Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 11 из 14«1291011121314»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Первый еретик Аарона Демски-Боудена (Ересь Хоруса)
Первый еретик Аарона Демски-Боудена
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:47 | Сообщение # 151



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Аргел Тал покачал головой.

- Нет. Это не дело рук Аврелиана. Это творение Эреба и Кор Фаэрона. От всего этого накатывают волны их предательского зловония. Лоргар — золотая душа, светлое создание. Эти тайные игры порождены мечтами куда более мелких и темных людей. Примарх, да будет он благословлен, любит этого отвратительного подлеца. Он пригрел на груди гадюку и зовет ее отцом.

- Тебе не следует так отзываться о Магистре Веры.

- Магистр... - рассмеялся Аргел Тал. - Кор Фаэрон? «Магистр Веры»? Он покрывается титулами, словно кинжал убийцы ядом. Я и вправду был слишком долго вдали от Легиона, если Кор Фаэрона теперь любят массы. Ты сам, Ксафен — ты ненавидел его. Нечистая душа. Ложный Астартес. Это твои собственные слова, брат.

Ксафен, наконец, отвернулся, не желая или не в силах более выдерживать взгляд. Ничто так не нарушало контакт, как позор.

- Времена меняются, - сказал капеллан.

- Похоже на то, - Аргел Тал сжал кулаки, чтобы облегчить боль в костях. Это не помогло. Суставы продолжали пульсировать. - Заканчивай. Мне нужно привести мир к Согласию.

- Если позволишь, у меня тоже есть вопросы.

- Спрашивай, и я отвечу.

- Кирена, - начал Ксафен. - Она снова прошла омоложение.

- Не смотри на меня и не обвиняй ее в тщеславии. Некоторое время назад пришло астропатическое распоряжение лично от примарха. Он все еще высоко ценит ее и изъявил желание, чтобы она прошла очередной цикл процедур.

Ксафен кивнул.

- А что Аквилон?

Выражение лица Аргел Тала было непроницаемым.

- Как и раньше. Он ничего не знает, а подозревает даже меньше. Его сообщения Императору не выходят за пределы флота.

- Моя защита?

- Продолжает действовать.

- Ты сам проверял? - капеллан знал, что брат считает некоторые методы неприятными. - Важно, чтобы ты удостоверился лично.

- Я и проверял, - сказал Аргел Тал. - Ничего не изменилось, выбрось это из головы.

-Тогда я уверен в успехе. Но, тем не менее, сегодня ночью я обновлю чары, - он подошел к письменному столу и отстегнул огромную книгу, висевшую на цепи у него на поясе. Он медленно и почтительно перелистывал громадный переплетенный в кожу том — множество страниц, испещренных изящным почерком, математическими вычислениями, астрологическими схемами, напевными заклинаниями и ритуальными формулами. Аргел Талу мучительно хотелось подойти ближе и прочесть тайны, взятые из разума примарха. Воистину, Лоргар щедро делился знанием с братством капелланов Легиона.

- Ты многое добавил в книгу, - заметил он.

- Это так. Каждый месяц мы получаем новые главы и строфы из священного труда. Разум примарха охвачен пламенем идей и устремлений, а мы удостоены чести узнавать о них первыми. Эти страницы украшены уже тысячью посланий.

Цифровые копии писаний примарха никогда не могли попасть в архивы 1301-го, поскольку там к подобной информации могли получить доступ не те люди. Вместо этого у всех капелланов Зазубренного Солнца к доспехам были прикованы личные копии — постоянно дополняемые по мере того, как Слово разрасталось - которыми они пользовались при проведении тайных проповедей. Аргел Тал забрал экземпляр «Книги Лоргара» Сар Фарета с трупа капеллана и сжег его на поле боя, этим вынужденным кощунством не позволив ему попасть в не предназначенные для него руки.

Капеллан медленно вдохнул.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:47 | Сообщение # 152



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Меня долго не было, Аргел Тал. Ты прав. Я погрузился в манипулирование тугодумными ремесленниками из IV Легиона, хотя на самом деле сильнее всего желал быть здесь со своими братьями и проповедовать развивающееся Слово Лоргара.

- Извинения приняты, - произнес Алый Повелитель. - У тебя есть тридцать восемь минут до высадки. Увидимся на палубе возле «Восходящего Солнца».

Ксафен читал списки данных, прокручивающиеся поверх изображения с линз.

- Тут предписание о предстоящем сражении, разрешающее присутствие летописцев при проведении боевых действий. Это, должно быть, ошибка, ты бы никогда не позволил подобного.

Аргел Тал проворчал что-то невразумительное вместо ответа и направился к двери.

- Подожди.

Аргел Тал замер почти в дверях комнаты.

- Что?

- Подумай обо всем, что произошло, брат. Прочувствуй, как события развиваются все быстрее на пути к неизбежному восстанию. Ты что-нибудь ощущаешь внутри? Какие-нибудь... перемены?

Руки Магистра ордена внезапно дико заболели. Словно в суставы запястий и костяшек насыпали битого стекла.

Сам не зная, почему, Аргел Тал солгал.

- Нет, брат. Ничего. А ты?

Ксафен улыбнулся.

Воевать с другой людской культурой всегда было явно порочным занятием, и Аргел Тал испытывал отвращение всякий раз, когда это становилось необходимым.

Это были нечистые войны, их вели против той горечи, которая гнездилась в душах людей, обрекших себя выступлением против Империума. Алого Повелителя расстраивало не то, что противник осмеливался оказывать сопротивление, и не расход боеприпасов или тот факт, что защитников этих планет он уважал за стойкость. Все это печалило его, но растрата жизней и упущенные из-за неповиновения возможности — вот что оставляло настоящие шрамы.

В прошлом он пытался обсудить этот вопрос с Ксафеном. С присущей ему прямолинейностью капеллан прочел лекцию о праведности их дела и трагической необходимости сокрушать эти культуры. Из этого спора Аргел Тал не узнал ничего нового. Аналогичные беседы с Даготалом и Малнором кончались так же, как один разговор с Торгалом. Гал Ворбак обходились без званий, исключая Аргел Тала, все воины считались равными под командованием Магистра ордена, и бывший сержант штурмовиков изо всех сил старался понять, что пытался объяснить ему Аргел Тал.

- Но они неправы, - сказал Торгал.

- Я знаю, что они неправы. Это трагедия. Мы несем просвещение через объединение с родным миром предков человечества. Мы несем надежду, прогресс, силу и мир с помощью непобедимой мощи. Но они сопротивляются. Меня печалит, что гибель становится ответом столь часто. Я сожалею, что они невежественны, но уважаю их за то, что они готовы умереть за свой образ жизни.

- Это не заслуживает уважения. Это идиотизм. Они скорее умрут неправыми, чем научатся принимать перемены.

-Я не говорил, что это разумно. Я сказал, что мне грустно уничтожать все живое на планете из-за невежества.

Торгал задумался над этим, но ненадолго.

- Но они же неправы, - сказал он.

- Мы когда-то тоже были неправы, - Магистр ордена поднял кулак в перчатке, поясняя смысл: он был алым, а когда-то серым. - Мы тоже заблуждались, поклоняясь Императору.

Торгал покачал головой.

- Мы ошибались и предпочли приспособиться, а не погибнуть. Я не понимаю, что тебя печалит, брат.

- Что, если мы бы смогли убедить их? Что, если проблема в нас, что нам не хватает слов, чтобы привлечь их на нашу сторону? Мы вырезаем своих собственных сородичей.

- Мы выбраковываем животных из стада.

- Забудь, что я упоминал об этом, - произнес Магистр ордена. - Разумеется, ты прав.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:47 | Сообщение # 153



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Торгал не уступал.

- Не оплакивай идиотизм, брат. Им предложили истину, и они отказались. Если бы мы сопротивлялись правде до самого конца, то заслужили бы свою участь, так же, как эти глупцы заслуживают свою.

Аргел Тал больше не предпринимал попыток. В наиболее тяжелые моменты его терзала предательская и недостойная мысль — какая доля непоколебимой веры братьев исходит от их сердца, а какая взращена в них геносеменем? Сколько душ он сам приговорил к уничтожению, безмолвно побужденный к кровопролитию колдовской генетикой?

На некоторые вопросы не было ответов.

Не желая обременять своими проблемами Кирену, и без того служившую исповедницей для сотен Астартес и эвхарских солдат, он говорил о своей неуверенности лишь с тем единственным, кого должен был остерегаться.

Аквилон понимал.

Понимал, поскольку ощущал то же самое, разделяя едва заметную скорбь Аргел Тала из-за необходимости уничтожать целые империи только потому, что их правители оказались слепы к реальности галактики.

Последний мир, заслуживший гибель, его обитатели называли Калисом, а 1301-й экспедиционный флот — 1301-20. Полноценная высадка на планету продолжала готовиться, даже когда примитивные орбитальные системы защиты Калиса рухнули в атмосферу, охваченные огнем.

Население было приговорено в уничтожению за связи с племенами ксеносов. Чистый биологический код граждан Калиса был необратимо испорчен примесями генетики чужаков. Жители мира внизу не раскрыли Империуму всех деталей, но из образцов крови было ясно, что когда-то калисианцы культивировали в собственных клетках чужую дезоксирибонуклеиновую кислоту.

- Скорее всего, чтобы вылечить наследственную или вырожденческую болезнь, - предположил Торв. Но причина не имела значения. Подобные отклонения нельзя было терпеть.

Эвхарские полки генерала Джесметина, каждый из которых поддерживало несколько отделений Астартес, получили приказ занять двенадцать крупных городов на скудной суше Калиса.

Столица — скопление пришедшей в упадок промышленности под названием Крахия — была также резиденцией правительницы планеты, носившей явно наследственный титул «ее психическое великолепие».

Именно эта женщина, Ее психическое великолепие Шал Весс Налия IX наотрез отказала посланцам Несущих Слово. И именно эта женщина, распухшая от ожирения, подписала смертный приговор своей цивилизации.

- Оставьте столицу нетронутой, - сказал Аргел Тал Балоку Торву на прошлом военном совете. - Я выпущу Гал Ворбак на Крахию и лично добуду голову их королевы.

Магистр флота кивнул.

- А что с нашими летописцами? Они у нас всего две недели, а от их представителей ко мне уже каждый час поступают просьбы разрешить им наблюдать за штурмом.

Алый Повелитель покачал головой.

- Игнорируйте их. Мы завоевываем мир, Балок, а не нянчимся с туристами.

С возрастом Балок Торв стал чрезвычайно терпелив, и это была одна из добродетелей Магистра флота, которую уважали его подчиненные и на которую полагались другие командиры. Аргел Тал заметил трещины в железном фасаде, проявлявшиеся в морщинах вокруг глаз пожилого человека и том, как он поправил белый плащ, чтобы успокоиться перед ответом.

- При всем уважении, повелитель...

Аргел Тал предупреждающе поднял руку.

- Не впадай в формальность только потому, что не согласен со мной.

- При всем уважении, Аргел Тал, я игнорировал их для твоего же блага с момента их прибытия, а до того еще год. Я говорил банальности и составлял послания, не давая им доступа на флот, приводил больше сотни причин, по которым неподходяще, невозможно и непрактично иметь с ними дело. А теперь они здесь, с имперскими печатями лично от Сигиллита, и требуют позволить им фиксировать продвижение Великого крестового похода. Кроме как пристрелить их - и не думай, что я не вижу эту улыбку — как мне дальше от них отделываться?

Аргел Тал усмехнулся, это было первый просвет в его плохом настроении, который Магистр флота видел за сегодня. Какие бы вести ни принес вернувшийся капеллан, они не нравились Магистру ордена.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:48 | Сообщение # 154



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Понимаю. Сколько их присоединилось к флоту?

Торв сверился с планшетом.

- Сто двенадцать.

- Очень хорошо. Пусть выберут десятерых. Мы возьмем их с собой в первой волне и дадим минимальное сопровождение из эвхарцев. Остальные могут последовать за ними, когда зоны высадки станут безопасными.

- А если они столкнутся со значительными силами противника?

- Тогда они умрут, - Алый Повелитель направился к выходу. - Меня это не волнует.

Торву потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что Аргел Тал не шутит.

- Будет исполнено.
22 Идея Братья Предначертанный час

Исхака слегка беспокоила возможность погибнуть внизу, но она не могла помешать ему получать удовольствие.

Остальные летописцы все ныли, изводя своих эвхарских сиделок вопросами, откуда будет лучше всего наблюдать за сражением, не приближаясь к нему. Они явно забыли о том, насколько почетно оказаться внизу, как только ступили на твердую землю. Многие из них, похоже, полностью упускали смысл нахождения в первой волне высадки, но Исхаку от этого было только лучше. Он был тут не для того, чтобы нянчиться с их карьерами.

Полет вниз, к поверхности, был скучным путешествием в дневном небе — разочаровывающим после напряженного выбора и достаточно скучным, чтобы Исхак задумался, будет ли вообще война. Через грязное окно открывался ограниченный вид на далекий город внизу, явно построенный людьми.

Странно было думать о войне со столь знакомым пейзажем.

Их челнок был армейским десантным транспортом, трясущийся и гремящий представитель древнего класса «Серокрылый», который, как он полагал, уже вышел из употребления, замененный более компактными и обтекаемыми «Валькириями».

Исхак оглядел квадратное подвесное отделение, где и должны были путешествовать тридцать пассажиров. Взглянул на покатые крылья, провел рукой в перчатке по листам брони, несущей следы сражений и расписанной потускневшими молниями со времен Объединительных войн Императора, шедших на Терре два века назад.

И влюбился.

Он нащелкал несколько пиктов почтенной старой девы, оставшись довольным каждым из них.

- Как ее зовут? - спросил он у пилота, стоявшего неподалеку с двумя дюжинами солдат Армии на ангарной палубе и выглядел раздраженным.

- Им не давали названий, когда делали. Их было слишком много, производили слишком быстро, а заводов было слишком мало.

- Ясно. Тогда как вы ее зовете? - он указал на потускневшую трафаретную надпись на корпусе: E1L-IXII-8E22.

Человек оттаял от интереса Кадина.

- Элизабет. Мы зовем ее Элизабет.

- Сэр, - улыбнулся Исхак. - Разрешите подняться на борт вашей прекрасной леди.

Так что все началось хорошо. Когда они погрузились, дела пошли хуже. Формально командующий их экспедицией офицер оказался вообще не офицером — он был эвхарским сержантом, вытянувшим короткую соломинку и вынужденным возиться с претенциозным и беспокойным гоготанием, которое производили десять взвинченных деятелей искусства в зоне боевых действий.

Исхак краем уха слушал, как сержант спорит с группой других летописцев, где им лучше всего войти в город. Еще не взлетев, за три километра от черты города, он уже скучал. Это место по виду не отличалось от промышленного района на Терре, даже не было видно явных признаков боя.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:48 | Сообщение # 155



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Суть штурма Астартес представляла проблему для людей, пытающихся вести хронику событий. Прямая атака с десантных капсул на дворец означала, что летописцам придется в одиночку пересечь весь вражеский город, или же остаться за его пределами и не увидеть вообще ничего. Первое бы никогда не произошло. Второе почти наверняка уже случилось.

Исхак был по натуре подозрителен и чувствовал за всем этим злое чувство юмора. Кто-то, возможно даже сам Алый Повелитель, смеялся над ними. Их пригласили вниз, но держали в унылой безопасности, убрав с дороги.

Он подошел к своим телохранителям: двоим в хорошо сидящей охряной форме Эвхарского 81-го. Каждого из летописцев охраняли точно так же. Сторожа Исхака выглядели одновременно утомленными и радраженными, что было немалым достижением для человеческой мимики.

- А что, если мы просто полетим к дворцу? - предложил он.

- И нас собьют? - эвхарец практически сплевывал слова. - Этот кусок дерьма вспыхнет и грохнется с неба, как только мы попадем в зону поражения зениток.

Исхак с усилием продолжил мило улыбаться.

- Тогда лететь высоко, действительно высоко, и опуститься точно на крышу дворца. А там найти, где приземлиться, - он демонстрировал эти чудеса воздухоплавания с помощью рук. Солдат это, похоже, не убедило.

- Не пойдет, - сказал один из них.

Исхак развернулся, не говоря ни слова, и отправился обратно в темное нутро пассажирского отсека «Серокрылого». Когда он снова вылез, у него под мышкой был пластиковый ранец персонального гравишюта, явно взятый из шкафчика на верхнем складе.

- А как насчет этого? Мы полетим чертовски высоко, и любой, кто действительно хочет заниматься своей работой, сможет выпрыгнуть и сделать ее.

Двое солдат переглянулись и подозвали сержанта.

- В чем дело? - спросил сержант. Его лицо было красноречиво — еще один ноющий летописец был нужен ему, как дырка в голове.

- Вот этот, - солдат указал на Исхака. - У него есть идея.

Потребовалось двадцать минут, чтобы идея воплотилась в жизнь, и Исхак пожалел о ней в тот же миг, как только выпрыгнул из десантно-штурмового корабля и начал падать.

Под ним расстилался дворец из белого камня, похожий на что-то древнеэлладское из былых времен упадка Терры. Он приближался удивительно быстро, а ветер изо всех сил старался вырубить его.

"Это, наверное, какая-то ошибка", - подумалось ему.

Он надавил на кнопки на нагрудной пряжке, чтобы активировать гравишют. Сперва одну, потом другую. Сперва одну, потом другую.

- Подождите двадцать секунд прежде, чем включать, - сказал сержант тем немногим из них, кто совершал высадку. - Двадцать секунд. Ясно?

Подожди двадцать секунд.

Вокруг ревел ветер, а земля внизу увеличивалась в размерах. Его стошнит? Он надеялся, что нет. Содержимое желудка перекатывалось и булькало. Уфф.

Подожди двадцать секунд.

Ну, по крайней мере, никакого зенитного огня. Он заметил точку в одном из внутренних двориков — темное пятно, где приземлилась красная десантная капсула. Хорошее место для начала.

Подожди двадцать секунд.

Сколько... Сколько он уже падал?

Вот дерьмо.

Исхак глянул вверх через запотевшие очки, выше виднелись его два охранника. Оба они были далеко, гораздо выше, чем он, и продолжали уменьшаться. Над ними, еще выше, были остальные, кто понял суть его плана и достаточно поверил в него, чтобы пойти следом.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:48 | Сообщение # 156



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Он нажал переключатели, сперва синий, затем красный. Несколько секунд ничего не происходило. Исхак продолжал стремительно нестись навстречу смерти, слишком изумленный, даже чтобы ругаться. Он начал щелкать переключателями с паническом беспорядке, не понимая, что таким образом он не давал гравишюту времени прогреться и активироваться.

Наконец, тот включился, достаточно жестко дернув мышцы его шеи, гравитационные суспензоры загудели, оживая. Запоздалая активация спасла Исхака от превращения в красное размазанное пятно на стене дворцовой башни, но рассеянность дорого ему обошлась. Смеясь от страха, он свалился с каменного парапета, подпрыгивая, хихикая и стараясь не обделаться, пока летел по воздуху.

Спустя сорок восемь секунд, первый из охранников приземлился во дворе. Он обнаружил Исхака Кадина в крови, баюкающим разбитыми руками свой пиктер. Он сидел на траве и покачивался вперед-назад.

- Видали? - с улыбкой спросил он у солдата.

Трое летописцев, шесть эвхарских солдат — ударный отряд из девяти человек двигался по коридорам дворца. Это было скудно украшенное место, бедное на произведения искусства или орнаменты. Вся архитектура состояла из колонн и арочных крыш. По непокрытому коврами каменному полу они углублялись в здание, обладавшее обаянием и теплотой горного монастыря. Когда они только вошли во дворец, оставив позади почерневшую от огня десантную капсулу Астартес, Исхак задавался вопросом, как же они узнают, куда идти. Оказалось, что тревожиться было не о чем. Они просто шли по трупам.

Следы продвижения Астартес были повсюду. Это крыло дворца было полностью зачищено, разорванные тела заменяли традиционные украшения. Одна из прочих летописцев, маленькая и худая имаджистка по имени Калиха, останавливалась каждые несколько минут и делала пикт мертвых тел. По углу наклона ее пиктера было ясно, что она старалась избегать прямого фокуса на мертвецах, оставляя их размытыми фигурами на переднем плане.

Исхаку было неинтересно вести хронику этой резни — искусно, сочно или как-то еще. Амбициозная и жадная до денег часть его мозга знала, что в этом нет смысла — подобные работы никогда не попадут в самые ценные архивы. Действительно отвратительным экземплярам редко это удавалось. Люди Терры хотели видеть, что способно создать человечество, а не остатки того, что оно разрушило. Им хотелось лицезреть своих защитников в моменты славы или в праведной борьбе, а не вырезающими беззащитных людей, которые напоминали терранцев куда больше, чем сами Астартес.

Дело было в презентации, в том, чтобы дать людям то, что они хотят видеть, знают они о том или нет. Так что он не стал снимать тела.

Он старался не смотреть на трупы, которые они проходили. Их настолько изуродовали, что было сложно представить, что эти куски мяса когда-то были людьми. Их не просто убили, их уничтожили.

Один из солдат, Замиков, заметил взгляд Исхака.

- Цепные клинки, - сказал он.

- Что?

- Выражение твоего лица. Тебе интересно, чем можно сделать с телом такое. Так вот, это цепные мечи.

- Меня это не интересовало, - солгал Исхак.

- В честном испуге нет ничего позорного, - пожал плечами Замиков. - Я с Зазубренным Солнцем уже двенадцать лет, и первые два года я блевал. Люди Алого Повелителя работают грязно.

Они повернули налево, пролезая через очередную разрушенную баррикаду, не справившуюся со своей задачей. Услышав стрельбу вдалеке, они ускорили шаги.

- Я слышал, что Несущие Слово всегда сжигали врагов.

- Так и есть, - Замиков ткнул большим пальцем через плечо, указывая на трупы, разбросанные вокруг баррикады из мебели множеством кусков. - Они придут потом. Сперва они убивают, а потом очищают.

- Они возвращаются после боя, чтобы сжечь мертвых? Они и вправду делают это самостоятельно?

Замиков кивнул, не глядя на имаджиста. Исхак заметил перемену в походке солдата — как только они услышали выстрелы, все эвхарцы стали двигаться быстрее, пригнувшись и крепче сжав лазерные винтовки. Это было похоже на то, как коты охотятся на крыс на улицах улья.

- Они делают это сами. У Несущих Слово нет никаких похоронных слуг или сервиторов. Они обстоятельные парни, сам увидишь.

- Да я уже вижу.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:49 | Сообщение # 157



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Что? - Замиков кинул на него быстрый взгляд. - Что ты видишь?

- Тела, - Исхак поднял бровь. Что это еще за вопрос?

- Это нечто большее, - солдат снова смотрел вперед. - Все крыло дворца зачищено, но мы не раз сделали круг, двигаясь по трупам. Несущие Слово не рвутся к тронному залу. Они работают не так. Сперва они убивают всех во дворце, комната за комнатой, зал за залом. Это — наказание. Это — обстоятельность. Теперь понимаешь?

Исхак кивнул, не зная, что сказать.

К звукам стрельбы добавился гортанный визг моторизованных клинков. Он ощутил, как сердце забилось быстрее. Вот оно: сражение, зрелище Астартес в бою. И, будем надеяться, его самого не застрелят.

- Поживее, - заворчал сержант. - Винтовки к бою.

У Исхака не было винтовки, но его лицо стало таким же суровым, как у Замикова, и он поднял свой пиктер. Когда они увидели Несущих Слово, картина была совершенно не такой, как он ожидал. Во-первых, это было не отделение Несущих Слово, а всего один из них. А во-вторых, он был не один.

Пиктер все щелкал и щелкал.

Они двигались, словно близнецы, одно орудие с одной целью. Никто из них не следовал за другим, ни один из них не двигался больше или меньше своего брата. Это не было состязание. Это было совершенство единства. Они остановились, как один, прервав продвижение, чтобы оценить окружающую обстановку. Город был охвачен агонией эвакуации, насколько бы хорошо это ни было для населения, а воздух наполнял вой сирен, слышный даже внутри дворца. На каждом углу и перекрестке коридора стояли отряды защитников, вооруженные ружьями, которые стреляли пулями, с треском отскакивавшими, не нанося вреда, от брони Астартес.

В вокс-сети была тишина. Никаких криков о подкреплении. Никаких запросов указаний. Монотонные песнопения, характерные для отделений Несущих Слово, отсутствовали у Гал Ворбак. Сорок воинов, заброшенные капсулами в четыре секции королевского замка, немедленно рассыпались и начали резню с приглушенными ворчанием и рычанием.

Перед двумя атакующими воителями стояла очередная баррикада, которую защищали десятки людей с ружьями, одетые в претенциозную бело-золотую одежду. Облачка дыма предшествовали звуку «щелк-щелк-щелк», с которым их пули высекли искры, отскочив в сторону.

Оба воина перешли на бег, подошвы с хрустом врезались в каменный пол. Они прыгнули через баррикаду из сломанной мебели одновременно, оба зарычали от усилия, отрываясь от земли. Они приземлились в один и тот же момент и дали себе волю, их оружие рванулось проливать кровь. Защитники разлетались на куски вокруг них, разрубленные и разделанные быстрее, чем успевал следить глаз.

Только беспощадность, с которой они знакомились, сделала это возможным. Когда один наклонялся вперед, чтобы нанести колющий удар, второй резал поверху. Их движения были размытым танцем вокруг друг друга, каждый постоянно отслеживал и предугадывал действия другого, даже когда они концентрировались на убийстве врагов.

Вокруг двух воинов девятнадцать защитников превратились в подергивающиеся человеческие останки. Последний погибший был выпотрошен и обезглавлен ими обоими в один и тот же миг.

Кровь стекала с клинка меча так же, как и с восьми когтей. Встав спиной к спине, воины осмотрели окружавшее их разрушение, на полсекунды обратили внимание на эвхарцев, сопровождавших летописцев по коридору, и одновременно пришли в движение.

Аквилон побежал.

Аргел Тал зашатался.

От изумления кустодий замер. Повернувшись, он увидел, как Несущий Слово делает еще один неуверенный шаг и падает на колени среди оставленных ими трупов.

Клинок Аквилона закрутился словно пропеллер, чтобы отвести в сторону выстрел любого убийцы. Он не был подключен к сети данных Легиона и не мог считать жизненные показатели Аргел Тала на удобном ретинальном дисплее. Но крови не было. Никаких признаков ранения, только падение и судороги.

- В тебя попали?

В ответ Аргел Тал бессловесно заскрежетал. Что-то влажное и черное закапало с решетки его шлема, оно было жиже масла, но гуще крови и шипело, как кислота, падая на камни.

Аквилон стоял над распростертым Несущим Слово, в золотых руках вращался меч. Куда бы он ни взглянул, он не мог засечь цель. Убийцы не было, или, как минимум, он не мог его увидеть. Он бросил еще один взгляд вниз.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:49 | Сообщение # 158



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Брат? Брат, от чего ты страдаешь?

Аргел Тал поднялся с помощью когтей, вонзив их в стену и подтянувшись. Черные пузыри, посеребренные слюной, взбухали и лопались на решетке шлема.

- Ракаршшшк, - неразборчиво произнес он в вокс. Конвульсии прекращались, но Несущий Слово не торопился двигаться.

- Что в тебя попало?

- Хнхх. Ничего. Ничего, - голос Аргел Тала был слабым хрипом. - Я... Скажи, что тоже это слышишь.

- Что слышу?

Аргел Тал не ответил. В его сознании все продолжался крик, звук горя и злости, накопленных кем-то ради развлечения — бессмысленная смесь несовместимых эмоций, свернутых в один вопль. С каждой его секундой, кровь закипала все жарче.

- Пошли, - прорычал он Аквилону, лязгая зубами.

- Брат?

- Пошли.

Торгал кричал в унисон с далеким воплем, повергая людей-защитников перед собой в ужас. Находившиеся возле него воины Гал Ворбак уронили оружие и вцепились руками в шлемы, по тронному залу разносился бессловесный мучительный рык вокса.

Ее психическое великолепие Шал Весс Налия IX сквозь слезы смотрела на это безумие. Перед этим правительница планеты Калис съежилась на своем огромном троне горой жира, прикрытой нагромождением пышной одежды, и громко стонала и плакала. Последние выжившие из королевской гвардии, не бросившие ее погибать от рук нападавших, точно так же были захвачены врасплох зрелищем того, как убийцы в красной броне воют и прекращают резню.

Церемониальные клинки стражи были бесполезны против доспехов Астартес так же, как и пулевые ружья. Вместо атаки он воспользовались недолгой отсрочкой, чтобы отступить к трону ее психического великолепия.

- Ваше высочество, пора уходить, - сказал капитан стражи. Он повторял это много дней, но если это не подействует и сейчас, то, по крайней мере, больше пытаться не придется.

В ответ она разрыдалась. Подбородки затряслись.

- Забудь о ней, - произнес один из оставшихся. Все лица были напряжены от громкого крика захватчиков. - Это наш шанс, Ревус.

- Защитите меня! - завопила правительница. - Исполняйте свой долг! Убейте их всех!

Ревусу было пятьдесят два года, и он верно служил еще отцу ее психического великолепия, харизматичному и успешному правителю, любимому народом — всех этих качеств недоставало его жирной стерве-дочери.

Но он не мог уйти. Точнее, не стал бы.

Ревус повернулся к поверженным захватчикам, глядя, как они стоят на коленях и кричат посреди окружающего их моря искромсанных трупов, и принял свое последнее решение. Он не побежит. Это не для него. Он до конца будет защищать ленивую дочь своего господина и сломает клинок о броню врагов, гордо плюнув им в лицо вместо последних слов.

- Повернитесь и бегите, - ощерился он на своих людей. - Я умру, исполняя свой долг.

Половина из них, похоже, расценила это как приказ, поскольку тут же побежали. Ревус проследил, как их фигуры в темной броне исчезают в проходах для слуг, и, вопреки самому себе, не смог осудить их за трусость.

Капитан стражи остался посреди кричащего вихря с восемью людьми: все они были слишком горды или верны, чтобы бежать, и все они были ветеранами старше сорока лет.

- Мы с вами, - сказал один из них, повысив голос, чтобы перекричать вопли.

- Защитите меня, - снова захныкала отвратительная девушка. - Вы должны меня защищать.

Ревус произнес краткую почтительную молитву, желая всего хорошего духу ее отца и обещая вскоре встретиться с ним на том свете.

Захватчики снова поднимались. Крики смолкли до стонов и ворчания. Они потянулись к оружию, которое уронили в кровь.

Ревус закричал: «В атаку!» и сделал именно это.

Он не стремился убить одного из врагов, поскольку знал, что не сможет. Он хотел всего лишь сломать клинок об их красные доспехи, нанести один-единственный удар, который не успели сделать столь многие из гвардии перед смертью.

Он с ревом бежал, а в следующий момент рухнул на пол. Боли не было, когда ноги вылетели из-под него, лишь секундное головокружение, прежде чем он взглянул на возвышающегося над ним алого воина. Клинок остался целым. Последнее желание не осуществилось.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:49 | Сообщение # 159



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Захватчик наступил на грудь умирающему, сокрушая все кости в теле и давя органы. Капитан стражи Ревус умер, так и не узнав, что его ноги и низ тела были в трех метрах от него, отсеченные первым ударом красного воителя.

Торгал расправился с последним из ревностных защитников и достиг трона раньше, чем прочие из Гал Ворбак. Едкая желчь продолжала обжигать горло, но в конечности вернулись уверенность и сила. В воксе исступленно чередовались сообщения от всех отделений об одинаковой мучительной боли и звуках смеха.

- Убирайтесь с моего мира, - завизжала со своего трона ее психическое великолепие.

Торгал вздернул ее вверх за толстую шею. Вес был большим, даже для боевого доспеха Астартес. Он ощутил, как гиросистемы в суставах плеча и локтя заработали, компенсируя напряжение.

Неподалеку от него Селфарис одевал шлем, сплюнув черную желчь на одно из мертвых тел.

- Просто убей свиноподобную тварь. Надо возвращаться на орбиту. Что-то не так.

Торгал покачал головой.

- Все в порядке, - он изо всех сил игнорировал протестующие стенания женщины. - Но мы должны связаться с капелланом. Если это предначертанный час, мы должны...

- Что? - Селфарис почти смеялся. - Что мы должны делать? Я слышу, как в моей голове хохочет дух, а кровь кипит так жарко, что кости горят. У нас нет плана на этот случай. Никто из нас на самом деле не верил, что это когда-то случится.

- Убирайтесь с моего мира! - настаивала правительница. - Оставьте нас в покое!

Торгал презрительно ухмыльнулся за лицевым щитком, испытывая отвращение к гнусному зловонию чужой рыбы, исходившему от ее потеющей кожи. Какой омерзительный эпизод в прошлом этой планеты мог привести к таким отклонениям? Что могло сделать необходимым такое осквернение — порчу человеческого генома генами чужих? Эти люди не выглядели более сильными, просвещенными или развитыми, чем любая другая человеческая цивилизация. На самом деле, они уступали большинству.

- Зачем вы сделали это с собой? - спросил Астартес.

- Прочь с моего мира! Прочь!

Он отшвырнул ее. Груда плоти ударилась о землю, и перелом шеи оборвал династию.

- Сжечь все, - распорядился Торгал. - Все сжечь и вызвать «Громовой ястреб». Наступил предначертанный час. Я сообщу Алому Повелителю.

Алый Повелитель оглядел двор. Кроме приземлившегося десантно-штурмового корабля, в нем больше никого не было.

Он опустил когти.

Торгал сообщил о падении монарха почти час тому назад, но пыл Аргел Тала угас еще до этого объявления. Он стоял в тени своего «Громового ястреба», «Восходящего солнца», и не участвовал в заключительной резне внутри дворца, а в его голове все еще гуляло эхо безмолвного вопля. С помощью зажигательных гранат и огнеметов Гал Ворбак уничтожали все следы жизни правителей, опустошая изнутри дворец с колоннами.

Большинство обменивалось вопросами по воксу, заполняя коммуникационную сеть гудением изумленных и рассерженных голосов. Слова «предначертанное время» повторялись с отвратительной частотой. Их кровь бурлила, ведь похоже было, что боги позвали.

Аквилон следовал за ним, чего он в первую очередь и ожидал, но в последнюю очередь хотел. Четверо Кустодес были рассредоточены среди штурмовавших дворец Несущих Слово. Они наверняка все видели, и вскоре это должно было стать проблемой.

Аргел Тал наблюдал за тем, кого ему вскоре прикажут убить и задавался вопросом, сможет ли сделать это, как физически, так и морально.

- Мне нечего тебе ответить, - сказал ему Аргел Тал. - Я не знаю, что случилось. Мной овладела секундная слабость. Я поборол ее. Вот все, что я могу сказать.

Кустодес вздохнул через динамик шлема.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:50 | Сообщение # 160



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- А сейчас ты в порядке?

- Да. Силы быстро вернулись ко мне. Моментов такой слабости больше не было.

-Мои люди сообщают о таких же происшествиях, - произнес кустодий. - Многие из Гал Ворбак падали, словно сраженные незримой рукой, в тот же момент, что и ты.

Аквилон снял шлем как знак расположения. Ответного жеста не последовало.

- Мы не обнаружили никакого вражеского оружия, способного произвести такой эффект.

Он мог встретить взгляд Аквилона только тогда, когда глаза закрывали линзы шлема.

- Если бы я знал, что меня поразило, - сказал Аргел Тал, - я бы сообщил тебе, брат.

- Приходится думать, что это ранее неизвестный изъян в геносемени вашего Легиона.

Аргел Тал неопределенно проворчал, то ли соглашаясь, то ли нет.

- Ты понимаешь, - продолжил кустодий, - что я должен немедленно сообщить об этом Императору, возлюбленному всеми.

По ту сторону лицевого щитка изо рта Аргел Тала снова потекла кровь.

- Да, - проговорил он, облизывая губы. - Разумеется, ты должен.

Сперва ему показалось, что крик возвращается. Только послушав завывающий плач несколько секунд, он развернулся к стенам дворца.

- Слышишь? - спросил он.

На этот раз Аквилон кивнул.

- Да.

Когда заработала сирена, почти все Несущие Слово запросили подтверждения ее причин. Мигавшая на сотнях ретинальных дисплеев колхидская руна сообщала сухую и смутную информацию, но в ней не было никакого смысла.

Даже занятые огненным очищением воины в красной броне Гал Ворбак в замешательстве вызывали по воксу флот на орбите, требуя немедленного подтверждения и объяснения.

Во дворе Аргел Тал и Аквилон поднялись на борт «Восходящего Солнца», отдав своим воинам распоряжение немедленно возвращаться к своим десантным кораблям. Дворец ее психического великолепия уже не имел никакого значения. Все Согласие утратило смысл.

Все Несущие Слово, Кустодес и силы Имперской Армии 1301-го экспедиционного флота — слушайте. Говорит Аргел Тал, Магистр Зазубренного Солнца. «Де Профундис» достигли слова с самой Терры, несущие печать Императора. Система Истваана открыто восстала, во главе мятежа четыре наших же Легиона. Слухов множество, но фактов мало. Говорят, что Магистр Войны отрекся от кровных клятв, данных Тронному Миру. Правда это или ложь — мы не начнем войну, пребывая в неведении. Но мы откликнемся на зов примарха, ибо сам Лоргар требует, чтобы мы ответили.

Прекратите атаку на поверхности и отступайте к транспортам. Немедленно вернитесь на орбиту. Нам приказано направляться к Истваану, и мы повинуемся, ибо были рождены для этого. Несущие Слово доберутся до самого сердца предательства, вырвав правду. Офицеры, займите свои посты. Воины, приступайте к своим обязанностям. Пока это все.

Аквилон стоял рядом с Алым Повелителем в пассажирском трюме десантно-штурмового корабля.

- Я не могу поверить в это ни на секунду. Гор? Предатель? - кустодий провел кончиками пальцев по плоскости своего клинка. - Это не может быть правдой.

- Ты слышал сообщение, как и я, - Аргел Тал, моргнув, активировал руническую метку на дисплее своего визора, открывая канал вокс-связи с Гал Ворбак.

- Подтвердить безопасность сети.

Рядом с первой появилась еще одна руна и подтверждающе замигала.

- Говорит Аргел Тал, - теперь он обращался только к ближайшим из братьев. - Аврелиан зовет нас.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:50 | Сообщение # 161



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Ответивший голос не пользовался воксом. Он раздавался прямо в сознании и звучал до безумия знакомо.

Они уже знают. Они чувствуют это.

"Я знаю этот голос", - подумал он.

Разумеется, мы знаем его. Это же наш голос. Мы — Аргел Тал.
23 Изменники Одержимость Выбор

Астропат кивнул.

Аквилон был слишком ошеломлен даже для того, чтобы придти в ярость.

- Измена, - произнес он. - Как такое может быть?

Астропата звали Картик, и, даже выпрямившись в полный рост, он обладал невыразительно-низкой фигурой, которую только портили преклонный возраст и привычка горбиться, словно ожидающее нападения животное. Возраст псайкера приближался к семидесяти годам, лицо пересекали морщины, и даже в молодости он вряд ли был проворен. Сейчас он был стар. Это было видно во всем, что он делал, и в том, насколько медленно он это делал.

Неожиданно красивые глаза подрагивали под полуприкрытыми веками, глубоко посаженные в желтоватых глазницах на уродливом лице, образованном жестокими генами и мясистыми щеками. Увидев его однажды, летописец отметил, что мать или отец Картика — а возможно, что и оба они — почти наверняка были грызунами.

Он никогда не умел отвечать остротами. Просто его таланты были далеки от остроумия. Это был последний раз, когда он пытался завести друзей среди новоприбывших гражданских. Он знал, что одиночество вынудит его пытаться снова, но намеревался заставить его подождать.

Должность личного астропата Оккули Император принесла его семье на Терре скромное состояние, хотя сам он получил лишь одинокое и унылое изгнание. Таковы были жертвы, которые он принес на данный момент. Он был достаточно твердо намерен исполнять долг перед Императором, зная, что его семья обеспечена.

Раз или два к нему приходили летописцы, желавшие использовать его положение в собственных целях, разыскивая истории и рассказы. Картик прочел в их глазах неприкрытое честолюбие и полное отсутствие интереса к нему самому и устранился от подобных гостей. По правде говоря, он привык к одиночеству. Ему не хотелось быть использованным только для того, чтобы прервать его.

- Я ручаюсь за это, - ответил Картик. Его речь была столь же обманчиво приятна, как и глаза. Никто не знал об этом, кроме самого Картика, но он также чудесно пел. - Возвышенный сир, эфир заметно прояснился за последние дни, и сообщение с Терры было отчетливым. Измена.

Аквилон посмотрел на остальных собравшихся в уединенной комнате Картика. Калхин, младший из всех, получивший на службе Императору всего девять имен. Ниралл, на нагруднике которого выбито двадцать имен, лучший всех них владеющий алебардой. Ситран, все еще соблюдающий обет молчания, который он дал на вершине одной из немногих оставшихся гор в Гималаях, взирая на стены Дворца Императора. Он расценивает их назначение как наказание и не проронит ни слова, пока они не вернутся на Терру через семь лет, завершив пятидесятилетие службы.

- Четыре Легиона, - произнес Калхин. - Четыре полных Легиона предали Императора.

- Их возглавляет Магистр Войны, - добавил Картик с неловкой мягкостью. - Любимый сын Императора.

Ниралл издал что-то среднее между фырканьем и смешком.

- Мы — любимые сыновья Императора, маленький говорящий с варпом.

Аквилон оставил старый спор без внимания.

- Аргел Тал сообщил мне, что мы достигнем Истваана через тридцать девять дней. Прибыв на место, Зазубренное Солнце воссоединится с Легионом и расположится рядом с прочими Несущими Слово. Армия, Механикум и другие внешние силы, включая нас, не примут участия в штурме. Это дело касается только Астартес. Они хотят, чтобы мы приняли командование четырьмя небольшими кораблями и оказали помощь в защите периметра. Я согласился на это.

Остальные повернулись к нему. Большинство кивнуло, принимая предложенную им честь, хотя они все еще оставались обеспокоенными.

- Тридцать девять дней? - спросил Ниралл.

- Да.

- Это невероятно быстро, - сказал Калхин. - Мы потратили годы, прорываясь через вздымающиеся волны и приводя захолустные миры к Согласию, а теперь навигаторы внезапно докладывают, что варп чист в нужном нам направлении? Расстояние в четверть галактики? Это путешествие заняло бы десятилетие.

- Варп прояснился, - повторил Картик.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:51 | Сообщение # 162



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- При попутном течении это все равно путь на многие месяцы. Даже годы.

Аквилон взглянул на Картика сверху вниз. Остальные сделали то же самое, один за другим.

- Да, Оккули Император? - спросил человек.

- Сообщи Сигиллиту, что мы ожидаем приказов. Астартес противятся участию внешних сил в грядущем сражении, но мы будем среди флота Несущих Слово, командуя четырьмя их кораблями.

- Будет исполнено, - машинально ответил Картик. Это будет долгая ночь, наполненная передачей столь важного сообщения до самой Терры и поддержанием связи с астропатом на далеком родном мире достаточно долго, чтобы получить ответ. - Сделаю, как вы желаете.

Кустодии вышли из комнаты, не сказав более ни слова.

Аргел Тал дрожал в доспехе, ему было холодно, несмотря на жару, ледяной пот орошал кожу прежде, чем слои доспеха впитывали и перерабатывали его.

Тяжелый керамит ритмично скрежетал по стали, взвизгивая всякий раз, когда тело сотрясалось одновременно с ударом сердца. Он пытался встать бессчетное число раз. Каждая попытка заканчивалась неудачей, падением обратно на пол комнаты для медитаций, оставлявшим вмятину на палубе и обдиравшем краску с брони.

По открытому каналу вокс-связи с Гал Ворбак доносились их проклятия и бормотание молитв, но он не мог ни вспомнить, когда же он открыл канал, ни как его закрыть. Они страдали так же, как и он. Судя по звукам, большинство было не в состоянии говорить, голоса терялись в диком неровном рычании.

От двери прозвенел сигнал.

Аргел Тал издал низкое ворчание, потратив несколько секунд, чтобы сложить единственное слово.

- Кто?

Динамик зашипел.

- Это Аквилон.

Несущий Слово скосил слезящиеся глаза на ретинальный хронометр, глядя на меняющиеся цифры. Он что-то забыл. Какое-то... событие. Он не мог мыслить ясно. Между болевших зубов свисали нити слюны.

- Да?

- Ты не пришел на спарринг.

Да, вот оно. Их ежедневный поединок.

- Извини. Медитирую.

- Аргел Тал?

- Я медитирую.

Последовала пауза.

- Хорошо. Я вернусь позже.

Аргел Тал лежал на полу, дрожа и шепча мантры на языке, лежавшем в основе колхидского, очищенном от терранских и готических корней.

В какой-то момент, терявшийся в дымке боли, он вытащил боевой клинок. Держа меч трясущейся рукой, он полоснул по тыльной стороне перчатки, стремясь изгнать огонь из своей крови. То, что закапало из раны, напоминало кипящее масло, оно пузырилось, булькало и шипящими ручейками вгрызалось в покрытие пола.

Рана закрылась, словно гаснущая улыбка. Даже разрез в доспехе затянулся отвратительно органическим рубцом.

Спустя еще час он сумел подняться на ноги и достаточно сосредоточиться, чтобы стоять и не шататься. В воксе его воины смеялись, плакали, демонстрируя эмоции, редко слышимые от Астартес.

- Ксафен.

Капеллану явно потребовалось несколько долгих секунд, чтобы ответить.

- Брат.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:51 | Сообщение # 163



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Мы должны... скрыть это от Кустодес. Распространи известие. Гал Ворбак удаляются на медитацию. Покаяние. Размышляют, пока мы летим к Истваану.

- Мы можем их просто убить, - пролаял Ксафен по вокс-сети. - Убить их прямо сейчас. Время пришло.

- Они умрут, - Аргел Тал сглотнул сгусток кислоты, - когда примарх скажет, что они должны умереть. Распространи слух по кораблю. Гал Ворбак заняты покаянием и отказываются от всех внешних контактов.

- Будет исполнено.

На заднем плане его братья вопили и выли. Удары бьющихся о стены кулаков и лбов доносились по воксу глухим лязгом. Он не мог дышать. Нужно было снять душный шлем, даже теплый переработанный воздух корабля был лучше удушливого смрада пепла и золы.

Пальцы схватились за замки на вороте, но от каждого нажатия дергалась вся голова. Шлем не снимался. Холодный пот каким-то образом соединил его с лицом.

Аргел Тал двинулся к двери и нажал на панель активации. Когда дверь открылась, Алый Повелитель побежал по коридорам, шатаясь и дергаясь, в поисках единственного убежища, на котором смог сконцентрироваться его сбитый с толку разум.

- Войдите, - позвала она.

Первым, что она услышала, было рычание сервоприводов сочленений брони и грохочущая поступь Астартес. Она открыла рот, чтобы заговорить, но запах лишил ее дара речи. Сильный до агрессивности химический смрад плавящегося металла с примесью вони от горящего угля.

Шаги были неровными, они проследовали внутрь комнаты и окончились ударом керамита о металл, от которого кровать содрогнулась. После падения дверь закрылась. Она уселась на край матраса, невидяще уставившись туда, где,судя по звуку, рухнул Астартес.

- Кирена, - произнес воин. Она тут же узнала его, несмотря на напряжение в голосе. Не говоря ни слова, она соскользнула с кровати, нащупывая, где он. Руки погладили гладкую броню на голени и висевшую там изорванную бумагу с клятвами. Взяв его, как символ почтения, она подвинулась, оказавшись возле плеч воина, баюкая его тяжелый шлем на коленях.

- Твой шлем не снять, - сказала она.

Теперь это было его лицо: маска оскалившегося керамита с раскосыми глазами. Он не ответил.

- Я... я вызову апотекария.

- Нужно спрятаться. Закрой дверь.

Она повиновалась распоряжению.

- Что случилось? - она не пыталась скрыть тревогу и нарастающий испуг. - Это то, о чем говорил Ксафен? Предначертанные перемены?

Стало быть, капеллан уже все ей рассказал. Он знал, как глупо удивляться этому обстоятельству — Ксафен всегда делился всем с Благословенной Леди, используя ее как еще один инструмент для распространения новой веры среди Легиона и слуг. Прежде, чем ответить, Аргел Тал моргнул, стряхивая едкий пот с глаз. Целеуказатель обвел лицо Кирены над ним, и он отключил его, сжав зубы.

- Да. Перемены. Предначертанный час.

- Что произойдет? - тревога в ее голосе была нектаром для ушей. Чувством, которое он не до конца понимал, Аргел Тал ощущал себя сильнее, когда слышал ее прерывистое дыхание...ускорившееся сердцебиение...тепло страха в голосе. Слезы падали на лицевой щиток, и даже от этого мышцы наливались свежими силами.

Мы питаемся ее горем, - всплыла незваная мысль.

- Ты умираешь? - спросила она сквозь слезы.

- Да, - собственный ответ поразил его, поскольку он сам не ожидал его и при этом, произнося слова, знал, что это правда. - Думаю, что да.

- Что мне делать? Прошу тебя, скажи мне, - он ощущал, как кончики пальцев поглаживают забрало его шлема, прохладные на ощупь и слегка смягчающие боль. Как будто холодные пальцы касались горящей кожи.

- Кирена, - прорычал он голосом, едва похожим на свой. - Это — план примарха.

- Я знаю. Ты не умрешь. Лоргар не допустит этого.

- Лоргар. Сделает то. Что должно быть сделано.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:51 | Сообщение # 164



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Он чувствовал, как голос слабеет, и упал, выскальзывая из сознания, словно в наркотический сон. Оставляя звенящее эхо, мысли разделились на неконтролируемые половины. Он мог видеть ее, из закрытых глаз продолжали течь слезы, каштановые локоны обрамляли лицо. Но он видел еще больше: пульсацию на ее виске, где под тонкой, слишком человеческой кожей подрагивала вена; Влажное скомканное биение ее сердца, проталкивающего живительную жидкость по ее хрупкому телу. Аромат ее души, которая рвется наружу каждую секунду на протяжении всей жизни, выдыхаемая из тела, пока оно не перестанет дышать. Она пахла жизнью и уязвимостью.

Почему-то это разжигало в нем желание, похожее на жажду битвы, на голод, но гораздо сильнее их обоих — яростное до боли. Ее кровь будет пощипывать язык и петь, продвигаясь по пищеварительному тракту. Ее глаза станут сладкими шариками жевательной пасты, увлажняющей рот. Он разобьет ее зубы и покатает осколки во рту прежде, чем вырвать ее язык из-за кровоточащих губ и целиком проглотить отделенный кусок плоти. Тогда она закричит, булькая без языка, пока не истечет кровью перед ним.

Она была добычей. Человеком. Смертным. Умирала с каждой минутой, а ее дух был обречен плавать в Море Душ, пока его не поглотит один из Нерожденных.

Кроме того, она была Киреной. Благословенной Леди. Той, к кому он пришел, оказавшись в низшей точки жизни, когда его тело сломалось, а вместе с ним сломалась и вера.

Ее будет весело уничтожить. Ее душа подкрепит его, даже обогатит.

Но он не причинит ей вреда. Он мог бы, но не станет. Гнев, родившийся из ниоткуда, угасал перед этим фактом. Он не был рабом своих диких желаний, несмотря на всю их торопливость и силу.

Он никогда не бросит своих братьев и не уклонится от замысла Лоргара. Во всем был выбор, и он предпочтет вытерпеть это, как хотел от него примарх, перенести изменения, которые не постигнут других. Человечество продолжит жить благодаря силе немногих избранных.

- Аргел Тал? - она произнесла его имя с обычной забавной заботой.

- Да. Мы — Аргел Тал.

- Что происходит?

Он выдавил ободряющую улыбку. Она расколола керамит шлема, и лицевой щиток тоже улыбнулся. Она не могла видеть демоническое лицо, злобно смотревшее на нее.

- Ничего. Просто перемены. Присмотри за мной, Кирена. Спрячь меня от Аквилона. Я могу контролировать это. Я не причиню тебе вреда.

Он поднял руку, глядя расплывающимся взглядом, как края всего становились размытыми и неразборчивыми. Перед глазами оказалась когтистая лапа, человеческую руку охватывал потрескавшийся алый керамит, черные когти с нечеловеческой заботой поглаживали ее волосы. Какое-то время он просто наблюдал за своими новыми лапами в том скудном свете, который наличествовал в постоянном мраке комнаты — металл брони стал керамитовой кожей, а когти перчатки — его собственными.

- Твой голос стал другим, - проговорила она.

Его взгляд сфокусировался, размытые очертания сгустились в четкую картину. Лапа была всего лишь его обычной перчаткой, такой же человеческой, как и всегда.

- Не беспокойся, - сказал ей Аргел Тал. - Так или иначе, все скоро закончится.

Гал Ворбак пробыли в уединении недолго. Большинство покинуло свои комнаты уже через несколько ночей. Ксафен был первым, он вышел из своей комнаты, не изменившись внешне, хотя никогда не снимал шлем, пока ходил по палубам корабля. В клетке, приделанной к силовой установке, постоянно горела сера, оставляя запах пепла и угля везде, где он проходил. Он посещал Гал Ворбак в их комнатах для медитаций, не позволяя более никому входить. Аргел Тал покинул комнату Кирены через три ночи. Как и ожидал Несущий Слово, Аквилон был в зале для поединков.

-Я чувствовал, что ты будешь здесь, - сказал он.

Кустодес отступили друг от друга: Аквилон спарринговал с Ситраном, оба были вооружены включенным оружием и одеты в полный доспех, включая шлемы с плюмажами.

Ситран деактивировал алебарду, клинок отключился со щелчком энергетического разряда. Аквилон опустил оружие, но оставил его включенным.

- Долгая медитация, - произнес он, глядя сквозь рубиновые линзы.

- Это что — подозрение в твоем голосе, брат? - под лицевым щитком Аргел Тал улыбнулся. - У меня был важный повод для размышлений. Ситран, не одолжишь ли свою алебарду? Я хочу сразиться.

Ситран повернул голову к Аквилону, не говоря ни слова. Вместо него заговорил Оккули Император.
ТерминаторДата: Пятница, 04.01.2013, 14:52 | Сообщение # 165



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


- Наше оружие привязано к генетическому следу. Оно не будет работать в твоих руках. К тому же, для нас считается оскорблением позволить постороннему прикоснуться к клинку, врученному нам лично Императором.

- Хорошо. Я никого не хотел обидеть, - Аргел Тал подошел к стойке с оружием и надел потертую пару древних силовых когтей поверх собственных перчаток. - Начнем?

Золотой шлем Аквилона слегка наклонился.

- С включенным оружием?

- Дуэллем Экстремис, - подтвердил Аргел Тал, напрягая кулаки, чтобы активировать энергетическое силовое поле вокруг длинных когтей.

Ситран вышел из тренировочной клетки, закрыв своего командира и Алого Повелителя внутри. Он сотни раз видел, как Аргел Тал и Аквилон скрещивают клинки, и по прошлому опыту Несущего Слово ждало поражение через шестьдесят-восемьдесят секунд.

Прозвучал звонок к началу. Спустя пять секунд и одиннадцать ударов схватка закончилась.

- Еще раз? - спросил Астартес. Он слышал тихий выдох Ситрана вместо речи. Аквилон также ничего не сказал.

- Что-то не так? - поинтересовался Аргел Тал. Из-за когтей на перчатках он не мог предложить Аквилону помочь встать.

- Нет. Все в порядке. Я просто не ожидал, что ты атакуешь, только и всего.

Кустодий поднялся на ноги, сочленения его доспеха гудели, когда псевдомускулы машинных нервов и кабельных жил сокращались и напрягались.

- Еще раз?

Аквилон поднял свой длинный клинок.

- Еще раз.

Двое воинов бросились навстречу друг другу, при каждом ударе вспыхивали сталкивающиеся силовые поля. Каждую секунду наносилось три удара, и каждый из них отлетал назад, когда металл на кратчайший миг соприкасался, а затем поля отталкивались. Спустя несколько ударов сердца воздух уже был насыщен запахом озона от потревоженных энергетических полей.

На этот раз воины были равны. Сила Аргел Тала заключалась в его осведомленности не только о своем умении работать клинками, но и о возможностях противника, которого выдавали собственные движения. Это всегда позволяло ему отстаивать свои позиции против таких превосходящих мастеров фехтования, как Аквилон, достаточно почетное время прежде, чем пропустить победный удар. Теперь к этому дару восприятия добавилась скорость, сравнимая с той, которой обладал кустодий, и Аквилон был вынужден отчаянно отбиваться впервые за все время его поединков с Аргел Талом.

Он заметил изъян во внезапных ударах Несущего Слово — легкую неизящность, признак неидеального равновесия — и ударил, как только представился шанс. Плоская сторона клинка врезалась в нагрудник Аргел Тала, и Астартес отшатнулся назад. Губы Аквилона уже складывались в улыбку, когда закованный в алое воитель глухо ударился о палубу.

- Вот так. Равновесие восстановлено. Ты там, где тебе самое место: на полу.

По голосу Аргел Тала чувствовалось, что за лицевым щитком он улыбается.

- Я почти тебя побил.

- Без шансов, - отозвался кустодий, удивляясь, с чего бы этому быть правдой. - Но ты стал другим, брат. Энергичным. Полным жизни.

- Я и чувствую себя иначе. Ну, а теперь извини — у меня есть дела.

- Как скажешь, - сказал кустодий.

Аквилон и Ситран наблюдали, как Астартес уходит. В последовавшей тишине Аквилон произнес: «Что-то изменилось».

Ситран, храня свой обет молчания, просто кивнул.
24 Истваан V Предатели Облаченные в полночь

Истваан — ничем не примечательное солнце, далекое от Терры, драгоценного Тронного Мира Империума.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Первый еретик Аарона Демски-Боудена (Ересь Хоруса)
Страница 11 из 14«1291011121314»
Поиск: