Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 7 из 16«12567891516»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Тысяча Сынов Грэма Макнилла (Ересь Хоруса)
Тысяча Сынов Грэма Макнилла
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:06 | Сообщение # 91



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Чего нельзя было сказать о Космических Волках.

Леман Русс и его Первая Великая рота высадились точно на самый высокий серебряный пик, затушили вечный огонь и разгромили символы правителей. Гвардейцы Совета Феникса самоотверженно сопротивлялись неудержимой лавине Космических Волков, но были буквально разорваны в клочья и сброшены с вершины горы.

Побежденные правители предложили обсудить условия капитуляции, однако Леман Русс остался глух к их просьбам. Он уже произнес слова обета перед Великим Кругом, а Король Волков никогда не нарушит клятвы ради такой мелочи, как милосердие. Космические Волки пронеслись по горе с неистовством разбушевавшейся стихии, и их клинки потрошили тела защитников, словно ножи мясников свежие туши.

После них не оставалось ничего, и город на горе, бывший произведением искусства, исчез под натиском грубой и бессмысленной жестокости. За спинами воинов Русса царила смерть, а перед ними была новая цель: Великая библиотека Утеса Феникса, где в строгом порядке выстроились воины Второго братства Фозиса Т’Кара во главе с Магнусом Красным.

Буйство Космических Волков наконец было остановлено.

Ариман провел своих воинов над зияющей пропастью по узкой эстакаде, которая выходила на широкую площадь перед сверкающей пирамидой из стекла и серебра. За время боев многие позолоченные панели были разбиты, но библиотека оставалась величественным сооружением, напоминавшим храмы-пирамиды Просперо, только меньшего размера.

— Воины Русса учинили тут настоящий разгром, — заметил Хатхор Маат, окидывая взглядом развалины города. — И я склонен согласиться с тобой, Азек.

— В чем?

— Возможно, это действительно напрасная трата жизней, — ответил Хатхор Маат, удивив Аримана своей искренностью.

Они уже поднялись так высоко, что Ариман мог разглядеть вершину горы — серебряный пик с выемкой посредине, из которой вместо вечного огня поднимался дым. Зато огни пожаров виднелись по всему склону, а с этого наблюдательного пункта на эстакаде было видно, что нижний уровень пострадал ничуть не меньше.

Впереди, у самого конца эстакады, на страже стояли Астартес со знаками отличия Второго братства; они держали болтеры наготове, а над их головами Ариман заметил мерцающую сферу кайн-щитов.

Лемюэль Гамон догнал Аримана. Его лицо покрылось пленкой подсохшей крови, впрочем, на щеках виднелись и свежие ссадины.

— Что происходит? — спросил Лемюэль, жадно хватая ртом разреженный воздух. — Ты видишь Короля Волков? Его воины попали в беду?

— Что-то вроде этого, — ответил Ариман. — Они точно в беде, вот только я не могу понять, по чьей вине.

Ариман переглянулся с Утизааром, но его приятель капитан только смущенно пожал плечами. Дело плохо. Уж если телепат не в состоянии разобраться в том, что происходит, у него шансов еще меньше.

— Идем, — позвал он. — Надо выяснить, в чем тут суть.

При его приближении воины у конца эстакады опустили болтеры, и Ариман заметил глубокие царапины на их оплечьях, не похожие на тонкие следы когтей сорокопутов. Эти раны были нанесены цепными мечами.

Библиотека во всем своем великолепии возвышалась над ними мерцающей громадой поляризованного стекла. Внутрь вели широкие позолоченные двери, и Ариман на мгновение представил себе, с каким удовольствием он станет исследовать самые сокровенные тайны этого удаленного мира.

Воинские наряды Тысячи Сынов охраняли и все остальные переходы, ведущие к библиотеке. На краю площади в сиянии золотой и багряной брони стоял Магнус Красный. Он держал в руке обнаженный изогнутый меч, а все тело искрилось эфирной энергией. За спиной Магнуса Ариман разглядел древнего летописца и удивился, что старик выжил в этом сражении.

К Ариману подбежал Фозис Т’Кар, роняя шипящие искры с посоха-хеки.

— Азек, Хатхор, вы не слишком торопились, — упрекнул их Фозис.

— Мы пришли так быстро, как только смогли, — возмутился Хатхор Маат.

— Ладно, вы оба здесь, а это важнее всего. Есть какие-то вести о Калофисе?

— Нет, — ответил Ариман. — Он подключился к кристаллам своих роботов. Когда его сознание так сильно рассеяно, становится трудно определить его местонахождение.

Фозис Т’Кар пожал плечами:
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:06 | Сообщение # 92



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Отлично. Придется справляться без него.

— Т’Кар, — обратился к нему Ариман, — скажи мне, что происходит? Мы услышали психический вопль такой силы, с каким я еще не сталкивался.

— Это был Леман Русс? — спросил Утизаар. — Верно?

Фозис Т’Кар кивнул, а затем, развернувшись, жестом пригласил их следовать за собой.

— Весьма вероятно, — бросил он. — Он убил почти всех Атенейцев в моем братстве, а те, кто выжил, превратились в слюнявых идиотов.

— Убил?! — воскликнул Утизаар.

Эти воины не состояли в его братстве, но он был магистром храма Атенейцев, и все они были ему близки не меньше, чем Фозису Т’Кару.

— Убил, — коротко ответил капитан. — Именно это я и сказал. А теперь хватит тянуть время. Примарх зовет вас к себе.

Ариман подавил гнев, вызванный грубостью Фозиса Т’Кара, и зашагал следом за ним к самому широкому выходу с площади, где стоял Магнус.

— А где же Король Волков? — спросил Лемюэль.

Фозис Т’Кар лишь презрительно глянул в сторону летописца.

— Ответь ему, — попросил Ариман.

— Мы и сами еще точно не знаем, — сказал Фозис Т’Кар. — Но он направляется сюда, в этом мы уверены.

Магнус повернулся им навстречу, и Ариман оценил силу ярости примарха. Его плоть бурлила жизнью, словно под кожей разливалось жидкое пламя, и глаз источал такой же воинственный свет. Рост примарха, часто менявшийся в зависимости от настроения, сейчас казался огромным.

Ариман уловил страх Лемюэля, но с удивлением отметил, что не наблюдает ничего подобного в ауре Махавасту Каллимака, и только потом понял, что сознание старика подавляется контактом с разумом примарха.

— Кто мог подумать, что до этого дойдет?! — вскричал Магнус, заставив Аримана выбросить из головы мысли о летописцах.

— До чего дойдет? — спросил он. — Что все-таки происходит?

— А вот что, — ответил Фозис Т’Кар и указал на дальний конец эстакады.

Там выстроился клин Космических Волков, и во главе его встал воин в кожаной маске, из-под которой холодно сверкали безжалостные глаза. Воины уже обнажили оружие, а целая стая волков рвалась в бой.

— Амлоди Скарссен?! — воскликнул Ариман. — Я не понимаю. Зачем ему понадобилось на нас нападать?

— Нет времени на объяснения, — сказал Фозис Т’Кар. — Они идут!

Наступление Космических Волков представляло собой картину, полную грозного великолепия.

Они надвигались широкой волной несокрушимой брони, громыхающих щитов и навощенных бород. Они не бежали, а шли размашистым шагом, их хищные усмешки, обнажавшие клыки, и некоторая неторопливость в движениях свидетельствовали о непоколебимой уверенности в своих силах.

Этим воинам не требовалась скорость, чтобы прорвать строй противника.

Им было достаточно боевого мастерства.

С каждым шагом, приближавшим Космических Волков к Тысяче Сынов, ужас Аримана все возрастал. Как получилось, что эти воины, еще недавно бывшие их союзниками, превратились во врагов? Они уже спустили с цепей рвавшихся волков, и звери во весь опор понеслись по эстакаде.

Фозис Т’Кар занял позицию в центре линии Тысячи Сынов. По обе стороны от него встали на колени его товарищи по братству Раптора.

— Кайн-щиты, — скомандовал Фозис Т’Кар, вытянув руки перед собой.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:07 | Сообщение # 93



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Воздух перед ними слегка затуманился и задрожал.

— Заставим этих зверей слегка притормозить, — сказал Хатхор, создавая на пути волков энергетические завихрения.

Рядом с Хатхором Маатом встал Гастар, рукавицы которого уже начали потрескивать от зарождающихся молний.

— Только никаких убийств, сыны мои, — предостерег их Магнус. — Нельзя, чтобы на наших руках осталась кровь после навязанной нам битвы.

Хатхор Маат хоть и неохотно, но уменьшил мощность, и энергетические вихри и разряды молний немного потускнели.

— Мой лорд, почему это произошло? — спросил Ариман.

— Я вместе с Тайными Скарабеями охранял библиотеку, — сказал Магнус. — Но сразу вслед за нами здесь появилась Великая рота Скарссена. Космические Волки хотели все уничтожить. Я их остановил.

У Аримана возникло отвратительное ощущение, что события вышли из-под контроля. Гордость, самолюбие и первобытная страсть к уничтожению вошли в конфликт между собой, а подобное столкновение всегда грозило величайшими разрушениями.

Наступление Космических Волков было равносильно неудержимой ярости стихии.

Тысяча Сынов стояли словно непоколебимая и неподвижная скала.

Найдется ли во всей Галактике мощь, способная обуздать приведенные в движение силы?

Быстроногие волки первыми ощутили на себе ярость Тысячи Сынов. Они влетели в мерцающую паутину молний, и шерсть на них мгновенно загорелась. Протяжный вой разнесся по окружающим ущельям, волки лязгали зубами и катались по земле, пытаясь сбить пламя. Два зверя пылающими кометами сорвались с эстакады и разбились о камни. Остальные повернули назад, и лишь несколько волков помчались дальше.

Но ни один не успел добежать до Тысячи Сынов.

Космические Волки сумели прорваться сквозь эфирное пламя. Их броня почернела, местами оплавилась, но защитила от огня. Разрисованные волчьими мордами щиты сомкнулись, и между ними высунулись лезвия цвета льда. Обгоревшие волки затихли, перестав скулить, когда раздалось яростное протяжное завывание, вырывающееся из глоток воинов Амлоди Скарссена.

Два Легиона разделяло уже всего десять метров.

— Оттолкните их назад! — приказал Магнус.

Фозис Т’Кар кивнул, воины Второго братства вышли вперед, и кайн-щиты встали против щитов металлических.

— Мы должны остановиться! — закричал Ариман. — Это безумие!

Взгляд Магнуса обратился на него, и все вокруг исчезло за пеленой ярости его примарха, такой же первобытной и неудержимой, как эмоции Космических Волков.

— Не мы начали эту битву, Азек, — напомнил Магнус. — Но, если потребуется, мы сумеем ее завершить.

— Мой лорд, пожалуйста! — взмолился Ариман. — Если мы пустим в ход оружие против Космических Волков, они никогда нам этого не простят.

— Я не нуждаюсь в их прощении, — отрезал Магнус. — Но я требую уважения!

— Но это не лучший способ его заслужить, мой лорд. И нам обоим это хорошо известно. Король Волков ничего не забывает и ничего не прощает. Стоит убить хоть одного из его воинов, он навеки станет считать тебя должником.

— Уже слишком поздно, Азек. — В голосе Магнуса неожиданно прозвенел страх. — Битва уже началась.

Кайн-щиты Тысячи Сынов столкнулись со щитами Космических Волков с отвратительным пронзительным скрежетом. Невидимая сила встретила на своем пути закаленную льдами сталь. Космические Волки и Тысяча Сынов выгнули спины, пытаясь оттолкнуть друг друга в борьбе между силой и волей.

Никто даже не потянулся за оружием, как будто все воины понимали, что в этом бою надо смотреть противнику в глаза. После столкновения они замерли, словно превратились в резные фигуры на триумфальном барельефе. Но такое равновесие не могло длиться долго.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:07 | Сообщение # 94



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Медленно, метр за метром, Тысяча Сынов были вынуждены пятиться назад.

— Хатхор Маат! — крикнул Магнус. — Подорви их силы!

Капитан Третьего братства стукнул себя кулаком в грудь и направил свою волю на помощь боевым братьям. Стоявший рядом Гастар и остальные Павониды присоединились к нему и обрушили на противника всю мощь биоманипуляций.

Невидимые потоки эфирной энергии устремились навстречу Космическим Волкам. Они блокировали мозговые центры, изменили направление электрических импульсов и быстро вывели кислород из крови, текущей от легких. Эффект проявился немедленно.

Тела Космических Волков взбунтовались, и строй нарушился. Руки и ноги свело судорогами, сердечные мышцы резко сократились, и воины утратили контроль над своими мускулами. Они дергались, словно марионетки в руках обезумевшего кукловода. Ариман видел, как Амлоди Скарссен упал на одно колено, щит выпал из непослушных пальцев и его тело явно отказывалось подчиняться командам мозга.

Волк Повелитель заскрипел зубами, и из ротовой прорези его маски показались клочья кровавой пены. Нервную систему Космических Волков раздирали противоречивые импульсы, заставлявшие их биться в агонии. Безответственная демонстрация силы Хатхором Маатом, доставляющая ему явное удовольствие, привела Аримана в ярость. Все Павониды отличались злобной самонадеянностью, но это было уже слишком.

— Прекрати! — закричал Ариман, не в силах совладать со своим гневом. Он подскочил к Хатхору Маату и, схватив его за руку, развернул лицом к себе. — Хватит! Ты их убиваешь!

После чего он послал в ауру Павонида импульс белого шума, и капитан Третьего братства вздрогнул.

— Что ты делаешь? — возмущенно спросил Хатхор Маат.

— Пытаюсь тебя остановить, — сказал Ариман. — Освободи их.

Хатхор Маат гневно уставился на него, потом перевел взгляд на Магнуса. Ариман схватил его за края оплечья.

— Прекрати это сейчас же! — потребовал он.

— Уже сделано, — огрызнулся Хатхор Маат и оттолкнул Аримана.

Ариман снова повернулся к Космическим Волкам и с облегчением перевел дыхание. Энергетический поток Павонидов ослаб. Воины в серых доспехах лежали на мостовой. Наступление сорвалось, боевой запал был утрачен. Амлоди Скарссен, с трудом превозмогая раздирающие тело спазмы, поднялся на ноги. От этого усилия глаза у него налились кровью и все тело била крупная дрожь.

— Я... знаю... вас, — прошипел Скарссен, с трудом выговаривая каждое слово. — Всех... вас...

— Я же сказал тебе — прекратить! — закричал Ариман, оборачиваясь к Хатхору Маату.

— Я так и сделал, — возмутился Хатхор Маат. — Клянусь!

Внезапно Ариман ощутил рядом с собой сильнейшую пульсацию энергии, а потом увидел, что Гастар дрожит так же сильно, как и Амлоди Скарссен. Он заглянул в его ауру и ощутил горячий выброс ужаса, смешанного с извращенной энергией.

Ужасающее узнавание признаков вызвало тошнотворный страх.

Хатхор Маат увидел все это одновременно с ним, и оба воина, подскочив к Гастару, сбили его с ног и попытались прижать к земле, несмотря на сильнейшие конвульсии.

— Держи его крепче! — крикнул Ариман, стараясь справиться с застежками нагрудной брони.

— Пожалуйста, не надо! — молил Хатхор Маат. — Держись, Гастар! Сопротивляйся!

Ариман сорвал шлем Гастара и отбросил его в сторону. Перед его глазами повторялось то, чего он надеялся больше никогда не увидеть.

Плоть Гастара бурлила активностью, она скручивалась и изгибалась самым невероятным образом, а мышцы и кости его черепа уже начали увеличиваться. Полные ужаса глаза воина превратились в светящиеся красные сферы, похожие на тлеющие угольки.

— Помогите! — прохрипел Гастар.

— Перерождение плоти! — крикнул Ариман.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:08 | Сообщение # 95



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Он еще старался удержать Гастара, но изменения в теле его товарища были настолько же ужасными, насколько неотвратимыми. Тело под броней стало так стремительно расти, что нагрудная пластина треснула по центру и из-под нее показалась бурлящая масса. Из ставшей необычайно податливой плоти выступили энергетические вены, поблескивающие беловатым светом.

Гастар закричал, и Ариман, ошеломленный воспоминаниями о смерти Ормузда, вырвавшимися из потаенных уголков сознания, на мгновение ослабил хватку. Гастар отбросил от себя их обоих. Его тело раздулось от безобразных наростов мышц, местами покрылось коростой, а кое-где вспучились отвратительные пузыри влажной плоти.

С противным шлепаньем и треском деформирующихся костей тело Гастара внезапно поднялось, хотя в этой горе плоти уже невозможно было найти ничего похожего на конечности. Вокруг раздувшейся туши вспыхнули завихрения энергетических потоков, и пронзительный крик превратился в булькающий хохот безумца.

— Убейте его! — раздался чей-то вопль, но Ариман даже не понял, кому принадлежит голос.

— Нет! — заорал он, хотя и понимал, что его протест бесполезен. — Это все еще Гастар! Он один из нас!

Воины Тысячи Сынов, в равной степени испуганные и потрясенные, разбежались от переродившегося Гастара. К ним вернулся древнейший страх, ужас прошлого, который они считали давно похороненным.

Из выростов на теле Гастара стали вылетать импульсы ничем не сдерживаемой энергии, его торс и ноги срослись в одну морщинистую колонну из светящейся амебовидной плоти. Гребни из не до конца сформировавшихся мембран хлопали на невидимом ветру, и из множества рудиментарных ртов, открывшихся по всему телу, раздавался злобный смех. Из-под кожи со звонкими щелчками стали выскакивать сотни выпуклых глаз, фасетчатых, как у насекомых, щелевидных, как у рептилий, и молочно-мутных от множества зрачков.

Аримана вдруг охватила неодолимая слабость, словно все его внутренности восстали против привычных форм, и тело задрожало от жажды новой конфигурации.

— Нет, — сквозь стиснутые зубы прохрипел Ариман. — Этому больше не бывать... Я не поддамся! Я Астартес, верный слуга Верховного Правителя Человечества. Я не уступлю!

Воины Тысячи Сынов вокруг него опускались на колени и падали навзничь, пораженные смертоносным вирусом, который распространялся от Гастара со скоростью «Пожирателя жизни». Если не остановить его действие, все они падут жертвами спонтанных мутаций, едва не погубивших их Легион в далеком прошлом.

— Я выживал прежде, — прорычал Ариман, сжимая кулаки, — и теперь тоже выживу!

Решимость придала ему сил, и он сумел направить сознание на Исчисления, стараясь отвлечься от боли и пульсаций плоти. Чем выше он поднимался по уровням Исчислений, тем надежнее становился его контроль над физическим телом, и вскоре Ариман рискнул снова открыть глаза.

Все мышцы ныли от неимоверных усилий, но он по-прежнему был Азеком Ариманом, здоровым телом и духом. Оглянувшись через плечо, он увидел, что Космические Волки постепенно приходят в себя. То ли поток трансформирующей энергии до них не добрался, то ли они были к нему невосприимчивы. Нервная система, поврежденная Павонидами, уже восстановилась, и Амлоди Скарссен, держа перед собой боевой топор, шагнул к позиции Тысячи Сынов.

Внезапно он ощутил мощный выброс энергии и, перекатившись на бок, увидел, как Магнус Красный шагнул навстречу чудовищно изменившемуся Гастару. Та самая энергия, что уничтожила воина-Павонида, придала Магнусу еще больше сил. Существо, совсем недавно бывшее Гастаром, потянулось к Магнусу, словно желая его обнять, и примарх развел руки, готовый принять его, одарить прощением и милосердием.

Но прогремел выстрел, и тело Гастара взорвалось от снаряда, пробившего ему грудь. Стало так тихо, что Ариман отчетливо услышал звон тяжелой латунной гильзы, упавшей на землю.

Сохранившийся в воздухе дымный след направил взгляд Аримана к огромному пистолету, зажатому в кулаке гиганта, одетого в серый керамит и волчью шкуру.

Пришел Король Волков.

Совершенно неожиданно в памяти Аримана всплыло полузабытое стихотворение, прочитанное в пыльном архиве мериканской полупустыни. Как полагали археологи, эти строки украшали пьедестал памятника, посвященного началу древней и невероятно разрушительной войны:
По простому мосту перешли через бурный поток,
Подставляя знамена апрельскому ветру.
Здесь насмерть встали фермеры с оружием в руках,
И целый мир услышал грохот их винтовок.[59]
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:08 | Сообщение # 96



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Леман Русс шел в окружении воинов, облаченных в броню и волчьи шкуры, вооруженных огромными боевыми топорами и окровавленными копьями-гарпунами, направляясь к Великой библиотеке Утеса Феникса. Хотя Ариман и раньше встречался с Королем Волков, на поле боя Леман Русс казался ему совершенно другим, чем в мирное время. Грозный и опасный воин превратился теперь в живое воплощение ужаса, чудовищной жажды крови и разрушения, последователя богов убийств, войны и смерти.

Ариман отчетливо определил его природу: это грозная смертоносная машина, объединившая в себе несокрушимую силу и волю, орудие, которое можно направить и пустить в бой, но невозможно остановить.

Король Волков вышел на узкую дамбу, рядом с ним с непроницаемым выражением лица шагал рунный жрец Охтхере Судьбостроитель. Ариман ожидал, что примарх Космических Волков, оправдывая язвительные отзывы недоброжелателей, стремглав помчится им навстречу, но Леман Русс шел медленно, демонстрируя безграничную выдержку и безграничную ярость.

Сопровождавшие его воины остались ждать своего лорда, демонстрируя неудержимую жажду крови.

Теперь Ариман слышал только шаги Русса. Его поступь была уверенна и нетороплива, а лицо словно окаменело. В руке Короля Волков появился сверкающий инеем меч, способный рассекать скалы. Магнус шагнул ему навстречу, и его изогнутый клинок блеснул энергией солнца. Два бога войны шли на бой, унося с собой души своих Легионов.

Ариман хотел что-нибудь крикнуть, чтобы прекратить это противостояние, но вид двух примархов, идущих друг на друга с намерением убить, лишил его дара речи.

Никто не смог произнести ни слова, когда между ними внезапно возник огненный барьер, яркий, словно вспышка сверхновой звезды. Слепящий свет принес с собой видения далеких миров, горьковатый запах ладана, горящего пластика и перегретых генераторов, гудящих от избытка энергии.

Затем по склонам раскатилось эхо громкого хлопка перемещенного воздуха, и свет исчез.

На месте огненного барьера встал широкоплечий гигант с золотистой кожей и в гранитно-серых доспехах.

— Уризен, — прошептал Ариман.

— Все, хватит, — сказал воин с золотой кожей.

Он встал между Магнусом и Руссом, словно арбитр на ринге. Ариман, взглянув на выразительное лицо примарха Несущих Слово, резко изменил свое мнение о Лоргаре. В его подведенных глазах плескалась бездонная грусть, словно он хранил тайны, которыми никогда и ни с кем не мог поделиться.

Броня Лоргара имела цвет камня, тысячелетия пролежавшего под толщей воды, и каждая тщательно подогнанная пластина была украшена изречениями из древних книг Колхиды. На одном наплечнике был закреплен тяжелый фолиант с пожелтевшими от старости страницами, еще трепетавшими от ветра телепортации.

На плечи Лоргара был наброшен плащ глубочайшего винно-красного цвета, и хотя примарх явился без оружия, его ни в коем случае не следовало считать беззащитным.

Ариман слышал каждое слово, произнесенное примархами, и каждое слово навеки врезалось ему в память. До конца своих дней Ариман не забудет, насколько важным оказался этот разговор.

— Прочь с дороги, Лоргар! — грубо рявкнул Леман Русс, на мгновение сбросив маску ледяного спокойствия. — Тебя это не касается.

— Два моих брата собираются зарезать друг друга. Как же это может меня не касаться? — удивился Лоргар.

— Уйди с моей дороги, — повторил Русс и стиснул обернутую шкурой рукоять меча. — Или...

— Что? Меня ты тоже убьешь?

Русс нерешительно остановился, и Лоргар подошел к нему ближе.

— Брат, подумай, что ты делаешь, — сказал он. — Вспомни об узах любви и дружбы, что нас связывают, вспомни, чего ты лишишься, если не сойдешь с этой дороги кровопролития.

— Циклоп зашел слишком далеко, Лоргар. Он пролил нашу кровь и должен за это заплатить.

— Кровь пролилась по незнанию, — напомнил Лоргар. — Брат, ты должен унять свой гнев. Ярость не помощник, когда предстоит сложный выбор. Только позволь ей затуманить разум, и тебе останется лишь сожалеть о последствиях. Помнишь Дулан?

— Да, — ответил Русс, и выражение его лица немного смягчилось. — Война со Львом.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:08 | Сообщение # 97



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Вы с Джонсоном сцепились в Тронном зале свергнутого тирана, но это не помешало вам оставаться братьями по оружию. Здесь то же самое.

Магнус молчал, и Ариман затаил дыхание. Два столь могущественных существа, готовые выплеснуть свою агрессию, представляли самую большую опасность, какую ему доводилось знать.

— Может, нам что-то предпринять? — прошептал Фозис Т’Кар, оглядываясь на Аримана.

— Нет, если тебе дорога жизнь, — предостерег Ариман.

В бессмертных воинах клокотала титаническая энергия, и от создавшейся напряженности воздух между ними потрескивал. Ариман ощущал давление грандиозных сил, но не решался открыть им свое сознание.

— Неужели ты встанешь на сторону Циклопа, Лоргар? Этого знатока грязной магии? Взгляни на труп того... существа, сраженного моей пулей. Взгляни и скажи, ошибаюсь я или нет.

— Нестабильность геносемени еще не повод объявлять войну между братьями, — заметил Лоргар.

— Это не только нестабильность геносемени, это еще и колдовство. И тебе это прекрасно известно. Мы все знали, что Магнус погряз в темных науках, однако закрывали на это глаза, потому что он наш брат. Но всему приходит конец, Лоргар. В его Легионе заражен каждый воин, все они пользуются магией и некромантией.

— Некромантией?! — возмутился Магнус. — Да ты ничего не понимаешь...

— Я знаю вполне достаточно, — отрезал Русс. — Ты зашел слишком далеко, Магнус. Пора положить этому конец.

Лоргар прижал руку к нагрудной броне:

— Этими силами пользуются во всех Легионах, брат. И твои рунные жрецы тоже, разве не так?

Русс запрокинул голову и расхохотался в приступе буйного негодования.

— Как ты можешь сравнивать Сынов Шторма с этими колдунами?! — воскликнул он. — Наши силы рождены громом Фенриса и закалены в мире-кузнице. Они естественного происхождения, а управляют ими сильные духом воины. Здесь нет ни капли скверны, в которой погрязли Тысяча Сынов.

Тогда настала очередь Магнуса рассмеяться.

— Если ты еще веришь в это, ты глупец! — сказал он.

— Магнус! Хватит! — рявкнул Лоргар. — Сейчас не время для подобных споров. Два моих дорогих брата готовы вцепиться друг другу в глотку, и мне больно думать, как сильно разочарует это нашего отца. Разве для этого мы были созданы? Разве для этого он скитался по небу, разыскивая нас? Неужели мы опустимся до мелких дрязг, словно простые смертные? Нам предстоит более достойная судьба, и мы должны быть выше мелких разногласий. Мы воплощаем волю нашего отца к завоеваниям, мы яркие кометы, запущенные его рукой, чтобы осветить Галактику его славой. Мы эмиссары, несущие весть о его приходе в самые дальние миры. Мы должны олицетворять все самое яркое и самое лучшее, что есть в Империуме.

Слова Лоргара донеслись до каждого из собравшихся, и содержащаяся в них истина пролилась на ожесточенные сердца успокаивающим бальзамом. Ариман вдруг увидел, в каком ужасном положении они очутились, и ему стало стыдно, что они выпустили ситуацию из-под контроля.

Брат против брата. Что может быть страшнее?

Во время своей речи золотой примарх, казалось, сиял внутренним светом. Охваченные яростью сердца воинов смягчились. Космические Волки чуть-чуть опустили оружие, и в ответ защитные позы Тысячи Сынов стали менее напряженными.

— Я не отступлю и не позволю ему разрушить этот мир, — заявил Магнус, опуская свой хопеш.

— Это не твой мир, чтобы ты его защищал, — фыркнул Русс. — Мой Легион его открыл, и мне решать, как с ним поступить. У его обитателей был выбор: присоединиться к нам и жить или вступить в борьбу и погибнуть. Они выбрали смерть.

— Не все так однозначно, Русс, — возразил Магнус. — Если мы будем разрушать все на своем пути, какой толк в завоеваниях Великого Крестового Похода?

— Сначала надо выиграть войну. А потом разбираться с тем, что осталось.

Магнус покачал головой:

— Останутся одни руины.

Леман Русс опустил покрытый инеем меч. Гнев примарха Космических Волков на время улегся.

— Я это переживу, — сказал он, а потом молча развернулся и зашагал в обратную сторону.

У конца насыпи он снова повернулся лицом к Магнусу.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:09 | Сообщение # 98



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Это еще не конец! — крикнул он. — На твоих руках кровь Фенриса, и мы рассчитаемся, Магнус. Клянусь в этом клинком Мджалнара.

Король Волков провел лезвием меча по своей ладони и уронил несколько сверкающих капель крови на потрескавшуюся землю. А потом он запрокинул голову и завыл, и все воины последовали примеру своего повелителя, и казалось, что воет сама гора.

Скорбный крик достиг самых высоких вершин и самых глубоких ущелий. То был плач по умершим и мрачное предупреждение о грядущих событиях.

Глава 14
СОГЛАСИЕ

После падения Утеса Феникса войну на Сорокопуте можно было считать законченной, хотя, как и во всех завоеваниях такого масштаба, еще оставались изолированные очаги сопротивления. В горах находилось множество уединенных крепостей, которые не обнаруживали даже обостренные чувства Корвидов, и, прежде чем Согласие будет завершено, должно было пролиться немало крови.

Пока Уранти Дракс патрулировали город, Калофис повел Гвардию Шпилей Просперо и Лакунанский Дозор на поиски мятежных крепостей. Манипулы Шестого братства оказали в этой миссии неоценимую помощь: управляемые посредством кристаллов роботы без страха, жалоб и усталости взбирались на самые высокие утесы. Воины Шестого братства при помощи своих Хранителей направляли огонь Пирридов вглубь горы, выжигая укрывшихся там противников.

Леман Русс забрал своих воинов с Сорокопута меньше чем через десять часов после объявления победы. Его флагманский корабль «Храфнкель»[60] увел экспедиционную флотилию Космических Волков без фанфар и без заверений в братской дружбе. К разговору о столкновении у Великой библиотеки больше никто не возвращался, но дело не было закончено. Магнус отмахивался, называя это незначительным эпизодом, но близкие к нему воины видели, что противостояние вызвало у него сильное потрясение, как будто оправдало какие-то давние страхи.

На поверхность планеты допустили гражданских лиц, и армия итераторов Сорок седьмой экспедиционной флотилии начала долгую процедуру внушения местным жителям просвещенных идей Империума. Несущие Слово принимали участие в этом процессе с энтузиазмом миссионеров и сгоняли огромные толпы людей в лагеря перевоспитания, построенные в длинных долинах командами первопроходцев Механикум.

На протяжении трех месяцев после уничтожения Совета Феникса все архивы Великой библиотеки под надзором Анкху Анена копировались пикт-сканерами или переписывались тысячами сервиторов-писцов. Примарх Тысячи Сынов поглощал текст за текстом, усваивая каждую порцию информации быстрее, чем ее мог хотя бы прочесть самый гениальный ученый.

Камилла Шивани проводила в библиотеке все свободное ото сна время, сосредоточенно изучая историю Гелиосы и более ранние легенды, которые относились к мифической Горе Терры. Погрузившись в океан информации, она изучала книги так, как мог бы изучать любой другой исследователь, но вместе с тем свободно использовала свой дар для получения сведений об их бывших владельцах. Многие труды были созданы людьми, не имевшими никакого отношения к описываемым событиям, или победителями в рассматриваемой войне, а потому не представляли особой ценности, если не считать субъективной оценки.

Но в заброшенном зале под самой вершиной пирамиды Камилла отыскала хрупкую от старости, пожелтевшую книгу, которая все изменила. Многие страницы настолько пострадали от сырости, что их невозможно было прочитать, однако, едва притронувшись к ним, Камилла поняла, что ей нет необходимости читать текст, чтобы усвоить его содержание.

Это была история, написанная непосредственным ее участником, достоверный отчет о турбулентном периоде перемен в чужом мире. В одно мгновение она узнала, что автором был молодой человек из южных областей по имени Калеб. Ей открылись его надежды и мечты, его страсти и пороки. Его глазами Камилла просматривала жизнь, полную радостей и огорчений, узнавала о том, что происходило почти две тысячи лет назад, когда родовые города-государства Гелиосы, соединенные древней верой в бога-громовержца, защищались от расы захватчиков из чужих миров.

Рассказы Камиллы о временах Калеба произвели сильное впечатление на Анкху Анена, и тогда к ней был немедленно приставлен Астартес-Ревнитель из числа Атенейцев, который считывал мысли из ее мозга и фиксировал их при помощи записывающих устройств. С тех пор Камилле для идентификации приносили каждую книгу неизвестного происхождения.

Лемюэль, напротив, очень редко появлялся в Великой библиотеке. Почти все его время забирали занятия с Ариманом, который продолжал его обучать скрываться от хищников и плавать на отмелях Великого Океана.
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:09 | Сообщение # 99



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Только однажды Лемюэль сделал попытку завести разговор о случае с Гастаром на эстакаде перед Великой библиотекой. Чудовищно изменившееся тело воина было отправлено на «Фотеп» и помещено в стазис-камеру, но тень его ужасной гибели мрачной тучей нависла над Тысячей Сынов.

Задав вопрос, Лемюэль понял, что коснулся обнаженного нерва.

— Он не мог контролировать свою силу, — сказал Ариман, мрачно взглянув при этом на серебряный дубовый лист, украшавший его наплечник.

Лемюэль, понимая, что здесь существует какая-то связь, мысленно пообещал себе выбрать более подходящий момент и подробнее расспросить об этом символе.

— А могло это, как ты его называешь, перерождение плоти произойти с тобой? — спросил Лемюэль, отчетливо сознавая, что поднимает опасную тему.

— Он обещал, что это больше не случится ни с кем из нас, — сказал Ариман.

В его ауре Лемюэль заметил боль предательства, слишком резкую и мучительную, чтобы ее можно было скрыть. В словах Аримана звучал холодный ужас жертвы, чувствующей приближение хищника. Тот факт, что Астартес способны испытывать подобные эмоции, потряс Лемюэля до глубины души.

Ариман больше не намерен был продолжать разговор на эту тему, и занятия с Лемюэлем шли своим чередом. Он научился освобождать свое световое тело из оков плоти и плыть по течениям и термальным потокам эфира. Но эти прогулки длились очень недолго, поскольку Лемюэль еще не имел достаточного опыта, чтобы надолго оставаться вне материального тела.

Зато в свободное от занятий время он был в своей стихии, путешествуя из города в город в компании отряда Астартес из Первого братства Аримана и записывая свои личные наблюдения за реконструкцией мира. Все эти воины были Философами, и Лемюэлю, еще не привыкшему даже к рангу Послушника, трудно было поверить, что человек в состоянии достичь таких высот мастерства.

Корабли-кузницы, величиной с целые города, несущие на себе огромные строительные машины и миллиарды тонн сырья, спустились в нижние слои атмосферы и повисли над планетой. Появление в небе столь громадных металлических сооружений вызвало эффект бабочки, заключающийся в сокрушительных ураганах, сотрясавших весь мир, пока не пошли проливные дожди, которые не прекращались два месяца.

Жители планеты решили, будто мир оплакивает свою свободу, но как только слух достиг ушей итераторов, они объявили, что ливни смывают изъяны старого порядка. В добавление к этому утверждению из анонимных источников стали неназойливо распространяться легенды, изображающие бывших правителей Совета Феникса в самом неприглядном виде. Их обвиняли в коррупции, деспотизме и в эксплуатации народа ради корыстных целей.

По мере работы итераторов жителям Гелиосы стали демонстрировать примеры могущества Империума. Лемюэль пристально следил за работой агитаторов и замечал вооруженных людей, рассредоточенных в толпе и незаметно нейтрализующих активных критиков, а также перебежчиков из числа местных жителей, которые поддерживали выступающих громкими аплодисментами, и манипуляции с вокс-микрофонами, транслировавшими только доброжелательные вопросы, ответы на которые были приготовлены заранее.

Каждый итератор работал с командой дознавателей. В их задачу входило выявление местных верований и традиций, которые затем приукрашивались и перерабатывались, чтобы укреплять верность Империуму. И работа Тысячи Сынов в Великой библиотеке приносила в этом смысле огромную пользу.

Воины Магнуса почти не покидали хранилище знаний, зато Несущие Слово работали в тесном контакте с итераторами, обеспечивая охрану лагерей перевоспитания и подкрепляя проповеди собственным примером лояльности. Подобный вариант приведения к Согласию вызывал у Лемюэля отвращение: имперские доктрины вытесняли первобытную культуру планеты, как птенец кукушки вытесняет из гнезда своих соседей. Особенно прямолинейной была версия Имперского Кредо в устах самих Несущих Слово, и вскоре Лемюэлю стало тошно от устрашающей риторики, которая была похожа не на просвещение, а на промывание мозгов. Ходили слухи, что Император в прошлом высказал порицание Лоргару по поводу такого рвения, но, если даже это и было так, урок на него не подействовал.

Империум действительно был благословением, и единство действительно давало надежду на лучшее, но аргументы Несущих Слово казались абсурдными, словно доводы задиристых подростков на школьном дворе.

«Мы правы, потому что мы правы, — говорили они. — Согласитесь с нами, и мы будем друзьями. Не согласитесь, и мы станем врагами».
ТерминаторДата: Вторник, 08.01.2013, 21:10 | Сообщение # 100



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Это явно не лучший способ завоевать умы и сердца покоренного народа, но, с другой стороны, что оставалось делать? Плохо, конечно, что новые начинания приходится внедрять при помощи лингвистических уверток и откровенного запугивания, но Лемюэль не был так наивен, чтобы поверить в добровольный приход к Согласию населения, давшего столь жестокий отпор имперским силам. Процесс пойдет значительно быстрее, если удастся убедить людей в том, что теперь жизнь станет лучше, чем прежде.

И что больше всего расстраивало Лемюэля, так это действенная эффективность подобных методов.

Он вспомнил древний текст, показанный ему Камиллой, — «Ши цзи»,[61] подробнейший труд великого историка, который прославлял правящего императора и всячески чернил предыдущую династию.

Как и на Агхору, в двойном скоплении Причал Ковчега был назначен имперский правитель, чтобы еще долгие годы следить за процессами реконструкции и интеграции. Но в отличие от Агхору, где был оставлен гражданский чиновник, на Гелиосе требовалась более твердая рука. Генерал-майор Гестор Наварра был старшим офицером в отряде Уранти Дракс, где служили темнокожие воины, набранные исключительно из уничтоженных засухой джунглей Суд-Мерики. Наварра, кадровый офицер из Хай-Бразила, вместе с Несущими Слово прошел сотни сражений, и его назначение было единогласно одобрено.

По сравнению с Агхору имелось и еще одно отличие: на планетах скопления были оставлены и отряды солдат. Имперская администрация быстро внедрила свои щупальца во все сферы общественной жизни, заменила свергнутых правителей делегатами Империума и создала работоспособную инфраструктуру. Чиновники Муниториума подсчитывали прибыль, которую можно извлечь из каждой планеты, а лекторы и создатели легенд странствовали по всем уголкам мира, превознося славную историю Человечества.

Через четыре месяца после подавления сопротивления поступило донесение о том, что последний документ из Великой библиотеки Утеса Феникса был скопирован и сохранен в архивах «Фотепа». Спустя еще день Двадцать восьмая экспедиционная флотилия покинула орбиту планеты, и Магнус Красный отдал приказ на предельной скорости двигаться к изолированному островку космических обломков, который находился к галактическому востоку от Причала Ковчега.

Многие капитаны кораблей стали уточнять координаты, поскольку этот пункт находился вдали от известных точек варп-переходов, но Магнус подтвердил приказ. В этом районе космоса переход в Великий Океан должен был пройти более спокойно, а конечный пункт назначения Магнус объявил только в тот момент, когда корабли достигли недавно установленного варп-перехода.

Двадцать восьмая экспедиция получила приказ отправляться в систему Улланор, и перспектива присоединиться к своим братьям в войне против зеленокожих вызвала всеобщее волнение. Еще более заманчивым был шанс сражаться под руководством самого Императора, который разил жестоких врагов на передовой совместно с Хорусом Луперкалем.

Но надежды на грядущие битвы и славу быстро развеялись и сменились восторгом, когда стало известно, что кампания завершена, несмотря на то что война против зеленокожих грозила растянуться еще на целые годы и даже на десятилетия.

Император призывал их не ради участия в войне, а ради празднования победы.

Тысяче Сынов предстояло вместе со своими братьями-Астартес принять участие в Великом Триумфе и восславить победу Императора торжественным маршем, равного которому не было во всей Галактике. Навигаторы флотилии под опытным руководством Магнуса проложили кратчайший маршрут к системе Улланор.

Экспедиционная флотилия Несущих Слово была так занята процессом интеграции миров скопления Приют Ковчега в Империум, что Лоргар решил оставить большую часть воинов и отправиться на Улланор, как только сможет.

Магнус и Лоргар сдержанно попрощались и обменялись несколькими словами, которых, кроме них, никто не слышал. Но Ариман, внимательно наблюдая за примархами, уловил в ауре Магнуса какой-то необъяснимый, но тревожный всплеск.

Точно такой же выброс он наблюдал в тот день, когда Магнус был готов обменяться ударами с Руссом.

Глава 15
ТРИУМФ
СУМРАЧНЫЙ ЛОРД
СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

Улланор претерпел немало изменений. В руках зеленокожих он превратился в грубый мир отвратительно пахнущих берлог и задыхающихся от ядовитых испарений бивуаков. Военные действия Астартес очистили его поверхность с беспощадной яростью, сметавшей все на своем пути. Но даже их действия не шли ни в какое сравнение с работой Механикум.
ТерминаторДата: Среда, 09.01.2013, 14:23 | Сообщение # 101



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Четыре производственных флотилии геоформеров приступили к работе над пересеченной местностью, где еще недавно скрывался беспощадный вождь зеленокожих, чтобы превратить самый большой континент в сцену, достойную Повелителя Человечества. Здесь трудились миллионы сервиторов, автоматонов и солдат штрафных батальонов; целые горные вершины дробились в щебень, которым засыпали глубокие ущелья, недоступные для солнечного света, и даже холмистые пустоши, где зеленокожие жгли походные костры и сооружали крепости из глины и грязи.

Работа, для которой природе понадобилось бы несколько столетий, была выполнена за считаные месяцы, и когда «Громовые ястребы» Тысячи Сынов, переносившие на поверхность отряд за отрядом, вырывались из пелены смога и пыли, окутавшей Улланор, перед их пассажирами представала картина, от которой захватывало дух.

Вся поверхность внизу сверкала полированным гранитом, словно линзы придворного астронома. На ровной поверхности были оставлены кратеры с оплавленными до состояния стекла краями, в которых горел прометий. Вздымающееся пламя окрасило воздух в оранжевый цвет, а столбы черного дыма поднялись к самому небу. Мимо кратеров протянулась прямая как струна дорога шириной в пятьсот метров и длиной в пятьсот километров, а по краям дороги безмолвным свидетельством победы встали высокие мачты с трофеями в виде побелевших черепов зеленокожих бестий.

Почти невидимые за облаками дыма, на низкой орбите висели многочисленные корабли, их двигатели ни на минуту не прекращали работы в борьбе против силы гравитации. Мощные электромагнитные поля, генерируемые каждым кораблем, приводили к появлению цепных разрядов молний, от которых атмосфера планеты кипела и бурлила. Над поверхностью проносились эскадрильи истребителей, перехватчиков и бомбардировщиков, и рев их двигателей без слов прославлял великую победу.

Ярко-красные корабли Кровавых Ангелов остановились рядом с затейливо украшенными судами Детей Императора. «Фаланкс», могучая золотая крепость Имперских Кулаков, подавляла своей массивностью все окружающие корабли и, словно насмехаясь над законами природы, неподвижно висела над планетой.

Покрытые боевыми отметинами флагманы Хана, Ангрона, Лоргара и Мортариона проплыли над зеркальной поверхностью земли мимо судов своих собратьев-примархов, но больше всех поражал воображение позолоченный военный корабль, бросивший якорь над единственным участком континента, который не тронули мощные машины Механикум.

Это был «Дух мщения», флагманский корабль Хоруса Луперкаля, уступавший в своей грозной мощи только «Фаланксу». От его могучих орудий погибали целые миры, и Хорус Луперкаль безо всяких колебаний обрушивал на противников смертоносную ярость артиллерии. На призыв Императора откликнулись четырнадцать Легионов, сотня тысяч величайших во всей истории человечества воинов и девять примархов собрались на торжество, а остальные в ходе Великого Крестового Похода оказались слишком далеко от Улланора, чтобы поспеть вовремя.

Кроме того, здесь присутствовали восемь миллионов солдат Имперской Армии, и посреди каждого воинского лагеря колыхались на ветру многочисленные боевые знамена, почетные стяги и трофейные штандарты. Рядом с солдатами гордо выстроились тысячи единиц бронетехники и сотни титанов из Легио Титаникус. Они возвышались над смертными солдатами, словно вышедшие на марш стальные горы.

Тысяча Сынов высадились на поверхность планеты одними из последних. Весь континент уже раскалился, словно кузница, и молот истории был готов ударить по мягкому металлу, чтобы придать ему новую форму.

Только величайшее существо Галактики было способно внушить такую преданность.

Других таких собраний не было и быть не могло.
ТерминаторДата: Среда, 09.01.2013, 14:24 | Сообщение # 102



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Ариман закрепил плащ на наплечниках примарха костяными защелками, выполненными в виде согнутых когтей. Потом расправил его по плечам Магнуса, позволяя переливающимся перьям окутать всю фигуру.

Магнус стоял в центре спирали внутри своего санктума; его стеклянная пирамида была разобрана на части и перенесена с борта «Фотепа» на идеально ровную поверхность Улланора. Свет гигантских факелов снаружи окрашивал хрустальные панели в оранжевый цвет, но мастерство Магнуса в науках Павонидов позволяло сохранять внутри комфортную прохладу.

При обычных обстоятельствах примарху помогал бы Амон, но в этот торжественный день Магнус попросил Аримана застегнуть пластины брони, чтобы не ударить в грязь лицом перед братьями-примархами.

— Как я выгляжу? — спросил Магнус.

— Ты наверняка привлечешь к себе внимание, — заверил его Ариман, отступив на шаг.

— А почему бы и нет? — заметил Магнус и мелодраматическим жестом раскинул руки. — Разве я этого недостоин? Пусть Фулгрим и его воины стремятся к совершенству. Я его воплощаю.

Примарх надел парадные доспехи, и золото ярко мерцало в изменчивом свете костров. Огромные рога воинственно торчали над его плечами, а шлем едва сдерживал гриву красных волос, связанных в три длинных пучка. За спиной крест-накрест висели два клинка, в руке сверкал золотом и изумрудами посох-хека, а висевший на цепях гримуар был едва виден из-под кольчужного килта, отделанного кожей.

— Мне кажется, это не то внимание, которого тебе хотелось бы, — заметил Ариман. — Я заметил, как смотрят на нас другие Легионы.

Он помедлил, прежде чем продолжить, прислушиваясь к страху, который преследовал его уже два месяца после отбытия из скопления Приют Ковчега.

— Они смотрели на нас точно так же, когда перерождение плоти было нередким событием.

Магнус повернулся в его сторону, и его зеленый глаз почти затмил сияние изумруда на посохе.

— В моем санктуме действует Символ Тутмоса, так что твоих слов никто не услышит, но не вздумай упоминать о перерождении плоти вне этих стен, — предупредил его Магнус. — Это проклятие осталось позади. Когда Император отправил всех вас на Просперо, я остановил деградацию геносемени и восстановил биологическую гармонию Тысячи Сынов. — Магнус слегка нагнулся и положил руку на плечо Аримана. — Да, это было слишком поздно для твоего брата, но достаточно скоро, чтобы спасти Легион.

— Я знаю, но после того, что случилось с Гастаром...

— Аберрационная мутация, ее вероятность — один шанс из миллиарда, — заверил его Магнус. — Поверь, сын мой, это никогда не повторится.

Ариман заглянул в глаз Магнуса и увидел силу его сердца.

— Я верю тебе, мой лорд, — сказал он после паузы.

— Отлично. Тогда мы больше не будем к этому возвращаться, — решительно заявил Магнус.

Магнус в окружении воинов Сехмет по зеркально-гладкой поверхности направился к единственному возвышающемуся объекту. Эта гора когда-то служила логовом военачальникам зеленокожих, но вершину снесли, а покрытое сталью основание стало помостом для Императора и его благородных сынов.

Магнус тоже займет место рядом со своим генным родителем и братьями: Дорном, Ханом, Ангроном, Сангвинием, Хорусом, Фулгримом, Мортарионом и Лоргаром. Всю дорогу от самого скопления Приют Ковчега воины Тысячи Сынов тщательно готовились к этому дню, и никто не хотел показаться недостойным своих братьев.

Для сопровождения Магнуса к помосту Ариман отобрал самых лучших и опытных воинов своего братства и каждого снабдил почетным картушем, прикрепленным к доспехам восковым скарабеем. Аурамагма в шутку предложил всем выбить по одному глазу, чтобы в них признавали избранников Магнуса. Никто не засмеялся, но Аурамагма никогда не отличался тонким юмором. Во главе тридцати шести воинов Сехмет шли капитаны братств, старшие воины Песеджета, носящие титул магистров храма. Отсутствовал только Фаэль Торон, поскольку его братство осталось на Просперо, чтобы защищать его жителей и тренировать учеников, которые питали надежду когда-нибудь оказаться в числе Тысячи Сынов.

Над их головами, наслаждаясь мощными потоками примитивной энергии эфира, резвились мерцающие силуэты Хранителей. Некоторые невидимые послеобразы остались от представителей ксеносов, которые называли эту скалу своим домом. Они были грубыми и мощными, как огнеметы, но к тому же очень недолговечны. Аэтпио следовал в потоке, остающемся после Магнуса, а Ютипа рыскал по краю отряда вместе с Паэоком и Эфрой, представляя собой единую массу света, крыльев и глаз.
ТерминаторДата: Среда, 09.01.2013, 14:26 | Сообщение # 103



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


В воздухе Улланора, несмотря на горячий запах прометия, вездесущий аромат оружейного масла и биохимикалий Астартес, еще остались следы зеленокожих. Облака выхлопных газов длинными полосами стелились над землей, и в воздухе постоянно чувствовался запах разогретого металла машин Механикум, их экзотических масел и смазок.

Вся плоскость, насколько хватало глаз, была занята тысячами Астартес, которым предстояло принять участие в триумфальном марше. Поскольку на планете собралось неимоверное количество воинов и различного вооружения, в атмосфере чувствовалась какая-то напряженность, взрывоопасная смесь воинской гордости и превосходства, довольно обычная при встрече солдат из разных частей. Каждое подразделение приглядывалось к соседям, прикидывая, кто из них сильнее, решительнее и отважнее.

Ариман шагал рядом с Магнусом и во взглядах своих собратьев, обращенных на могущественного примарха, улавливал скрытую настороженность.

— Я никогда не видел, чтобы в одном месте собралось такое множество Астартес, — сказал он Магнусу.

— Да, впечатляющее зрелище, — согласился Магнус. — Мой отец всегда понимал толк в символических жестах. Они этого никогда не забудут, и рассказы разнесутся по самым дальним уголкам Галактики.

— Но почему сейчас? — спросил Ариман. — Ведь Великий Крестовый Поход подошел к завершающему этапу.

По лицу Магнуса пробежала тень, словно Ариман коснулся нежелательной темы.

— Потому что для человечества наступает эпохальный момент, — сказал примарх. — Грядут великие перемены. А этот этап необходимо отметить в памяти всей расы. Кому из нас представится еще один случай пережить подобные события?

Ариман не мог не согласиться с этими доводами, но по пути к первому пропускному пункту перед помостом Императора он понял, что Магнус искусно уклонился от ответа на его вопрос.

На подходе к усеченному подножию скалы часовыми стояли два титана класса «Владыка войны». Эти боевые машины, украшенные позолотой и символическими молниями Императора, прибыли с Терры, чтобы защищать своего повелителя. Здесь же стояли самые могучие представители преторианской гвардии — Кустодес, великолепный сплав технологий и боевого духа.

— А они больше, чем тот, что ты поставил у входа в храм Пирридов, — сказал Хатхор Маат Калофису, когда они проходили между машинами.

— Да, больше, — согласился Калофис, то ли не замечая, то ли игнорируя его насмешливый тон. — Но войну не всегда выигрывает тот, у кого самая большая пушка. «Канис Вертекс» — хищник и, погибая, заберет с собой обоих этих красавцев. Величина — это неплохо, но большее значение имеет опыт, а его с лихвой хватает «Канис Вертекс» после Кориоваллума.

— Как и всем нам, — понимающе кивнул Фозис Т’Кар. — Но, говоря о «Канис Вертекс», разве не стоит отметить, что он был хищником?

— Мы еще посмотрим, — с усмешкой ответил Калофис.

— Титаны меня не беспокоят, — сказал Хатхор Маат. — Это всего лишь машины. Да, они очень большие, но без принцепсов это всего лишь гигантские статуи. Адепты Механикум, при всем своем опыте, так и не сумели создать машину, которой не требовался бы для управления человеческий разум. Я могу так раскачать молекулы воды в черепе принцепса, что он взорвется, могу довести до кипения его кровь или послать на броню разряд в миллион вольт и уничтожить весь экипаж.

— Я тоже легко могу с таким справиться, — вставил Фозис Т’Кар. — Помните, я уже однажды сделал это?

— Да, — ответил Утизаар. — Мы все прекрасно об этом помним. Ты никогда не устаешь рассказывать, как спас примарха от титана Агхору.

— Точно, — сказал Фозис Т’Кар. — В конце концов, чем он больше...

— Тем сильнее он тебя изуродует, когда доберется, — закончил Ариман. — Наш долг — сопровождать примарха, а не хвастаться своей силой.

Сразу за титанами их встретили огромные золотые воины, охранявшие все подходы к центру континента. Эти гиганты, не уступавшие ростом Астартес, были одеты в золоченую броню, украшенную рукописными изречениями и развевающимися клятвенными свитками под восковыми печатями. На пропускном пункте их было шестеро, за их спинами урчали двигателями три «Ленд Рейдера», а в стороне стояла еще и пара терминаторов.

— Сначала титаны, потом еще и это! Вам не кажется, что они ожидают каких-то неприятностей? — насмешливо спросил Хатхор Маат.
ТерминаторДата: Среда, 09.01.2013, 14:26 | Сообщение # 104



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Они всегда ожидают неприятностей, — ответил Ариман.

— А по-моему, все эти меры предосторожности смешны и никому не нужны. В конце концов, кто осмелится на какие-то диверсии, когда мир кишит Астартес и лучшей боевой техникой Империума?

— А ты когда-нибудь встречался с Кустодес? — спросил Фозис Т’Кар.

— Нет, а какое это имеет значение?

— Если бы ты с ними пообщался, ты бы не задавал таких глупых вопросов.

— Я был знаком с одним из них еще до отъезда на Просперо, — сказал Ариман. — Это был молодой, прямой, как шомпол, воин по имени Вальдор. Я думаю, примарх его помнит.

Магнус что-то проворчал, и все поняли его отношение к этому знакомству.

— И что ты о нем думаешь? — спросил Утизаар.

— А ты не понял?! — воскликнул Хатхор Маат. — В чем дело, ты больше не читаешь чужие мысли?

Утизаар проигнорировал насмешку капитана Третьего братства. Магнус повернулся к своим офицерам, и преувеличенно серьезное выражение его лица вызвало усмешку у Аримана.

— Хватит, — сказал Магнус. — Не важно, что вы капитаны. Если Кустодес решат, что вы недостаточно серьезно настроены, вам не удастся пройти внутрь. Их слово — закон, и, когда дело касается безопасности Императора, даже примарх не может отменить их приказ.

— Ладно, Азек, — не сдавался Хатхор Маат. — Расскажи, что собой представляет этот Вальдор?

Магнус доброжелательно кивнул, и Ариман начал рассказывать:

— Это преторианец, действующий с беспощадной эффективностью и абсолютно лишенный чувства юмора. Я полагаю, что служба в подразделении, отвечающем за безопасность величайшей личности в Галактике, оставляет не так уж много времени для веселья.

— Не так уж много? — неожиданно раздался чей-то голос рядом с Ариманом. — Совсем не оставляет.

Как смог кустодий так близко подойти к Магнусу и воинам Сехмет, так и осталось загадкой для Аримана.

Он не почувствовал его приближения, не ощутил ни малейшей дрожи в эфире, вызванной присутствием постороннего. Весь отряд только что подошел к контрольно-пропускному пункту, и вдруг, в одно мгновение, их Хранители исчезли, а рядом возникли два воина-Кустодес.

Оба они были такими же высокими, как и Астартес, но броня на вид сильно уступала в массивности. Их доспехи могли показаться церемониальным украшением, но Ариман отлично знал, что это обманчивое впечатление, благодаря которому Кустодес нередко получали преимущество. Кустодии были очень похожи на Астартес, но в то же время сильно отличались от них, как далекие родичи, пошедшие по иному пути эволюции.

В руках они держали Копья Хранителей — длинные пики, способные пронзить листовую сталь, а также одним ударом рассечь надвое бронированную тушу зеленокожего. Плюмажи из красных конских хвостов спускались с их шлемов подобно ручьям крови, а сверкающие зеленые линзы визоров почти полностью соответствовали тем, которыми пользовались Астартес Тысячи Сынов.

— Остановитесь, чтобы вас могли опознать, — сказал тот воин, что заговорил первым.

Ариман сосредоточил на нем все свое внимание. Он не мог отыскать даже эхо его присутствия в мире, как будто перед ним было не живое существо, а голографическое изображение. У Аримана даже в горле пересохло, а во рту появился неприятный горький привкус.

«Неприкасаемые, — раздался в его мозгу голос, сохранивший знакомые модуляции. — Могущественные, но не слишком».

Ариман по-прежнему не мог их видеть, но, зная теперь о существовании пустот, мог определить их по имеющимся провалам.

— Их шестеро, — передал он по вокс-связи, встроенной в доспехи.

— Семеро, — поправил его Магнус. — Одна из них гораздо искуснее маскирует свое присутствие, чем ее собратья.
ТерминаторДата: Среда, 09.01.2013, 14:27 | Сообщение # 105



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Кустодес скрестили свои копья, блокируя проход к помосту Императора, и в душе Аримана вспыхнул гнев, вызванный оскорбительным присутствием Неприкасаемых. Величественный и грозный Магнус остановился. Его украшенный шлем выглядел увеличенной копией головных уборов стоящих перед ним воинов, и на мгновение могло показаться, что Магнус один из них — высокий предводитель воинов в золотых доспехах.

Магнус слегка наклонился, и его взгляд проследил за строчкой гравировки на нагрудной броне того воина, что стоял слева.

— Амон Тауромах Ксиагейз Лепрон Кайрн Хедросса, — произнес Магнус. — Я мог бы продолжать, но остальная часть твоего имени скрыта в изгибах брони. И Хаэдо Венатор Урдеш Жуйахао Фейн Маровия Трайен. Прекрасные имена, говорящие о великом наследии и исключительном происхождении. Ничего другого я и не ожидал от воинов Константина. Как поживает старик?

— Лорд Вальдор в порядке, — ответил кустодий, которого Ариман идентифицировал как Амона.

— Я так и думал, — сказал Магнус. Протянув руку, он коснулся сначала выгравированной строки на плече воина. — Ты носишь древнее и очень гордое имя, Амон. Так же зовут моего адъютанта, изучающего поэзию и скрытую суть вещей. Если имя действительно оказывает влияние на человека, значит ли это, что и ты интересуешься неведомым?

— Охрана Императора требует таланта проникать в скрытые истины, — осторожно ответил Амон. — И я горжусь, что имею некоторый опыт в таких делах.

— Да, вижу, что имеешь. Ты исключительный человек, Амон, и я уверен, ты высоко поднимешься в своем ордене. Тебе предстоят великие дела, — сказал Магнус. — И тебе тоже, Хаэдо, — добавил он.

Амон ответил на комплимент примарха легким наклоном головы, и копья стражей поднялись, позволяя Магнусу и отряду Сехмет пройти дальше.

— Это означает?.. — спросил Ариман, когда Кустодес отвели свое оружие в сторону.

— Система Единого Биометрического Контроля идентифицировала и записала в память ваши генетические метки, — сказал Хаэдо. — Вы те, за кого себя выдаете.

Магнус рассмеялся.

— Разве заявления и действительность когда-нибудь совпадают?! — воскликнул он.

Кустодес ничего не ответили, а только расступились, приглашая их пройти.

Подиум уже был виден, но, прежде чем занять место рядом с Императором, Магнусу предстояло получить последнее одобрение. Уже после проверок на всех контрольных пунктах Ариман периферийным мысленным зрением все еще ощущал гнетущее присутствие Неприкасаемых.

Из пояснений примарха он сделал вывод, что невидимыми часовыми были Сестры Безмолвия, безгласные члены сестринства Неприкасаемых и Стражей с Черных Кораблей. Весьма символично, что они с Кустодес работают рука об руку.

Астартес Магнуса уже вступили во внутренний круг, как метафорически, так и буквально, поскольку здесь собрались самые могущественные существа Вселенной, великолепнейшие сыновья своего ослепительного повелителя. Здесь, перед тем как подняться на платформу и присоединиться к отцу, собрались примархи.

Ариман заметил крылатый ангельский образ Сангвиния, чья броня ярко-красного цвета составляла странный контраст с белоснежными крыльями. Богоподобный примарх, увешанный серебряными кольцами и жемчужинами, стоял рядом с Ханом, смуглым воином в мехах и доспехах из лакированной кожи, с крылатым знаменем, похожим на знамя Повелителя Ангелов.

Блистающий золотой кожей Уризен что-то оживленно обсуждал с Дорном, примархом Легиона Имперских Кулаков, тогда как Фениксиец, сопровождаемый четверкой своих лорд-командиров, самодовольно прихорашивался рядом с Хорусом Луперкалем и его лейтенантами. Снежно-белые волосы Фулгрима сияли вокруг его превосходно вылепленного лица. Неудивительно, что члены его Легиона гордились своим видом, когда они следовали такому великолепному примеру.

Магнус направился прямо к своим братьям, но навстречу ему шагнул воин в тускло-белой броне с бледно-зеленой отделкой. На его наплечнике виднелся череп, окруженный колючим венцом, что указывало на принадлежность к Легиону Гвардии Смерти. Этот Астартес держался весьма угрожающе, и Ариман без труда определил в ауре все признаки враждебности.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Тысяча Сынов Грэма Макнилла (Ересь Хоруса)
Страница 7 из 16«12567891516»
Поиск: