Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 7«1234567»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Примархи (Ересь Хоруса)
Примархи
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:39 | Сообщение # 31



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Когда он подошел к ним, с их клювов сорвался крик, душераздирающий и гнусавый по своей тональности. Горгон потянулся за Сокрушителем Наковален, но пальцы так и не коснулись рукояти, когда он понял, что пара орлов не собирается нападать. Вместо этого существа расправили свои некогда огромные крылья и взлетели.

Убивать их было жалко, хотя, возможно, смерть покончит с их страданиями и станет актом милосердия. Удивившись тому, как он обрадовался, воздержавшись от убийства, Феррус последовал за первой птицей, которая полетела в темноту пещеры. Достигнув трещины в потолке, орел исчез. Феррус позавидовал его крыльям, какими бы слабыми они не были. Птица не смотря ни на что, тяжело влетела в золотой свет.

Его сыновья были наверху, отделенные от своего отца позолоченной трещиной в подбрюшье мира. На несколько мгновений тень орла задержалась, и Феррус почти мог потянуться и коснуться ее…

Второй орел полетел дальше в пещеры. Вопреки первоначальному убеждению, Феррус понял, что пара птиц не была полностью идентичной. В то время как первая была мудрой и суровой, у второй птицы было более благородная и патрицианская манера держать себя, несмотря на потрепанный внешний вид.

Вызывающий, — подумал примарх, — даже знакомый.

Птица скользнула через открытый портал, вырезанный в каменной стене пещеры. Арка своим архитектурным стилем напоминала цивилизованную культуру, подобную старым империям древней Романии. Она вела в следующий зал, освещенный звездным небом.

— Снова холодный камень, — подумал он вслух, когда показались скалы из темного гранита.

Разочарованный чувством собственного бессилия, Феррус начал полагать, что эта дорога бесконечна, что в этом лабиринте нет смысла.

Было бессмысленно сражаться с тем, над чем у него не было власти. Хотя это противоречило его инстинктам, примарх уступил судьбе. Пока. Он доберется до конца своего путешествия, когда тот, кто поймал его в эту ловушку, посчитает, что момент наступил.

Тогда он уничтожит это существо со всей яростью Медузы.

Что бы ни скрывалось внутри лабиринта, оно не было непобедимым чудовищем.

— Я убивал ётунов, — сказал он самому себе. — Я убивал ледяных змеев голыми руками. Ты рискнул завлечь в ловушку горгона…

Небесные созвездия, освещавшие его путь в следующую комнату, были вовсе не звездами. В стены были вставлены скопления драгоценных камней, сверкающие в окружающем свете. Порог был мало примечательным, всего лишь испещренная алмазами скала. Примарх услышал слабые хлопки крыльев, звучавшие как далекое эхо, и так как не мог летать, то последовал за вторым орлом вглубь освещаемой звездами тьмы.

Феррус почувствовал запах мертвечины и холод. Что-то металлическое кольнуло его язык.

Зуд вокруг шеи начал раздражать и гореть.

В воздухе шипело дыхание змея.

Его агрессивный попутчик вернулся.

Ты, наконец, пришел за мной?

Феррус извлек Сокрушитель Наковален и небрежно держал его одной рукой. Оружие задиристо гудело в его хватке.

Я расколю твой череп, как яйцо, тварь.

Змей держался на расстоянии, двигаясь на периферии его чувств. Тварь знала, что примарх не станет бросаться в темноту и атаковать ее. Феррус должен подождать. Он выходил из себя, и существо знало об этом. Но помимо простого подстрекательства, у змея была другая цель в предотвращении схватки. Он хотел, чтобы примарх сначала увидел кое-что, то, что змей сделал для него.

Дальнюю часть комнаты словно затянуло полосой из черного холста, свет фальшивых звезд потух. Феррус стоял у ее границы, собираясь ступить в затемненный мир. Казалось, он уменьшал даже его силуэт, очерченный прозрачным светом.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:39 | Сообщение # 32



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


А затем все изменилось.

Темнота разделилась, как занавес.

Один за другим драгоценные камни погасли. Линзы словно омыло перерезанной артерией — кровавое зарево осветило помещение. Перед Феррусом раскинулась отвратительная бойня, и он нахмурился от ее омерзительности.

Воздух наполнил запах крови, отягощенный горьким привкусом. Он смутно осел в углах покрытого каменными плитами пола, и поднимался по влажным стенам грибковой заразой. Белоснежный зал измазали следы рук и ног, скользивших в грязи. Мужчины и женщины умерли в этом месте на коленях, моля о своих жизнях, в то время как палачи держали клинки у их шей и животов. Стены увешивали цепи с крючьями, покрытые слоем мяса и готовые принять пир плоти.

В разуме Ферруса появились образы ржавых секачей, зазубренных резаков и костных пил, хотя ни один из этих инструментов мясника он не видел.

Вместо этого с потолка на кусках сухожилий свисали головы. Сотня отсеченных голов лениво покачивались на ветру, медленно поворачиваясь и демонстрируя весь свой ужас. Их лица застыли в выражениях муки, некоторые с открытыми ртами в безмолвных криках; другие со стиснутыми от агонии зубами.

Озабоченный сыпью под горжетом, Феррус снова почувствовал призрачную боль от нанесенной ножом палача раны, которую он никогда не получал.

Или, пожалуй, не сейчас…

Мысль возникла неосознанно, словно ее внушили. Феррус был слишком шокирован, чтобы сопротивляться ей.

Открытие накладывалось на открытие, пока он, наконец, не узнал воина в лицах, висящих перед ним голов.

Измученный, искаженный от невыносимой для смертного боли, Феррус никогда раньше не видел настолько кошмарного зрелища.

Каждое лицо принадлежало ему.

Ярость железа

Выступая из песка наподобие обломка изогнутой кости, он выглядел достаточно заметно. Когда Габриэль Сантар прибыл на поле боя, он задумался, почему они так долго искали эльдарский узел.

Уничтожьте узлы и нарушьте сплоченность врага. Как и в случае с оборванной линией связи, тогда возможность эльдаров координировать свою оборону была бы серьезно затруднена. Разрушьте узлы и разбейте врага. Это были приказы Лорда Мануса, как его Легиону, так и братьям, ведущим войну где-то еще на Один-Пять-Четыре Четыре. То, что примарх так не увидит, как осуществится его план, причиняло боль.

По этой и многим другим причинам Первый капитан очень хотел, чтобы повелитель был с ними.

Морлоки вместе с небольшим отрядом снайперов Таркана вернулись к голове многочисленной танковой колонны Армии. То, что осталось от армейских дивизий, в основном доганские истязатели и часть вериданских коррактов, прошли этот путь, цепляясь за поручни или сидя на башнях более крупных машин. Некоторые механизированные части тоже осилили пустыню, и вместе с несколькими «Часовыми» везли оставшихся сааванских масонитов.

Потрепанные части, но все же подкрепления.

Судя по безвыходной ситуации с узлом и его защитниками они прибыли недостаточно быстро.

Сам узел был огромен и прикрыт потрескивающим энергетическим щитом, который Железные Руки пытались разрушить. Сантар не видел ни источника энергии, ни объекта, которые они могли атаковать и уничтожить, чтобы сокрушить оборону. Щит генерировали какими-то другими способами, неизвестными им.

Тяжелые попадания расцвели ярко-лазурными взрывами, и щит колыхнулся, рассеивая их взрывную энергию по своей изогнутой поверхности.

Рууман отказался признавать поражение. Его «Рапиры» и ракетные батареи вели непрерывную стрельбу, наполнив воздух шумом и актинической вонью. Клубы дыма слились в пелену, которая опустилась с вала, на котором Железнотелый расположил свои дивизионы, на наступающие внизу роты Медузона.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:40 | Сообщение # 33



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Сантара встретил Бион Хенрикос, который резко отдал честь, увидев Первого капитана.

Пока Медузон следил за битвой, он передал командование над Железной Десятой громадному сержанту. Эти воины с нетерпением ждали боя, в то время как авангард Медузона с Морлоками на острие пытался пройти несколько сот метров открытого пространства и приблизиться к щиту.

— Ты можешь использовать армейские дивизии? — спросил Первый капитан прежде, чем Хенрикос смог озвучить приветствие. Времени на соблюдение любезностей не было. Среди офицеров Железных Рук сержант более всех сопереживал людям. Сантар просто хотел воспользоваться этим и сделал это в своей небрежной манере.

Ни слова не было сказано об операции или примархе. Сержант был не вправе задавать вопросы, тем не менее, бросил быстрый взгляд на Десаана, который стоял в шаге за Первым капитаном.

Должно быть Десаан коротко покачал головой, потому что Хенрикос напрягся от горя и гнева, но быстро вернулся к своим обязанностям. К чести сержанта он провел оценку состояния прибывающей колонны.

— Чуть меньше пятнадцати тысяч человек и шестьдесят три исправных машин, — сказал Хенрикос. — Да, милорд, думаю, я смогу использовать эти части.

Сантар кивнул.

— Хорошо. Они потрепанны, брат-сержант, — предупредил он.

— Готовы к бою, — возразил Хенрикос.

Улыбнувшись внутри шлема, Сантар согласился: — Действительно. — Ему нравился этот Хенрикос, его упорный дух. — Где капитан Медузон?

Могучие ряды плазменных пушек и орудийных платформ «Тарантул» грохотали по всей боевой линии, наполняя тыловые эшелоны светом и громом. Хенрикос подождал несколько секунд, пока их залп не стихнет, после чего указал на северо-восток, где располагался командир.

Сантар увидел Медузона и его свиту, но его взгляд последовал далее к щиту, после того как плазменные следы и дым от тяжелых болтеров рассеялись. Он ожидал увидеть трещину в эльдарской броне, даже разлом. Ничего. Щит все еще держался.

— И так весь последний час, — сказал Хенрикос.

Сантар недовольно заворчал.

— Немедленно подключайте артиллерию Армии. Я хочу услышать ее с передовой линии, когда буду стоять рядом с этим энергетическим щитом.

— Мы пробьем брешь в нем ради тебя, милорд.

— Следи за тем, что делаешь. Плоть слаба, но эти танки из стали, — напомнил он Хенрикосу.

Сантар больше не стал задерживаться. Он направился к Медузону.

— Десаан, со мной, — прорычал он, наблюдая за безрезультатным обстрелом, который продолжал поливать щит.

— Их сопротивление впечатляет, — сказал капитан Десятой Железной, когда подошел Сантар.

— Ты кажешься удивленным.

Медузон держал голопланшет в бионической руке и оценивал тактические диспозиции своих сил. Тяжелые дивизионы вели поддерживающий огонь, в то время как три клина Железных Рук из Шестнадцатой, Тридцать Четвертой и Двадцать Седьмой клановых рот непрестанно атаковали укрепленные траншеями позиции эльдаров. Сантар узнал символы кланов Ворганан, Буркхар и Фелг, неутомимо сражающихся впереди.

Он знал, что в центре, где огненный шторм был наиболее ожесточенным, он найдет клан Авернии, своих Морлоков. Судя по неподвижности ветеранской роты, они тоже зашли в тупик. Ни один из Железных Рук так и не добрался до самого щита.

Крупные силы эльдаров перед ним, действующие в качестве волнолома, также отступали за него.

В резерве находились воины клана Сорргол из Железной Десятой, друзья и родня самого Медузона, а также кланы Кадоран, Локопт и Унгаварр, которые вели сильный огонь с возвышенности. Даже со всей имеющейся в их распоряжении мощью Железные Руки не могли пробить эльдарский экран.

В пятистах метрах перед ним сражались воины из плоти и железа Медузона.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:40 | Сообщение # 34



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Ряды легионеров неумолимо шагали в пасть врагу, болтеры вели постоянную стрельбу. Медузон расположил среди основной массы батальонов меньшие дивизионы конверсионных излучателей и гравитационных пушек, которые выдавали себя спорадическими дульными вспышками и искрящимися лучами энергии. Но враг был непоколебим.

— Они крепче, чем ожидалось, — признался Медузон. На его боевом доспехе чернели следы от ожогов, указывая на то, что он ранее пытался взять штурмом аванпост и был отбит.

— Думал они легко уступят, брат-капитан?

Голова Медузона слегка дернулась, когда он понял, что с Сантаром нет примарха.

— Горгон? — спросил он, хотя его тон подсказывал, что он не был уверен, хочет ли знать ответ.

— Исчез.

— Когда он вернется? — Он не предполагал, что примарх погиб, это было недопустимо, но тень такой вероятности прошла по лицу Медузона, подобно темной туче.

— Он вернется? — проскрежетал он, кулаки сжались по собственной воле, когда на него снизошла мстительная ярость.

— Мы не смогли найти его. — У Сантара не было ответа.

— Он будет зол, когда вернется.

Сантар указал на голопланшет и медленные маневры войск, изображенные на нем.

— Вот, что я хотел бы видеть.

— Они полностью окружены, — сказал Медузон.

Резервные части Железных Рук выдвинулись, окружив узел и его защитников в кольцо черного керамита.

— Тем не менее, осаждать врага — это не наш путь, не так ли, Шадрак?

Медузон свирепо улыбнулся.

— Да, первый капитан. Не наш.

— Они стойко держатся.

— Кажется, ты восхищаешься ими.

Сантар не отводил глаз от голопланшета, думая и планируя. В качестве адъютанта он многому научился у Ферруса Мануса. Горгон часто стоял в тени Жиллимана, но он был столь же искусным тактиком. Другие заявляли, что его единственным недостатком была его упёртость, делая его немного близоруким. Хотя Сантар никогда не говорил об этом вслух, он считал, что у Горгона также не было терпения Боевого Царя к бесконечной проработке планов действий.

— Восхищаюсь ими? Нет, — ответил Сантар с абсолютной уверенностью. — Я хочу лучше понять их, чтобы уничтожить. — Затем добавил. — Ты хоть раз пробил энергетический щит?

— Мы даже не добрались до него. Я ждал их капитуляции, когда они столкнулись с нашим очевидным численным превосходством, Первый капитан. Это логично.

— Возможно, в эльдарской культуре нет понятия неизбежности.

Молчание Медузона подразумевало, что он не понял сказанного.

— Какие предложения? — спросил Сантар.

— Ударить их посильнее, бросить больше воинов на укрепления, пока они не падут.

— К счастью я привел с собой тех, кому не терпится воссоединиться с членами своего клана.

Морлоки позади него рвались в бой.

Медузон бросил на них быстрый взгляд.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:40 | Сообщение # 35



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Тоже голодны.

— Война далекое от утонченности занятие, Шадрак, — сказал Сантар. — Иногда ты просто должен воспользоваться дубинкой побольше. Покажи мне, куда бы ты хотел, чтобы она ударила, и мы проделаем эту брешь для тебя.

— Звучит ободряюще…

Медузон поднял руку, прервавшись, чтобы выслушать доклады по радиосвязи от разных командиров, выдвигающихся или меняющих позиции. Закончив, он посмотрел на Сантара.

— Я посчитал, что ты примешь командование после своего возвращения, Первый капитан, и уже отправил диспозиции наших частей на твои ретинальные линзы.

— Нет необходимости, — сказал Сантар. — Ты командуешь, брат. Я хочу испачкать свои когти в крови ксеносов.

Медузон ударил кулаков по груди, не сумев сдержать свою гордость за оказанное Первым капитаном доверие.

— Тогда пусть обрушится твоя ярость, милорд.

Когда слова запечатлелись в радиоканале Сантара, на его ретинальном дисплее вспыхнул значок. На него наложились диспозиции других частей. Оставшиеся Морлоки наносили главный удар, сойдясь с эльдарами в ближнем бою. Здесь оборона была самой крепкой, здесь чужие носили более тяжелую броню и располагали самым мощным оружием и орудийными платформами.

Даже на расстоянии битва выглядела свирепой.

Игнорируя бойню, в которую он почти вступил, Сантар тщательно изучил далекий щит, словно мог разглядеть слабость, просто взглянув на него.

— По-твоему, как глубоко он простирается, брат?

Медузон проследил за взглядом первого капитана. Он улыбнулся, когда понял на что намекает Сантар.

Сантар прикоснулся пальцем к горжету, чтобы открыть канал связи.

— Железнотелый.

Рууман ответил между двумя громкими залпами тяжелого оружия.

— Мне нужно, чтобы ты сделал кое-что для меня… — сказал Сантар и передал план.

— Ты — молот, — сказал Медузон, когда Первый капитан снова отключил канал связи.

Молниевые когти Сантара выскользнули их ножен. Он выпустил потрескивающую энергию по лезвиям.

— Значит, настало время, как следует врезать.

С показным и кипящим высокомерием Сантар прошел вперед через ряды Железных Рук, которые расступились перед ним и его свитой Морлоков. Он прикрепил шлем магнитными зажимами к набедренной пластине. Капитан был более уязвим без него, но воинам вокруг него нужно было видеть его лицо. В отсутствие примарха он должен был вдохновлять.

За маской свирепости он скрывал желание сражаться рядом со своим повелителем. Он не мог себе представить, что когда-нибудь будет не так.

Сантар поднял железный кулак и заревел: — Железо и смерть!

Настойчивый голос внутри Сантара проник в воинственный клич и гремел откликом его подчиненных, которым было сложно пренебречь.

Отец, где ты?

Феррус нахмурился.

— Жалкие трюки, — решительно заявил он, хотя ни один из висящих черепов, казалось, не слышал его.

Смерть не лишила присутствия духа Горгона, даже перспектива собственной. Давным-давно, в безлюдных пустошах Медузы он смирился с неизбежностью собственной смерти. Он проживет больше большинства людей, возможно, даже тысячелетия, кто мог сказать, где пределы генетической науки Императора? Но он был воином, а воины, в конце концов, встречают свой конец на острие меча. Феррус надеялся, что его смерть будет славной. Он также надеялся, что однажды наступит мир. Но без войны, размышлял он, чем станет его предназначение?
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:41 | Сообщение # 36



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Хмурый вид превратился в усмешку, и губы Ферруса саркастически изогнулись при виде подвешенных образов, предвещающих его гибель. Горгону, обуреваемому праведным негодованием, пришлось сопротивляться желанию уничтожить их всех.

Даже без иллюминации драгоценных камней видимость была достаточной, хотя свет пылал багрянцем и пульсировал как вена. Черепа были достаточно далеко друг от друга, чтобы пройти, не касаясь их. Дуновение ветра развернуло одну из голов лицом к Феррусу.

Он улыбнулся мертвому двойнику сощуренными холодными глазами.

— Я бы сделал более симпатичный труп, — сказал он и улыбнулся. Замечание больше подходило Фулгриму. В ответ на мысль о брате, в ушах примарха раздался знакомый звук — шипящий диссонанс, который следовал за ним по пятам.

Охотник вернулся. Возможно, он никогда не уходил. Феррус обратил на него все свое внимание, потому что угроза была реальной и близкой. Он был с ним в пещере, скользя рядом, повторяя каждый его шаг.

— Выходи на свет, трус, — прорычал примарх. — Я хотел бы видеть врага, который хочет убить меня сотню раз. Я докажу ошибочность такой самонадеянности, даже если ты умрешь только один раз.

Его враждебный спутник не ответил.

Феррус пошел дальше.

Посередине жуткой бойни черепа висели так плотно, что у Ферруса не было выбора, кроме как пройти через них.

Используя Сокрушитель Наковален в качестве стрекала, он осторожно оттолкнул в сторону одну из голов.

Медленный стон покинул мертвые губы. Вторая голова повторила за первой, затем третья и четвертая. Каждый из разлагающихся черепов, охваченный внезапной и ужасающей эпидемией, присоединился к зловещему хору.

Они были живыми. Возвращенные из ада, эти призраки, носящие плоть Ферруса Мануса, вернулись, чтобы преследовать его. Отвращение, гнев и неверие сражались внутри примарха, и он попятился, ожидая нападения. Череп задел его шею. Высохшие губы коснулись его кожи, словно целуя. Отпрянув, он столкнулся с другим, расколов его скулу. Посыпались осколки кости. Зуб вонзился в его наплечник. Феррус вытащил его, зарычав, когда стоны превратились в вопль. Звук был низким и обвиняющим.

Ты сделал это с нами…

Ты обрек нас на эту судьбу…

Мы в заточении из-за тебя!

Феррус сжал кулаки и стиснул зубы.

— Заткнитесь! — прошипел он. Его ярость кипела, и он резко развернулся, выставив перед собой Сокрушитель Наковален.

Мертвые должны оставаться мертвыми…

Такое унижение только подтверждало слабость плоти и ее возможное разложение. Тот факт, что это был вид его собственной смерти никак не повлиял на Горгона. Раньше он сдерживался, позволял своему рассудку останавливать руку. Теперь он сотрет каждый жалкий череп в костяную пыль и воспоминание.

В темноте мелькнула серебряная полоса, свет бойни заструился по ней, как охлажденная кровь…

Первый удар Ферруса так и не последовал.

Его позвоночник охватила адская боль, почти скрутив хребет вдвое. Пластины брони затрещали от внезапных и сильных конвульсий примарха, расколовшись, как горячий металл, который слишком быстро остудили. Вены Горгона наполнила боль, которая убила бы сотню более слабых людей, и она почти сокрушила его. Феррус согнулся, опустившись на одно колено. Выплевывая мокроту и кровь, он гневно заревел и поборол яд. Прозрачное серебро чудесным образом охладило, но не очистило пылающую рану, и примарх выпрямился. Одной рукой Феррус сжал кисть другой. Та пульсировала под пальцами из живого металла, говоря о том, что он ранен. Хуже того, он ослабел. Сокрушитель Наковален куда-то подевался, выскользнув из онемевшей хватки и с лязгом упав на землю.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:42 | Сообщение # 37



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Он осторожно поднял руку, словно вглядываясь под доспех и ожидая увидеть признаки гангрены. Две раны, глубокие и широкие, как от ударов ножа, пронизывали его металлическую кожу. Раны пузырились ядом, и Феррус недоверчиво смотрел, как живой металл разрушается у него на глазах. Словно ужаленный, он отдернул другую руку, опасаясь, что яд перекинется на нее. Под стекающим серебром обнажилась обожженная и покрытая волдырями кожа, и в ней родилось воспоминание…

Стоит у края лавовой бездны, над ним зверь.

Дышащий холодом и серой.

Руки ободраны и кровоточат, но достаточно крепки, чтобы ломать наковальни.

Зверь слабеет. Битва между ними не прошла даром.

Расплавленное серебро на его боках отражало свет магмы и мерцало маревом.

Такое великолепное существо.

Он все равно убьет его, вне всякого сомнения его превосходство доказано.

Я сильнее.

Клыки обнажены, яростная песнь на его устах.

Он докажет это.

Он найдет способ пробить его сверхъестественную плоть и убить существо.

Лава манила. Его кузница.

Здесь творилось и уничтожалось оружие.

Я докажу, что сильнее.

Я должен, иначе что он сделает со мной?

Воспоминание исчезло, смутное и расплывчатое. Миф и действительность сплели один рассказ, который заставил его задуматься над истиной собственного происхождения. Отвлечение было мимолетным. Необходимость выжить и его инстинкты воина взяли вверх. Вместо поисков Сокрушителя Наковален Феррус сорвал с пояса спату, широкий, остро наточенный и смертельный клинок. Его раненная рука, онемевшая от смертельного яда, безвольно висела. Феррус взял меч в левую руку, приспособив стойку и хватку, прежде чем сделать разрез на кисти, чтобы выпустить яд. По раненной руке заструилась жгучая желтая жидкость, похожая на кислоту, стекая с окровавленных пальцев. Боль уменьшилась, как и гомон в его черепе, по которому словно стучала дюжина кулаков.

Мою голову будто сносят с плеч…

Игнорируя повторяемые сотни раз его собственным голосом предсмертные хрипы, Феррус внимательно следил за тенями. Он быстро повернулся на серебряный проблеск в периферийном зрении, который вспыхнул со скоростью предупредительного маячка.

Сверхъестественные рефлексы спасли его от очередной раны. Он нанес удар, но тварь была невероятно быстрой и ускользнула от разъяренного примарха.

Змееподобная, но не похожая ни на одну из змей, с которыми встречался Феррус. Серебряная чешуя напоминала зверя, с которым он сражался давным-давно. Тогда звезды были всего лишь кусочками гранита в темном небе, и была только Медуза и бесконечная арктическая ночь. Скрытый тенью, образ твари был мимолетным, но знакомым.

Возможно, мы встречались раньше…

Шорох хвоста заставил Горгона повернуться, и он снова ударил, но рассек только воздух. Он замедлился. Несмотря на удаление яда, жжение от раны поднималась к плечу и шее. Фантомная боль, которую он ощущал вокруг горла с момента прибытия в пустыню, нестерпимо пылала.

В действительности или воображаемо эта тварь смогла ранить его. Извлеченная из какой-то бездны Старой Ночи она подтвердила в этом подземелье желание убить его. Тюремщики Ферруса знали его прошлое, его изначальные страхи и желания, и изводили его видениями воображаемого будущего. Они дергали ниточки неосуществленной судьбы и смотрели, как колебания сказываются на поведении примарха.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:42 | Сообщение # 38



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Феррус знал, что не может сдаться.

Безумие начало сказываться на его чувствах, так как яд змея сделал свою работу.

Держись.

Слово было его символом надежды. Утратит его и будет выброшен в бесконечное море хаоса.

Шипение живого металла, стекающего с его руки на землю расплавленными каплями, заставило примарха повернуться. Он встряхнул головой, чтобы избавиться от мглы, грозящей на краю зрения.

Василиск, химера, гидра, у таких демонов было много имен и форм. Эта тварь не была ни одним из них. Но она была могучей. Иначе не разрушила бы то, что считалось нетленным.

Неужели нет ничего нетленного?

Кем были инеистые гиганты и ледяные драконы в сравнении с этой тварью?

Феррус отбросил недостойные мысли, осознав, что их навязывали ему. Неистовое ядро, кипящее под его холодной наружностью, начало изливаться. Он крепче сжал спату, и намотанные на рукоятку кожаные ремни заскрипели.

Оружие было даром Вулкана, и воспоминание о брате дало ему силу.

— Я выковал его для твоей руки, Феррус, — сказал он. — Это твой меч, он не ровня Сокрушителю Наковален, но я надеюсь достойное оружие. Ты окажешь мне честь владея им.

Феррус перевернул его в руке, холодные глаза пробежались по филиграни и витиеватой инталии, инкрустированным камням и ноктюрнианской надписи. Тонкие зубья были бритвенно-острыми, металл, из которого их выковали, крепким.

Не обращая внимание на очевидную красоту оружия, Феррус сразу же увидел его потенциал меча, но решил быть грубым, вместо того, чтобы похвалить мастерство брата.

— Зачем ему нужно такое украшение? Смогу ли убивать своих врагов лучше благодаря нему? — На его лице появилась ухмылка, которой Феррус, оглядываясь назад, не гордился.

Вулкан и бровью не повел.

— Это превосходное оружие — признал он. — Когда я обнажаю меч, я хочу, чтобы мои враги знали, что они встретились с оружием короля-воина, направляемым его рукой.

— В таком случае тебе следует скорее орудовать молотом для творения, чем клинком для разрушения?

В ответ Вулкан улыбнулся, и этот жест был теплым, как жар лавы.

— Ноктюрнцы прагматичны, мой брат. Пока война необходима, я буду сражаться, но надеюсь, что однажды отложу свой меч. — Его глаза вспыхнули огнем. — До того момента я буду поддерживать свой смертоносный клинок наточенным.

Феррус кивнул и спрятал в ножны клинок, прицепив его к оружейному поясу.

— Мне может понадобиться нож, — весело сказал он, и прикоснулся серебряной рукой к бритому черепу, — когда рабы не побреют достаточно коротко.

Они засмеялись, Горгон хрипло и грубо, Дракон зычно и радушно, разделив редкий момент легкомыслия, пока крестовый поход не развел их по разным путям. До Один-Пять-Четыре Четыре.

Воспоминание о том дне исчезло в отражающем металле клинка.

Феррус назвал его Дракен в честь своего брата. Сейчас он нуждался в его остроте и был рад мечу.

Также как и в галерее мавзолея стены бойни были из полированного обсидиана. Их зеркальная чернота тянулась в бесконечность. В ней отражались головы, но в мире-двойнике они были покрыты плотью. Разорванные артерии пульсировали, извергая кровь. Она забрызгала его брови, все еще теплая и живая. Рана была свежей и пылала на шее настоящего Ферруса, который боролся с отвращением от спектакля, представленного в темном стекле. Отсеченные окровавленные головы смеялись, все до единой. Они смеялись над ним.

— Идиот!

— Слабак!

— Ненужный сын!
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:42 | Сообщение # 39



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Это последнее оскорбление застряло в его горле. Феррус был выдающейся личностью, а на Медузе королем королей. Никто не мог сравниться с ним. Но когда появился отец и привел его к семнадцати выдающимся братьям, он понял свое место. В отличие от Вулкана, который принял свое положение охотно и смиренно, Феррус был недоволен. Разве он не ровня своим братьям? Когда встретишься со славой Гора, великолепием Сангвиния или даже упрямой твердостью Рогала Дорна, легко поверить, что некоторые сыновья будут ждать в стороне, пока несколько избранных осуществят великий план отца для галактики.

Феррус жаждал этого света для себя, хотел быть равным. Он не был тщеславным; он просто хотел быть признанным. Вся его жизнь до этого самого момента прошла в поиске силы. Он не мог поверить, что все сделанное было второстепенно. Феррус не мог поверить, что его отец вывел его из одной тени только для того, чтобы ввести в другую.

Ты будешь гордиться мной, отец. Я докажу свою значимость.

— Давай же! — заревел он, но вызов остался без ответа. Тварь прыгнет на него из теней и убьет тысячей укусов.

Бесславная смерть.

Феррус не примет ее.

Но тварь была быстрой. Примарх должен был нанести удар, а бросаясь на едва уловимые образы, он не добьется победы. Она хотела извести его, заставить ослабить защиту и открыться, чтобы потом нанести смертельную рану.

Он заметил уголком глаза неожиданное движение и проследил за ним, держа меч в оборонительной позиции — плашмя и отведенным от себя.

Было сложно удержаться от применения силы; вся его жизнь заключалась в этом.

Ярость гремела в ушах, как перезвон колоколов. Он сосредоточился, и гул уменьшился до приглушенного грохота. Тварь была близко, хотя и не выдавала своего присутствия. У Ферруса было ощущение, словно он каким-то образом был связан с ней, возможно из-за укуса и порчи ее яда. Он хотел причинить ей боль за это, сравнять счет, а затем уничтожить. Поток внутреннего гнева метнулся к границам его сознания, почти перейдя от мысли к действию.

Он вспомнил кузню и утешение, которое получал при обработке металла. Единственный бальзам для его ярости, единственная вещь, которая могла успокоить его неистовый гнев. Несмотря на него, Феррус проявил терпение, даже если иногда испытывал ощущение, что хватается за дым. В отличие от Вулкана терпение не давалось ему легко. Оно было первым уроком для всех кузнецов. При закале нельзя было торопиться, металлу нужно время, ему необходимо ждать, пока он не будет готов; как и Феррусу.

Он увидел лежащий на земле Сокрушитель Наковален, но подавил желание схватить его. Этого хотела тварь. Она ждала, что Горгон подойдет к нему.

Меча Вулкана было более чем достаточно. Он верил в мастерство брата.

Он должен был сказать ему об этом.

Феррус закрыл глаза и прислушался. Он услышал тихий и скрежещущий повтор, почти приглушенный окружающим шумом. Шипение змея.

А теперь я расставлю сети…

Не видя, он был уязвим.

Поэтому он опустил меч, позволил руке повиснуть вдоль тела.

Он прислушался, позволив сердцу успокоиться.

Какофония мертвых притихла, голос змея стал громче, и Феррус различил два слова.

Ангел…

Одна лишь мысль о словах вызывала боль, словно они несли силу вне своего буквального значения.

Экстерминатус…

Слова были скрыты в многократно повторяющемся шепоте твари, в высоте тона и модуляции, как тайная нота в идеальной симфонии виртуоза.

Они ничего не значили для него, тем не менее, он чувствовал силу их значимости, как будто слова обрели физическую форму.

— И небеса пылали его сияющей красотой… — Слова пришли к Феррусу незваными, словно принадлежали другому, у которого не было силы произнести их.

Здесь было нечто темное, какое-то зло вторглось в подземелье, с которым был связан Феррус. Он задумался над тем, понимали ли это его пленители.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:43 | Сообщение # 40



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Размышлять об этом не было ни времени, ни смысла.

Затаив дыхание, Феррус услышал скрип металла, который предвещал нападение твари, Доверившись инстинкту, он ждал, пока змей не оказался совсем рядом, и тогда нанес удар. Меч рассек чешуйчатую плоть.

Глаза Ферруса резко открылись, как бронированные визоры, и он снова ударил. Наградой был рев боли. Когда он выдернул Дракен из теней, его лезвие было покрыто пролитой кровью. Это была не кровь, но зловонная жидкость пурпурного цвета, прилипшая к мечу.

Он ранил тварь. Ее шепот, наполненный гневом и болью, стал громче. Скрип металлической чешуи о камни стих — чудовище отступило в темноту. Феррус несколько минут не двигался, прислушиваясь, не вернулась ли тварь. Рана в руке пульсировала зловонной энергией, а серебряный блеск почти полностью выгорел, оставив после себя окровавленную и наполненную болью конечность. Спрятав спату в ножны, примарх наклонился, и его пальцы сомкнулись вокруг рукояти Сокрушителя Наковален, словно оружие и его хозяин разыскали друг друга. Никогда его молот не ощущался таким тяжелым и громоздким.

— Плоть слаба… — пробормотал он и проклял свое бессилие усмирить силы, которые сговорились против него.

К нему вернулось воспоминание о фразе, скрытой в голосе змея.

Ангел Экстерминатус.

Также как и смысл злодеяния, которое она несла. Чье-то другое сознание вложило слова в его разум. В отличие от большей части этого кристаллического лабиринта, они не ощущались как предупреждение. Это было обещание, пророчество.

Феррус был слишком слаб, чтобы разгадать его. Его лоб покрыл лихорадочный пот, когда он, пошатываясь, преодолел последние метры бойни и двинулся туда, где его ждали новые ужасы. После исчезновения змея, висящие черепа перестали говорить и снова стали мертвыми. Ветер стих, и они также перестели вращаться, от чего стало легче избегать прикосновения к ним. Даже их черты стали менее похожими на его, а вид не таким устрашающим. Теперь Ферруса влекла единственная мысль. Как медузанская сухопутная акула он продолжал идти. Остановиться значило умереть.

Он осилил три ступеньки, прежде чем упасть, и его накрыла тьма.

Холодная аура костяного святилища была насыщена возмущенной энергией.

— Это тревожит тебя, — сказал Прорицатель.

— Оно не должно было пробить дорогу в склеп, — ответил другой.

— Осторожно, я вижу, как в твоем настроении проявляется Кхейн. Вернись на путь.

Второй пока не был готов уступить.

— Мой гнев обоснован. Ему не суждено было умереть. Не здесь. Не от этого.

Прорицатель пристально посмотрел на другого. Его взгляд был задумчивым и непостижимым.

— И все-таки его жизнь под угрозой. Ты добавил в воды судьбы достаточно крови и рано или поздно появятся акулы.

— Оно вообще не должно быть здесь.

— Костяные дороги, по которым мы странствуем, далеко не безопасны. Со времен падения, ты знаешь это. Ты так удивлен появлению чего-то злобного?

Настроение другого сменилось с гнева на меланхолию.

— Что можно сделать?

— Освободи его и смирись с неудачей.

— Мы слишком близки к этому.

Прорицатель прислонился к выступу изогнутой кости и сложил руки на коленях.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:43 | Сообщение # 41



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Тогда ты должен позволить судьбе идти своей дорогой и надеяться, что он сможет победить то, что ты впустил в свою клетку.

Последовала пауза, которую Прорицатель предпочел не заполнять. Он просто наблюдал. Другой был раздражен, руководствуясь эмоциями и разрушенными амбициями. Прорицатель не нуждался в предвидении, чтобы догадаться, о чем собирался спросить его товарищ.

— Что ты видишь?

Вопрос отдавал отчаянием.

— Ничего. Все. Я вижу миллиарды вариантов будущего и возможных последствий, некоторые столь бесконечно разные, что можно провести эры разыскивая изменение и не найти его.

— Это не ответ.

— Тогда я советую задать более точный вопрос.

— Он умрет? Я проиграл?

— И да и нет.

— Ты без нужды загадочен.

— Мы сражаемся на войне судьбы. Мы двое всего лишь агенты в этом конфликте. Из-за высокомерия ты впустил Изначального Разрушителя, — другой коснулся камня души на шее при упоминании имени — по крайней мере, частицу его сущности в свою клетку и теперь оно в ловушке вместе с твоей добычей. У Хаоса есть способ затуманить путь судьбы.

Другой рухнул в свое сиденье из кости. Его рука дрожала, когда он почувствовал, что защита и анонимность их святилища начала разрушаться.

Изможденное лицо посмотрело на Прорицателя запавшими глазами.

— Когда оно найдет нас?

— Скоро.

Сантар узнал воинов, просачивающихся сквозь мерцающий энергетический щит.

Позади Железных Рук лежали разорванные тела эльдар вместе с обломками их орудийных платформ. Воины во главе с Сантаром глубоко вклинились во вражескую оборону и были на пороге штурма непосредственно щита. Он сиял перед Морлоками, как лазурное солнце. Сантар почти ощущал электрический привкус на своем языке. Жар щита вызывал у него желание заслонить глаза, но он подавил порыв. Осталось преодолеть последнюю преграду.

Похожие на призраков эльдары не казались нематериальными, как это было в долине. Облаченные в доспехи цвета кости и сжимающие изогнутые визжащие клинки, они атаковали Железных Рук сквозь щит. Их адские вопли обрушились на Морлоков губительным потоком.

Сантар закричал сквозь стиснутые зубы: — Держаться!

Каждая его кость вибрировала. Стиснутые зубы скрежетали. Еще одна атака и они раскрошатся.

— Я могу кричать громче, — заверил он воина, напавшего на него.

Сантар сделал шаг вперед и перешел в атакующую позицию.

Его молниевый коготь разрубил меч воина и вонзился в его грудь. Перешагнув через труп чужого, он встретился с другим.

Тот нанес диагональный удар, нырнул под контрвыпад и развернулся у незащищенного бока Первого капитана.

Сантар вздрогнул, когда заряженный энергией клинок рубанул по доспеху, но не смог пробить его. Неизящный удар локтем сломал эльдару ключицу. Нисходящий удар разрубил бы ксеноса, но Сантар пошатнулся, когда второй напавший запрыгнул ему на спину. Он отвернул голову от адского вопля и потянулся, чтобы сбросить его, когда тот дернулся и упал.

Полголовы и шлем исчезли, уничтоженные разрывным снарядом.

Символ Таркана один раз мигнул на ретинальном тактическом дисплее.

По радиосвязи раздался голос снайпера: — Слава Горгону.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:44 | Сообщение # 42



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Сантар покончил с тем, кому сломал ключику, припечатав его безжизненное тело бронированным ботинком. Затем он вытер вытекающую из носа кровь и коротко отсалютовал Таркану, зная, что тот увидит. Неспособные отвлекать и атаковать, как в пустынной долине, призрачные воины обнаружили, что Морлоки крепче в открытом бою. Здесь сплоченность Железных Рук имела большее значение, чем быстрота.

Слева Сантар увидел, как Десаан отбросил плечом чужого в воздух, затем поднял болтер оставшейся рукой и продырявил его, прежде чем он приземлился искромсанным трупом. Сантар посчитал, что заметил след улыбки, когда его глаза ненадолго встретились с визором боевого брата.

Десаан засмеялся.

— Как стрельба по дискам.

— Театральность не принесет тебе никакой пользы, брат-капитан… за исключением преждевременной могилы. Убивай их быстро. Не давай пощады.

— Возмездию придется подождать, — ответил Десаан. — Кажется, все мои враги мертвы.

Тела чужих устлали землю, тогда как потери среди Железных Рук были минимальны. Они обескровили эльдаров, но приближались новые, прыгая сквозь энергетический щит с атлетической и смертоносной грацией.

— Вот твой шанс, — сказал Сантар. Он наклонился к голосовому усилителю на горжете и проскрежетал приказ, который прогремел по боевой линии. — Сомкнуться. Вместе, как железная стена.

Под ногами ощущались подземные отголоски боевых зарядов Руумана. Зарегистрированные на ретинальном дисплее Сантара сейсмические всплески подтвердили это. В тот же момент, в углу его зрения вспыхнул синхронизированный хроно.

— В атаку! — закричал он.

С обеих сторон к нему присоединились Морлоки, их доспехи «Катафракт» касались друг друга, плечо к плечу.

Призрачные воины разбились о противостоящую им неумолимую стену из черного керамита. Некоторые сражались и добились небольших успехов, и Сантар позже вспомнит павших, но сплотившихся терминаторов было не остановить. Они прокатились по элите эльдаров несгибаемой волной. Зажатым между энергетическим щитом, который позволял им пройти только в одну строну, и наступающими легионерами, чужим некуда было бежать, и их растоптали.

Находящиеся за их спинами эльдары ответили сильным, безжалостным огнем из орудийных платформ.

Артиллерийские удары обрушились на Морлоков. Терминатор, возможно Кадор, упал на спину. Другому, Сантар не мог сказать кому, пробило грудь, и он упал. Остальные продолжали идти под обстрелом.

— Легкий дождик, — сказал Десаан, едва слышимый сквозь шторм.

— У нас меньше минуты, брат, — сказал ему Сантар.

— Более чем достаточно, Первый капитан.

Продвигаясь вперед, Морлоки добрались до потрескивающего края щита.

Эльдары внутри него отступили, но продолжали вести огонь. Сверху стреляли орудия Руумана и танки армейских дивизий.

Кто-то еще скрывался за мерцающей пеленой — эльдары в мантиях и с загадочными посохами.

— Разрушить его! — заревел Сантар, сражаясь с ионизированной пульсацией энергетического щита. — Бейте по нему из всего, что у вас есть.

Громовые молоты и силовые булавы, эвисцераторы и комби-болтеры обрушились на поле раскаленной лазури. Сильно колыхнувшись, щит согнулся, но не лопнул.

Хроно на ретинальных дисплеях всех ветеранов Железных Рук достиг нулевой отметки.

Конец отсчета предвещала серия глубоких, подземных взрывов, которые раскололи поверхность внутри щита. Это последовательно детонировали снаряды минометов-кротов. Когда паутина, сплетенная эльдарами вокруг узла разорвалась, вверх поднялась ударная волна.

Серия мельчайших помех пронеслась по изгибу щита, от чего он задрожал, один раз вспыхнул и затем исчез.

Сантар первым пересек его границу.

— Бей их! Слава Горгону!
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:44 | Сообщение # 43



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Ворвавшись на орудийные платформы, Морлоки едва обратили внимание на сильный обстрел, который вели по узлу танковые дивизионы. Даже без защиты щита костяное сооружение было крепким, но по всей его длине начали появляться трещины.

Это была бойня, эффективная, а не кровожадная, но все равно бойня.

Из свалки вышел воин с потрескивающим кривым мечом. Сантар встретил его молниевыми когтями, но почувствовал сжатие в сервомеханизмах бионической руки, когда наносил смертельный удар. Его следующее движение тоже было медленнее обычного, словно он преодолевал силу инерции или воздействие высокой гравитации. Так же вели себя ноги.

Он вспомнил фигуры в мантиях. Их окружала группа тяжеловооруженных воинов чужаков.

— Десаан, ты все еще видишь? — спросил Сантар. Со всех сторон к ним приближались враги, размахивая пиками и клинками: толпа эльдаров в панцирной броне и группа странников в плащах, с которыми Железные Руки сражались раньше. Один из них сделал выпад энергетическим копьем в Сантара, который едва увернулся. Схватив древко, он подтащил воина к себе и смял лицевую пластину кулаком. Тело обмякло и затихло, но эльдар оставил отметину на боку Первого капитана.

— Слишком близко.

Другой нацелил сюрикенное копье в его тело и расколол деталь доспеха. Сантар рубанул когтем и убил противника, но почувствовал то же сопротивление, которое замедлило его несколькими секундами ранее.

Распознав эти ощущения, он закричал: — Десаан, твои глаза?

— Мое зрение… не работает.

Вокруг узла клубилась тьма, закручиваясь от его верхушки в грозовое облако.

Сантар задрал голову и увидел черное облако, ползущее вниз по узлу в их сторону.

— Трон Земли…

Только не это…

Сантар знал, какую бойню мог устроить шторм и его воздействие на железо. Он не решился предположить, сколько именно воинов пострадают.

По его мнению, выбор был невелик.

— Всем ротам, прекратить наступление.

Сантар застыл, охваченный неуверенностью, так же как и его бионика, парализованная надвигающейся тьмой.

— Мы должны двигаться вперед, — передал по радиосвязи капитан Аттар. — Первый капитан, какие приказания?

Воспользовавшись передышкой, группа эльдаров в мантиях уже восстанавливала части щита. Он рос позади Морлоков, как органическая энергетическая паутина. Снаряды и лазерные лучи тяжелых дивизионов отражались от быстро восстанавливающейся завесы.

Десаан схватил Сантара за плечо.

— Мы не можем оставаться здесь, Габриэль. Вперед или назад, выбирай?

Если они останутся, то могут уничтожить узел, или, по крайне мере, убить колдунов, которые преобразовали щит, но при этом они рисковали быть истребленными от собственных или братских рук.

Клубы облака, предвестники темной пелены, приблизились на расстоянии в несколько метров к Железным Рукам. Они извивались, как змеи.

Так близко…

— Ты видел, что оно сделало с нами в долине. — Сантар принял решение. Приказ отдавал горечью, когда он произносил его.

— Отходим!

Отступление было медленным и изнуряющим. Легионеры боролись с механическими частями своих тел, и пытались остановить прямое неповиновение. Некоторые не справились и их тащили боевые братья. По крайней мере, никого не поглотил шторм, это означало бы смертный приговор.

Он бурлил на границе щита, укрыв то, что осталось от эльдаров внутри, но, не продвигаясь дальше.

Даже на расстоянии Сантар чувствовал силу влияния машинного проклятия. Его пальцы рассеянно коснулись ран на шее. Горжет едва спас ему жизнь. Он по-прежнему чувствовал покалывающий жар собственного молниевого когтя на коже и электрический запах в ноздрях.

— Итак, к кому теперь мы обратимся за помощью? — Десаан снял визор и встал рядом с Первым капитаном, оба офицера тесно взаимодействовали. Покрытое шрамами лицо Десаана выглядело хуже без металлического обруча, который он обычно носил поверх глаз; кожа была опухшей и шероховатой. Он заново подсоединил визор к паре черепных имплантатов в висках, и устройство снова застрекотало.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:45 | Сообщение # 44



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Работает прекрасно, — сказал он, бормоча обряды активации и чистоты.

— До тех пор пока мы за пределами облака, — сказал Сантар.

Буря пульсировала и колебалась, как темный океан, медленно и насмешливо при всей ее кажущейся безобидности.

Сантар внимательно посмотрел на нее. Он стоял в полукруге капитанов и их заместителей, в то время как остальной Легион, построенный клановыми ротами, ожидал позади и смотрел на осажденных.

— Щит пробит и только частично восстановлен, — сказал капитан Аттар.

Обстрел Руумана прекратился, и Железнотелый присоединился к ним на возвышенности, где по-прежнему ждали части тяжелой поддержки.

Сантар повернулся к нему.

— Твоя оценка, Эразм?

— Щит сооружен из кинетической энергии, но создан психически. Я только могу строить теории, есть ли у ксеносов некая форма генератора, связанного с их психическими талантами, или другая необъяснимая технология. Как мы уже видели, его можно пробить, но только исключительными усилиями.

Десаан нахмурился.

— А что с облаком? Как мы прорвемся сквозь него?

Рууман обратил свой холодный взгляд на него.

— Не попав под воздействие отказа механизмов, мы не сможем.

— Думаешь, они смогут поддерживать его бесконечно? — спросил капитан Медузон.

Десаан посмотрел во тьму, но не нашел бреши и признаков слабости.

— Если наш Железнотелый прав, мы не можем наступать, пока шторм продолжается.

Суставы Сантара затрещали кибернетическим резонансом.

— Мне бы очень хотелось вызвать «Железный Кулак» и стереть это место с лица земли.

— Тогда сделай это, Первый капитан, — сказал Медузон. — Мы можем отвести наши силы и найти необходимое укрытие в пустыне.

Рууман покачал головой.

— Не выйдет. Сенсоры не смогут преодолеть психический щит эльдаров в этом месте. Мы скорее уничтожим себя, чем сравняем узел.

Десаан потер подбородок и нахмурился.

— Щит прорван, но не разрушен. Оборона чужих сильно ослаблена. Если мы сможем доставить воинов за пелену, чтобы убить тех, кто ее создает…

Хенрикос шагнул вперед, вмешавшись.

— Я могу проникнуть за эту завесу.

Десаан сердито взглянул на него.

— У тебя просто талант вмешиваться, брат-сержант.

Хенрикос ограничился кивком в качестве извинения.

Сантар прищурился.

— Я слушаю. Как ты войдешь в шторм, брат? Если только не хочешь умереть от собственного меча?

— Потому что воину из плоти нечего бояться шторма.

Хенрикос показал обрубок, который остался после отсечения бионической руки.

— Все в порядке, — сказал он быстро. — Я могу сражаться без нее.

На сержанта обратились тяжелые, укоризненные взгляды.
ТерминаторДата: Четверг, 03.01.2013, 21:46 | Сообщение # 45



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— Ты бесчестишь Железную Веру, — сказал Сантар. — Этот механический имплантат часть ритуала. Он делает нас теми, кем мы есть.

— И то, кем мы есть, убивает нас, первый капитан. Я предлагаю другой подход.

— За который ты получишь строгий выговор.

— Я понесу любое на твое усмотрение наказание.

Сантар свирепо взглянул, борясь с желанием вынести наказание немедленно.

— Даже если это смерть?

— Я могу проникнуть за завесу. — Хенрикос был стоек.

— Один? — С сомнением спросил Аттар.

— Нет, ни один, — ответил Сантар, когда увидел группу ветеранов Армии, приближающуюся к собранию офицеров Железных Рук. Они выглядели взволнованными в присутствии громадных воинов и держались вместе.

Сантар подавил презрение и попытался увидеть солдат в детях перед собой.

Их командиром был седовласый полковник саваанских масонитов, который подобно слуге преклонил колени перед Железными Руками. В отличие от некоторых более нервных подчиненных он не дрожал.

Десаан сердито посмотрел на него с громадной вершины своего доспеха «Катафракт».

— Назови себя.

— Лорды, — обратился человек, у него был скрипучий голос от чрезмерного курения или просто из-за возраста. — Я — маршал Вортт Салазариан 254-й дивизии саваанских масонитов, и я служил Великому Крестовому походу и вашему Лорду Горгону четыре десятилетия.

Десаан коснулся платинового штифта в черепе человека.

— Не говори мне о службе, старик. Что ты знаешь об этом?

Аттар скрестил свои огромные бионические руки, а Медузон просто нахмурился. У каждого из них был платиновый штифт и каждый сражался дольше, чем большинство людей жили.

К его чести, полковник Салазариан не моргнул. Ни разу.

— Я не хотел оскорбить. Мы последуем вместе с сержантом Хенрикосом в шторм, — сказал он, облизав губы, чтобы уменьшить сухость во рту. Этот эффект вызывало у людей присутствие космодесантников. — Если вы позволите нам, мы сделаем это. Для нас это было бы честью.

Десаан сердито взглянул.

— Плоть слаба, — сказал он, но Сантар поднял руку, призывая к тишине.

Ветераны Армии выглядели худыми и слабыми, даже седой полковник, но и эльдары тоже, а они оказались опасными.

Медленно покачав головой, Десаан сказал: — Они сломаются, а мы в придачу потеряем одного из своих.

— Хватит, — сказал Сантар, разглядывая преклонившего колени человека. Он приказал ему встать. — Я не король, а ты не мой подданный. Встань.

Кивнув на Десаана, Сантар спросил полковника: — Он прав? Вы сломаетесь?

Салазариан расправил плечи и выпятил челюсть.

— Позвольте нам доказать нашу значимость. Мы не подведем, милорд. До этого момента мы выдерживали.

— Небольшое количество простых людей смогут справиться с этой задачей, — сказал Хенрикос.

Синевато-серые глаза Сантара встретились со взглядом сержанта.

— Я знаю, что люди близки тебе, сержант. Я понял это, когда ты докладывал о состоянии дивизий Армии. — Он замолчал, посмотрев сначала на шторм, а потом на ветеранов Армии.

Лучше сделать и позже попросить прощения, чем быть парализованным нерешительностью.

Он слышал раньше это от Ферруса Мануса. Сантар очень хотел попросить его совета прямо сейчас. Так как он не мог, то спросил: — Ты ручаешься за этого человека и его воинов?

— Я умру, если они подведут, — сказал Хенрикос.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Примархи (Ересь Хоруса)
Страница 3 из 7«1234567»
Поиск: