. Командный пункт на борту разрушенного линкора озарялся редкими вспышками вышедших из строя гололитических проекторов, белое око Фенриса мелькало в иллюминаторе всякий раз, стоило раненому, почти обесточенному дрейфующему кораблю сделать очередной оборот.

Анника замолчала, ее последние слова повисли в воздухе над агентами, вельможами и офицерами, которые не спешили ей отвечать. Я окинул взглядом толпу — бывшие арбитры, некогда поддерживавшие имперский закон, а теперь вознесенные в тайные ордосы, вельможи шпилей, облаченные в инквизиторские одеяния, ухоженные лорды, укутанные скорее в собственную важность, нежели в праведность, и простые, много чего повидавшие воины, которые предпочитали пафосным операциям более тихую и едва заметную работу.

Все они инквизиторы. Ни у одной души не было ничего общего с собратьями, за исключением символов, перед которыми все они давали клятву.

— Нет, — наконец произнес один из них.

— Битва окончена, — при моих словах они попятились. Я покачал головой, сделав шаг вперед. — Битва закончилась, прежде чем она успела перерасти в войну.

Но инквизиторы обменялись взглядами, и я понял, что вскоре они станут обмениваться секретами.

— Мы ищем альтернативные пути против этого ордена, — покрытый шрамами мужчина с всклокоченными волосами произнес это через встроенный в гортань аугментический вокалайзер, заменявший ему половину шеи.

Некоторые кивнули.

— Возможно, когда Фенрис в следующий раз окажется в осаде Врага, линейный флот Солар среагирует с опозданием. Какая неприятность.

Эти слова вызвали согласное бормотание и даже смешок.

— А что нам известно, — спросил закутанный в мантию адепт-биологис, — о генетическом семени Космических Волков?

III
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:06 | Сообщение # 174



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Есть некоторые моменты в жизни, о существовании которых вы всегда будете сожалеть. Безыскусные махинации Инквизиции после сражения были одним из них. Горечь Волков — еще одним. Обе стороны имели полное право гневаться, и даже перемирие не сумело стереть разногласия.

Мы скрывались на орбите, орудия «Карабелы» на пару с Клыком уничтожали обломки, которые больше не могли послужить даже источником железа. Мертвые корабли отправлялись на поверхность Фенриса астероидами горящего металла. Мы стояли на мостике, капитан Кастор и я, наблюдая за тем, как они падают в черные моря.

Когда Анника ушла, а Малхадиила на «Правителе Черных Небес» отправили на Титан, Тальвин и я остались почти в одиночестве. Конечно, нам запретили спускаться на Фенрис. Я подчинился букве этого приказа, но нарушил его дух.

Как захватывающе дрейфовать из разума в разум в сумрачных стенах Клыка. Я провел почти два часа трэллом, затем провалившимся кандидатом, физически улучшенным, но раздавленным своим поражением, которому сейчас передавали мертвых воинов, вместо оружия и доспехов на починку.

Целый вечер я пробыл слугой, почти ослепшим в вечном сумраке, в котором жил, работая в тайных священных кузнях, никогда не видевших солнца. Смотрел, как обретают форму болтерные снаряды, как их благословляют и вырезают на них руны, как мускулистые мастера превращают железо и сталь в клинки. Только спустя пару часов понял, почему у меня были такие проблемы со слухом: я смотрел глазами женщины, почти оглохшей после долгих лет, отданных тяжкой работе в кузнях.

Не буду лгать. Я коснулся разума более чем сотни фенрисийских сервов, ни разу не допустив, чтобы мое присутствие обнаружили, сквозь призму любопытства разделяя их рутину и радости. Я многое узнал, но меня это едва заботило. Было нечто особое, что я стремился увидеть.

Я нашел это через несколько недель после пустотного сражения.

С приподнятой решетчатой палубы, откуда открывался вид на зал стазисного хранения, я смотрел через красные тонированные линзы сильно аугментированного трэлла с надвинутым на лицо капюшоном. Вместо рук из моих локтей вились кабели-щупальца. Я передвигался на широких и медленных танковых гусеницах, лязгающих о металлическую палубу.

Логан Гримнар, Великий Волк Фенриса, стоял перед широким круглым лифтом, сжимая в руках секиру. Рядом с ним в схожих позах стояли выжившие Волчьи гвардейцы. Я узнал Бранда Хриплую Глотку, но устоял перед искушением увидеть ритуал его глазами. Я и так зашел слишком далеко.

Бронированный корпус ярла Бьорна развернул руки-орудия, повел огромными плечами, сместил громадный вес, в последний раз проверив все двигательные точки. Сотня кабелей и проводов уже были присоединены к корпусу дредноута, одни вились от техники, скрытой под лифтом, другие тянулись к гудящим генераторам, свисающим с потолка.

Все готово.

— Спите, первый ярл, — произнес Логан Гримнар. Волчья гвардия приветственно подняла оружие. — Пока Фенрис вновь не позовет.

Дредноут застыл. Лифт медленно стал опускаться в яму с подземными генераторами. Морозный туман алмазной крошкой оседал на сине-серой броне военной машины.

— Фенрис. Всегда. Зовет.

— Всегда. Но пока отдыхайте. Сохраните эту историю в сагах, ярл, — голос Гримнара казался намного более взвешенным, чем резкие, протяжные слова уставшего и засыпающего дредноута.

— Помните. Инквизиция. Не. Оставит нас. В покое.

Ярл Гримнар кивнул с торжественностью, которой я прежде в нем не видел.

— Знаю.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:07 | Сообщение # 175



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Следите. За небесами. Братья, — дредноут исчез в тумане, и переборка в полу начала закрываться. — Зовите меня. Когда. Они придут…

Глава X
ПОТЕРЯННЫЕ ДУШИ
Имперская дата: М41.498
I

Я встретил его на посадочной платформе Пик-Сейта-V. «Громовой ястреб» направился на посадку, серебро в ночи, мерцающее в жидком метановом дожде. Он приземлился почти с неправдоподобным совершенством, изящный на всем промежутке времени — от высоты вектора сближения и до момента, когда его посадочные когти коснулись рокритовой платформы.

Когда рампа опустилась, я чуть шире расправил плечи, позволив сетке прицеливания замигать на бронированных пластинах корабля.

Я не знал, чего ожидать. Честно говоря, я приложил все усилия, чтобы избавиться от любых ожиданий. Пятьдесят пять лет — долгий срок даже для тех, кому суждено жить веками.

Он сошел по рампе, при каждом его шаге дрожала пласталь. Его доспехи претерпели кардинальное изменение. Многочисленные слои плотно спрессованного керамита опоясывали его грудь и конечности. Из штурм-болтера на руке исходил тонкий лучик красного света, как и из прицельного когитатора размером с кулак, вмонтированного в боковую часть шлема. Вместо телепортационного ранца «Перехватчик» на его спине теперь был закреплен огромный плазменный генератор с четырьмя широкими многосуставными серворуками, которые сейчас находились в свернутом положении. Каждая из них заканчивалась сложенными когтями, которые, без сомнения, могли разворотить танковую броню или даже полностью оторвать машину от земли.

Он посмотрел на меня, слегка наклонив шлем. Любопытство? Или удивление? Я не влезал в его разум, чтобы узнать ответ.

Я виделся ему не менее изменившимся, чем он мне. Исчезли те, ничем не украшенные, доспехи юного рыцаря. Я стоял в церемониальной броне, серебряном керамите, инкрустированном рунами на треценти и высоком готике — бессмысленными на обычном языке, но означающими магическое благословение, хранящее от тьмы за завесой. Капюшон из клепанного освященного золота, соединенный с доспехами прочными черными кабелями, скрывал затылок и боковые части моего шлема.

На поясе у меня висел психосиловой меч. За спиной магнитно закрепленный посох — оружие, которым я владел два коротких года службы в Кастиане. В дополнение к штурм-болтеру я все еще носил пистолет, хотя меня уже давно никто не называл Две Пушки.

У наших доспехов осталось всего два общих признака, и первым было лишь то, что по старой традиции Серых Рыцарей они были не выкрашены. Вторым же была гравировка заключенного в цепи волка на левом наруче — знак выживших, оросивших кровью гиблые поля Армагеддона более полувека назад.

Когда мы приблизились друг к другу, я протянул руку. Он не обратил на нее внимания и заключил меня в объятия. Это продлилось всего миг, но я услышал смешок по воксу и ощутил тепло его разума.

— Гиперион, — сказал он. — Брат мой. Рад видеть тебя.

— Добро пожаловать домой, Мал.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:07 | Сообщение # 176



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Ты выглядишь… иначе.

Я улыбнулся. Как странно говорить с помощью языка и зубов. Я так привык к небрежной легкости и мгновенному пониманию беззвучной речи.

— Как и ты. Пошли, — я повел его внутрь. За нами закрылась переборка.

— Я не могу говорить о Марсе, — ни с того ни с сего начал он, — поэтому даже не спрашивай. Должен сказать, оказывается, можно устать от каждодневного созерцания все новых чудес. Долг звал, и я больше не мог игнорировать его зов, — он указал на мои доспехи, самой отличительной деталью которых был психический капюшон, скрывавший заднюю часть моего шлема. — Расскажи мне о нем, — попросил он.

— Есть вещи, о которых я также не вправе говорить, — ответил я. — В нашем монастыре погребено больше тайн, чем ты можешь поверить, брат. За загадочными замками лежат тысячи нерассказанных секретов.

Он кивнул, ничуть не удивившись.

— Я бы хотел сначала пойти на Поля Мертвых, прежде чем меня назначат на должность.

— Конечно. — Сотис. Он хотел навестить Сотиса и наших братьев, спящих под поверхностью Титана: — Мы пойдем сейчас туда.

Сервы кланялись и расступались в стороны, пока мы шли через холодные, безмолвствующие залы монастыря. Я ощутил, как он собрался что-то спросить, но не знал, как это преподнести.

+ Просто спроси, + отправил я.

— Это твое повышение, — сказал он. — Прогностикар Гиперион. Ты теперь служишь с Торкритом? Правда?

— Торкрит уснул на Полях Мертвых девятнадцать лет назад. Но мы служили вместе какое-то время.

— Как он умер?

Я пожал плечами.

— Как и все. С болью.

— И теперь твоя задача обучать других?

Я кивнул.

— Как Торкрит обучал меня. К счастью, мне дается это легче, чем ему. Я был не самым понятливым учеником.

Малхадиил слабо улыбнулся.

— Мне жаль слышать о твоей утрате, но я рад, что твои таланты оценили, брат. Значит, ты тот голос, который советует капитанам и гроссмейстерам. Если не считать того, что ты остался один.

— Мы оба остались одни, Мал.

— Действительно, — признал он. — Мои глаза болят при взгляде на тебя, Гиперион. Твоя душа такая яркая. Но мне недостает единства нашего отделения. А тебе?

Не было смысла лгать ему.

— До сих пор скучаю. Но лучше уж так.

Он понимал, о чем я говорю, и я не гордился своим возвышением над простыми воинами.

— Я чувствую в твоих словах вину, Гиперион.

— Время лечит все раны, кроме самых болезненных. И дело не только в Сотисе, Мал. Мне всегда следовало оставаться одному. Думаю, нам обоим.

Он кивнул.

— Что с остальными?

Он довольно скоро встретится с Галео и Думенидоном. Они спали под поверхностью Титана рядом с Сотисом. Но я знал, что речь шла не о них.

— Инквизитор Ярлсдоттир так и не составила доклад ордосам за семнадцать лет. Полагают, она погибла во время Возвышения Яегры от рук Извечного Врага.

Он посмотрел на меня.

— Яегра?

— Крупнейшая луна Кретации. Долгая история, брат.

— Ты потом встречался с ней? В смысле, после Месяцев Стыда?

— Да. Да, встречался, — по моему тону он понял, что эту тему лучше не затрагивать.

— Почему ты встретил меня? — спросил он. — Я рад этому, но, признаюсь, изрядно удивлен.

— Потому что у нас осталось незаконченное дело.

Он посмотрел на меня, и я ощутил, как его интерес становится острее, перерастая в любопытство.

— Да?

— Мы займемся им после Полей Мертвых.

Малхадиил кивнул.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:08 | Сообщение # 177



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Как скажешь.

Когда мы добрались до конца лестницы, ведущей к Полям Мертвых, возле первой же могилы нас окликнули.

— Только посмотрите на себя, — раздался голос, слабый от возраста и дряхлости. Худой, словно скелет, человек проковылял к нам на гладкой серебристой бионике.

— Энцелад, — поздоровался Малхадиил. — Еще жив, старик?

Его испещренное шрамами лицо скривилось в старческой улыбке.

— Уверен, пока поживу. Как Марс, мой мальчик? И не прячься за секретами. Я и так ими сыт по горло от Гипериона.

II

Мы покинули Поля Мертвых спустя три часа. Не буду делиться словами сожаления и клятвами перед павшими собратьями, которые мы там произнесли. Подобному не место в иных архивах, кроме человеческого сердца.

Восход планеты на Титане. Мы поднялись на одно из бесчисленных укреплений Титана и стояли в бронированном облачении в клубах ядовитого, морозного воздуха, когда над гористым горизонтом стал подниматься шар Сатурна.

Малхадиил не произнес ни слова. Он почти не говорил с тех пор, как мы оставили Поля Мертвых.

— Брат, — сказал я ему. — Пойдем со мной.

Он оглянулся. Воющий ветер трепал его табард и сорвал свиток с моего наплечника.

— Куда?

— На Терру.

— Гиперион, это шутка?

+ Нет. Как я сказал, у нас незаконченное дело. Я кое-что еще должен тебе. +

III

Императорский Дворец — государство в государстве, он покрывает значительную часть восточного континента Святой Терры. Тысячи минаретов, башен и шпилей выстроились до золотистого горизонта, пронзая истончающиеся облака.

Одна из этих башен черная. Одна и только одна, она стоит отдельно от своих золотых и мраморных сородичей. Ее называют Башней Героев.

На вершине этого громадного архитектурного пика расположена колокольня. Она размером с собор, и в ней находится колокол из невзрачных, обыкновенных металлов, который из-за разъедающего касания времени покрылся пятнами и патиной. Колокол этот размером с Титан, и за ним ухаживают сотни мужчин, женщин и сервиторов, чье существование посвящено поддержанию его работоспособности.

В него редко звонят. Но когда это происходит, всех слуг необходимо эвакуировать в звуконепроницаемые укрытия, чтобы избежать повреждения барабанных перепонок и последующей смерти из-за разрыва легких и закупорки кровеносных сосудов.

Его звон слышит половина Терры. Остальная часть планеты также его услышит, поскольку на это время вся связь отключается и вместо нее идет передача звука.

Это Колокол Потерянных Душ. Среди множества легенд о нем есть одна, самая благочестивая — когда раздается звон, Император, спящий на Золотом Троне, слышит его и роняет единственную слезу. Мы — его генетические наследники и ценнейшие защитники человечества, поэтому в Колокол Потерянных Душ звонят всякий раз, когда в бою гибнет очередной Серый Рыцарь. Говорят, это наша награда за то признание, которого мы никогда не получим от человечества, не ведающего о нашем существовании. Галео однажды стоял у основания башни, будучи последним из братьев Кастиана, и тянул рычаги, приводившие в действие огромные загадочные механизмы. Пару минут спустя колокол прогремел девять раз — по разу за каждого павшего брата. Каждый человек на Терре узнал, что пали великие и Империум стал еще более мрачным местом.

Мне и самому приходилось здесь стоять, в этой самой священной комнате управления, в окружении почтительных рабов и курящихся благовоний. Я прозвонил в колокол дважды: за Галео и за Думенидона.

Но не за Сотиса. Когда время пришло, я решил подождать еще немного. Несмотря на мое желание, был кто-то более достойный прозвонить в колокол и произнести имя Сотиса.

Рядом со мной теперь стоял Малхадиил, хотя никто из нас не находился там в физическом смысле. Вместо этого я сделал видимым наше присутствие другим, более хитрым способом.

Облаченный в мантию раб поднял голову и, не слыша моего приказа, начал трудоемкий процесс автоматической изоляции, передавая обслуживающему персоналу по воксу сигнал отправляться в бункеры.

Еще один раб приступил к работе за панелью, пробуждая континентальные ретрансляторы.
ТерминаторДата: Воскресенье, 28.07.2013, 17:08 | Сообщение # 178



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Еще один раб, на этот раз наблюдатель, ввел сто три пароля, чтобы открыть предохранители, которые позволят прислужникам войти во внутренние системы.

Вот она, бюрократия Империума. Поразительно сложная вещь.

Потребовалось почти восемь часов легких, словно перышко, касаний почти девяноста разумов. Ни разу никто во Дворце не получил прямого приказа прозвонить в Колокол Потерянных Душ.

Когда все было готово, Малхадиил и я разделили разум слуги. Одна рука легла на вычурный пульт управления, вторая — на рычаг, который активировал механику в этом памятнике чести и скорби.

+ Сделай это, Мал. +

Серв взялся за рычаг, прошептал единственное имя, и по его щекам медленно скатились две слезы.

— Сотис.

Последний плач по Сотису из Кастиана прогремел над колыбелью человечества, никем не проигнорированный, всеми услышанный, — и Империум проводил в вечность еще одного героя.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Аарон Демски-Боуден Дар Императора
Страница 12 из 12«12101112
Поиск: