Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 9 из 11«127891011»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Ловец Душ (Книга, Аарон Дембски-Боуден, Повелители Ночи)
Ловец Душ
StriderVicДата: Понедельник, 22.10.2012, 19:25 | Сообщение # 121



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Шипастые пики для трофеев, торчащие из за горбатой спины доспеха, были откованы из бронзы и украшены шлемами и громадными черепами Астартес. Шлемы и черепа клацали и стучали друг о друга при каждом шаге Чернеца.
Враал провел языком по зубам. Рубиновые дисплеи линз по очереди очертили контуры каждого живого существа в зале. В одном конце комнаты сервиторы суетились над безмолвным дредноутом, как идолопоклонники во время варварского богослужения. В другом техножрец Делтриан склонился над панелью управления, расцвеченной таинственными огнями. Вон там свежая кровь, влившаяся в Первый Коготь, – зануда Меркуций – стоит слева от Враала в тени огромных дверей. А вон и Сайрион с Ксарлом, расхаживающие с болтерами наперевес.
Атраментар заметил краткую вспышку предупреждающей руны. Его просканировали ауспиком. Конечно, это был Делтриан. Враал, не останавливаясь, небрежно кивнул техножрецу. Паукообразная тварь уважительно склонилась в ответ. Отвратительное создание. Проклятье Механикум за то, что легиону приходится пользоваться услугами подобной мрази.
Враал не питал никаких иллюзий на тему того, зачем его сюда послали. Возвышенный вел игру осторожно, потому что открытое противостояние с Талосом привело бы к полномасштабному бунту. То, что осталось от десятой роты, раскололось бы окончательно. Часть последовала бы за Вознесенным, а часть – за пророком. Лично для себя Враал тут никакого выбора не видел. Прошлое или будущее. Талос воплощал первое. А что было в прошлом, кроме поражения и позора?
Враал с нетерпением предвкушал смерть пророка. Он помнил свое разочарование при известии, что план Возвышенного сдать Талоса Губительным Силам полностью провалился. Разоритель позволил пророку беспрепятственно уйти. Абаддон не сумел даже прикончить двух рабов, которых Талос столь высоко ценил. И вот десятой роте опять приходится терпеть нелепые выходки этого помешанного на прошлом идиота.
Невыносимо. Как зудящий участок кожи, который нельзя почесать.
Нет, Враал не тешил себя иллюзиями. Об открытом конфликте не могло быть и речи. Это только настроит сторонников Талоса на решительный лад. И уж точно нельзя было использовать никого из тех Атраментаров, к которым Возвышенный явно благоволил. Все бы сразу поняли, что Возвышенный действует против пророка. Но вот необузданный и непредсказуемый Враал – другое дело. О да. Все будут с огорчением вспоминать его «дикий нрав» и «непомерную вспыльчивость», а Возвышенный рассыплется в извинениях за то, что ужасная выходка Враала помешала ритуалу воскрешения.
«Обида заставила его действовать необдуманно, – скажет Возвышенный. – Действия Враала опозорили всех нас. Такая разобщенность неизбежно приведет к…»
Да, он почти слышал свою похоронную речь. Возвышенный послал его сюда на смерть, жертвуя жизнью одного из слуг на благо своей боевой ватаги. Что ж, так тому и быть.
Конечно, помешать пробуждению Малкариона следовало с умом.
С тактом.
С определенным изяществом.
Когти Враала выскользнули из ножен перчатки. Они затрещали и заискрились, окутавшись облаком убийственного света.
-Братья! – радостно заорал он в вокс передатчик. – Сейчас все, находящиеся в этой комнате, умрут!
Секундой позже он уже шагал сквозь болтерный огонь, и из его клыкастого шлема неслись раскаты смеха.
От трофейных пик отлетали куски. Путь Враала был усыпан осколками металла. Один из бивней шлема лопнул. Нагрудник тоже покрылся трещинами, а наколенник раскололся, усеяв пол керамитовым крошевом. Ливень болтерных снарядов грыз и царапал его терминаторскую броню. Это было почти забавно.
Три слабака из Первого Когтя отступали, выставив перед собой болтеры и ведя защитный огонь, который не мог остановить надвигающегося Атраментара. В воксе Враала раздалось скрипучее блеяние Делтриана: «Как ты смеешь! Святотатство! Этот зал посвящен Богу Машине!»
Тьфу. Если бы у Враала было огнестрельное оружие… Он мог бы заткнуть завывающего жреца раз и навсегда. А сейчас его когти молнии только вспыхнули ярче, отражая гнев хозяина.
Трое противостоящих ему Астартес пятились, медленно приближаясь к саркофагу Малкариона и не ослабляя огня. Они действовали до отвращения согласованно. Враал знал, что их убийство не было главной задачей, как бы у него ни чесались когти. Ему следовало раз и навсегда оборвать воскрешение Малкариона. Они преграждали самый простой путь к цели: если бы не эта троица, Враал мог бы просто раскромсать дредноут когтями.
Ну ладно.
StriderVicДата: Понедельник, 22.10.2012, 19:38 | Сообщение # 122



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Враал перешел на то, что в его громоздкой терминаторской броне можно было условно считать бегом. Он бежал не к продолжающим пальбу Астартес. Нет, это стало бы самоубийством и не помогло бы ему выполнить миссию.
-Техножрец!
Враал споткнулся – вихрь болтерного огня разбил броню левой голени и заглушил сервомоторы.
-Давай! Нам с тобой есть о чем поговорить!
Его спотыкающийся бег был до ужаса быстрым. Скелетообразный техножрец так и не отошел от контрольной панели, даже когда правая клешня Враала пропорола священный механизм. К сожалению, ничего не взорвалось.
Особенно меткий выстрел на мгновение откинул голову Атраментара назад. Стрелял, наверное, Ксарл. Этот ублюдок славился удивительной меткостью.
Но сейчас Астартес прекратили огонь. Враал возвышался среди контрольных панелей, с каждым шагом приближаясь к Делтриану. Воины Первого Когтя не хотели рисковать и повредить болтерными снарядами ценные машины. Враал развел когтистые руки по сторонам, по мере продвижения увеча еще больше благословенной техники Механикум.
Как забавно. Это надругательство заставило техножреца заплакать. Из глаз его полилось что то вроде масла. Темные дорожки протянулись по щекам серебряного черепа. Враал потратил полсекунды на то, чтобы полюбоваться зрелищем. За оставшуюся половину секунды четыре когтя, расположенных над костяшками его пальцев, – каждый в метр длиной – вонзились в грудь Делтриана.
-Пшшшшшшшшшшшшссс, – просипел священник, и хрип оборвался разрядом статики.
-Хорошо сказано, – хмыкнул Враал, вытаскивая лезвия.
Сопротивление, которое оказывала при этом плоть Адептус Механикус, было неприятным и неестественным. Что за удовольствие оборвать фальшивую жизнь Механикус? Делтриан повалился на спину. Его черная роба так и не распахнулась, словно он пытался сохранить достоинство и в смерти.
Руна тревоги вспыхнула с секундным опозданием. Кто то из Первого Когтя решился напасть.
Враал развернулся и поднял когти, готовясь к схватке с другим Астартес.
Болтер Ксарла выпалил почти в упор. Один из когтей отлетел прочь в ливне осколков болтерной гильзы. Цепной меч обрушился вниз мгновением позже.
-Просто… сдохни… – выдохнул Ксарл по воксу.
Клинок его цепного меча скрежетнул по тяжелому доспеху Атраментаров, сдирая верхний слой металла, но не проникая глубже.
Враал дернул плечами, отбрасывая меч. Терминаторская броня давала ему силу, намного превышавшую возможности обычного Астартес. А шанс, что цепной меч пробьет терминаторский доспех, был, прямо скажем… Ладно, Ксарл по крайней мере не дурак. Это делало поединок куда интересней.
Враал поднял правую перчатку, лишившуюся одного из когтей. Когда клинок цепного меча опустился во второй раз, Атраментар поймал его между двумя потрескивающими силовыми лезвиями. Ревущий меч немедленно вгрызся в более податливую броню перчатки и сервоволокно. Закряхтев от усилия, Враал вывернул руку. Когти вспыхнули от притока энергии, встретившись с цепным мечом, и раскололи его под зубодробительный треск металла.
Лишившись оружия, Ксарл отскочил назад. Отшвырнув рукоять заглохшего меча, он снова поднял болтер.
Однако не выстрелил. Мерцание руны тревоги подсказало Враалу почему. Крутанувшись на месте, Атраментар очутился лицом к лицу с Сайрионом и Меркуцием.
Они бросились на него одновременно, держа гладиусы обратным хватом, как кинжалы ассасинов. Удар Сайриона пришелся на твердый участок брони. Клинок безвредно скользнул по доспеху, а Враал отшвырнул нападавшего ударом когтей, распоров броню противника.
Удар Меркуция достиг цели, и гладиус вошел глубоко. На какую то страшную секунду двое Астартес оказались совсем близко, яростно глядя друг на друга сквозь рубиновые линзы шлемов. Клинок в животе Враала был словно кусок льда. Модифицированный организм Астартес уже работал, затягивая рану и останавливая кровотечение, но Меркуций рванул меч вверх, расширяя отверстие.
Он разрезал мягкое сочленение брони. И… пришла боль…
Враал уже почти не помнил, что значит это слово, – прошло так много времени с тех пор, как он в последний раз испытывал боль.
Что то ударило его по спине. Ритмичные и мощные толчки. Этот ритм был ему знаком… Болтер на полностью автоматическом режиме. Ксарл… стрелял… и… надо было…
StriderVicДата: Понедельник, 22.10.2012, 19:48 | Сообщение # 123



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Враал поднял когтистую перчатку. Поврежденная броня реагировала медленно. Меркуций продолжал тянуть лезвие вверх, кромсая внутренности Враала, – хотя дальнейший путь клинку преградил прочный нагрудник.
Враал сплюнул кровь в шлем и ударил Меркуция левым кулаком. Противник отлетел прочь, словно марионетка на дергающихся нитях, и врезался в разбитую контрольную панель.
Меркуций был в отключке. Сайрион… Ха! Удар Враала оторвал ему руку ниже локтя. Он все еще пытался встать и изрыгал проклятия по воксу, оглядываясь в поисках болтера.
Ксарл. Следовало покончить с Ксарлом. Ксарл всегда был самым опасным.
Сморгнув с глаз кровь и пот, Враал развернулся и кинулся на Ксарла, выставив перед собой все семь когтей – семь коротких копий.
Ксарл с проклятием отскочил в сторону. Его мышцы пронзила боль – он двигался быстрее, чем когда либо за всю свою жизнь.
И все же не успел. Кончики когтей на правой перчатке Враала вонзились в добычу. Ксарл сжал зубы, когда силовые лезвия пропороли его доспех и левое бедро. Боль затуманила зрение, ноги подкосились, и он рухнул на землю.
Враал обнаружил, что ситуация изменилась. Делтриан, эта паукообразная механическая тварь, полз по полу к другой настенной консоли. Видимо, он был ранен. Правильно? Можно ли сказать о механическом человеке, что он ранен? Скорее, поврежден.
Сайрион снова надвигался, сжимая гладиус в уцелевшей руке. Инъекция стимуляторов и нейроблокаторов в его кровь и мозг, похоже, начисто убрала боль. Меркуций был на ногах, но безоружен. Его клинок сломался во время падения, и снаряды в его болтере, похоже, закончились. Ксарл не унимался, как и всегда, – упрямый ублюдок вытащил болтерный пистолет и целился лежа, потому что наполовину отрубленная нога его не держала.
В эту минуту Враал осознал, что вполне может победить.
-Братья, – расхохотался он, – кто умрет первым?
-Покажи, на что способен! – рявкнул Ксарл, вновь открывая огонь.
На дисплее Враала замелькали руны, указывая на попадание в голову и в грудь. Метит в шейное соединение. Враал продолжал надвигаться, все так же хохоча, и тут пистолет Ксарла щелкнул вхолостую. Обойма закончилась.
Но… что это за звук?
…уииииРРРРРРРР…
Враал нахмурился. Что, Хаос их разрази, происходит?
Это был звук активировавшейся двуствольной автопушки класса «Жнец». За ним последовало гулкое «кланк кланк кланк» автоматического загрузчика боеприпасов.
Враал обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как пушка открывает огонь. От звука выстрела Зал Памяти содрогнулся. Свирепые бури, разрушавшие на своем пути башни городов ульев, неслись над планетой с меньшим шумом. У тех сервиторов, которые оказались слишком глупы, чтобы зажать уши, полопались барабанные перепонки.
Шлемы Первого Когтя заглушили звук, но все трое Астартес сжали зубы при этом реве.
Враал слышал все с ужасающей ясностью, поскольку залп предназначался ему.
Шесть массореактивных снарядов – каждый из которых был способен разнести в клочки «Рино» – врезались в Атраментара в течение трех секунд. Первый пробил его нагрудник. Враал умер бы через несколько мгновений от внутреннего кровоизлияния, если бы второй снаряд не убил его мгновенно, ударив прямо в клыкастый шлем и оторвав Атраментару голову и правое плечо.
Остальные четыре снаряда превратили останки в кровавое месиво. Через три секунды от Враала из Атраментаров не осталось ничего, кроме осколков доспеха и тех ран, что он нанес Первому Когтю.
Гроза прошла.
Гром утих.
Огромный, окованный бронзой и темно синей броней дредноут шагнул вперед под рев древних сервоприводов. Комната содрогалась под его весом. Грохот выстрелов не мог сравниться с воем вековых механизмов и громыхающей поступью гиганта.
-Г…господин? – шепнул Меркуций.
-Вы пробудились, – выдохнул Сайрион. – Но как?..
Из динамиков дредноута, установленных на шасси, раздалось низкое рычание: – Я услышал болтерный огонь.
StriderVicДата: Понедельник, 22.10.2012, 19:57 | Сообщение # 124



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


ВОЗРОЖДЕННЫЙ

Возвышенный откинулся на спинку трона и сморщил лицо в неискренней улыбке: – Рад видеть тебя, брат.
Огромное тело Малкариона занимало солидную часть мостика. Отсветы консолей бликовали на его темном керамитовом корпусе.
Корабль сейчас не участвовал в военных действиях, так что все члены экипажа, еще способные испытывать любопытство, могли взглянуть на объявившееся в их рядах чудо. Малкарион стоял в одиночестве перед тронным возвышением. Дредноут был настолько высок, что саркофаг оказался на одном уровне с сидящим на троне.
Вдоль стен выстроились все Астартес, не занятые в операции на поверхности. Они желали стать свидетелями воскрешения и первой встречи бывшего капитана с нынешним. Талос и Адгемар застыли в благоговейном ужасе. Эти же чувства испытывало большинство воинов.
Трон Возвышенного окружали Атраментары. Все, кроме Враала. Семь воинов элитного отделения терминаторов выстроились четким полукругом за троном. Малек и Гарадон, как и всегда, стояли ближе всех к Вознесенному.
Довольно долго боевая машина молчала. Черные раскосые глаза Возвышенного впились в незваного гостя, по птичьи внимательно изучая все детали. Извращенному Хаосом существу казалось, что оно практически слышит сквозь монотонный гул генератора дредноута всплески амниотической жидкости. Плеск, с которым останки Малкариона корчились в своем саркофаге.
-Ты изменился, – громыхнул дредноут.
Ухмылка Возвышенного не померкла – наоборот, стала как будто более искренней.
-Так же как и ты, брат.
Машина издала звук, заменявший ей согласное ворчание. Казалось, танк переключает передачи.
-Ты выглядишь еще гаже, чем на моей памяти, – продолжил дредноут.
Еще одно ворчание, на сей раз больше похожее на смешок.
-Я бы не поверил, что такое возможно.
-Вижу, что за те десятилетия, пока ты спал, а мы продолжали сражаться во имя нашего отца, твое чувство юмора не затупилось.
-Еще немного твоих плоских шуток, Вандред, и я вновь усну от скуки.
-Теперь я – Возвышенный. Лучше бы тебе запомнить это, Малкарион. Время многое изменило.
-Но не все. Послушай меня, Вандред. Я пробудился. Меня вырвали из векового сна, заполненного кошмарными видениями величайшего из наших поражений. Ловец Душ сообщил мне, что война вновь призывает нас. И ты расскажешь мне об этой новой войне. Сейчас же.
Возвышенный скривил губы. Ловец Душ. Тошнотворно.
-Как пожелаешь.

У нынешнего плацдарма было много названий. И ни одно из них не отражало реальной важности операции. Это был решающий бой, момент истины.
На вершинах горной гряды в северном полушарии планеты располагался основной бастион Механикус.
Захватчики, невольно впечатленные извилистыми скальными формациями и встроенными в них крепостями фабриками, назвали его Когтем Омниссии. Помпезное, но меткое имя: горы напоминали стальные пальцы, простертые к небесам, словно крепости хотели сдернуть с орбиты флот вторжения.
Для бездушных когитаторов и тактических вычислителей защитников Механикус это был просто опорный пункт 017–017.
«Семнадцать семнадцать», главный литейный завод Легио Маледиктис, сердце и душа боевых сил Адептус Титаникус на Крите Прайм.
Он был прикрыт такими многослойными пустотными щитами, что об орбитальной бомбежке и речи не шло. Ирония заключалась в том, что эта защита оказалась бесполезной. Абаддон ясно объяснил своим капитанам и командирам, что «Семнадцать семнадцать» надо захватить, а не уничтожить. Такая база нужна была для ремонта, переоборудования и производства титанов, которые послужат в его новом крестовом походе. При самом худшем сценарии со здешних фабрик крепостей следовало вывезти максимальное количество рабочих и материалов.
Времени, однако, почти не оставалось. Астропаты сообщали о доносящемся из варпа шепоте. Прибытие имперских сил ожидалось в течение ближайших недель.
StriderVicДата: Понедельник, 22.10.2012, 20:15 | Сообщение # 125



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Кровавые Ангелы. Странствующие Десантники. Бесчисленные полки имперской гвардии. Абаддон забрался слишком далеко от своего логова – от Ока Ужаса, куда Империум не мог за ним последовать. И хотя Магистр Войны выбрал многообещающую цель – Крит Прайм – и его поспешно собранный флот нанес мощный удар, победы следовало добиться как можно скорее. Или же забыть о ней навсегда. Затянувшаяся на месяц война была уже слишком долгой, а потери на поверхности – слишком велики. Механикус и их проклятые чемпионы из Легио Маледиктис оказались неутомимыми и несгибаемыми противниками.
Если предсказания астропатов были верны, приближавшиеся имперские флоты намного превосходили армаду Хаоса. Силы Трона почувствовали, что им наконец то представилась возможность покончить с Разорителем раз и навсегда. Навигаторы и другие псайкеры флота Абаддона говорили о чудовищной волне давления, раскатившейся по варпу, словно фронт приближающейся грозы. Каждый воин в армии Магистра Войны понимал, что это такое. Столкновение потоков варпа – так морские суда гонят перед собой волну. Невидимые течения Моря Душ захлестывали скопление Крит. Это означало, что бесчисленные имперские корабли движутся сквозь варп на максимальной скорости, дабы отстоять мир кузню и отомстить за разоренные миры.
Все должно было решиться в «Семнадцать семнадцать», а Крит Прайм – пасть.
Эндшпиль начался.

Остатки десятой роты шли на острие атаки. Рядом сражались их братья с «Охотничьего Предчувствия».
При поддержке перекинувшихся на сторону Абаддона полков имперской гвардии и легионов рабов, набранных на Солас, Повелители Ночи с «Завета Крови» и «Охотничьего Предчувствия» должны были захватить несколько литейных заводов и крепостей фабрик.
Черному Легиону, куда более многочисленному, чем Повелители Ночи, предстояло атаковать большее количество целей. Талос уже не мог обвинить Магистра Войны в том, что он пытается обескровить Восьмой легион и жертвует Повелителями Ночи ради собственных Астартес.
Необходимость свела на нет все привилегии.

Оружейная Первого Когтя превратилась в кипящий активностью улей.
Рабы и сервиторы облачали своих господ в броню, подгоняли и закрепляли части доспехов. Среди рабов был и Септим. Он проверял герметичность суставных сочленений в броне Талоса. Беседующие Астартес не обращали на слугу ни малейшего внимания.
Сайрион вытянул руку, чтобы сервитор мог закрепить наручи и перчатку. Все в комнате заметили его новую аугментическую конечность. Металлическая поверхность серо стального цвета еще не успела обрасти синтеплотью. Скоро предплечье из стали и титана скрылось под темно синим боевым доспехом.
Воины возносили молитвы и благословения оружию. Давали клятвы. Иглы входили в спинные разъемы, соединяя Астартес с силовой броней. Опустившиеся на головы шлемы окрашивали все вокруг в багрово красный цвет визоров.
-Я видел Октавию в последний раз уже очень давно, задолго до ее вчерашней операции, – заговорил Сайрион. – Как поживает наш навигатор, оружейник?
Септим, прикреплявший к наплечнику Талоса свиток с клятвой, не поднял головы. По кремового цвета пергаменту тянулись размашистые строчки нострамских рун – Талос подробно перечислял все задачи операции и клялся на крови добиться их выполнения. Единовременные клятвы, подобные этой, были больше не в чести у легиона. Ксарл тоже носил свиток, а вот Меркуций, Узас и Сайрион уклонились от давней традиции.
-С ней все в порядке, лорд Сайрион, – сказал Септим. – Я полагаю, она сейчас с навигатором Этригием. Они подолгу беседуют. Они… часто спорят, как мне кажется.
-Понятно. Благодарю за починку моего болтера.
При этих словах воин поднял оружие и осмотрел его, благоговейно сжимая в латных рукавицах. На боку болтера витыми нострамскими рунами было выгравировано имя – «Баньши».
-Рад услужить вам, лорд Сайрион.
-Как поживает рожденная в пустоте? Надеюсь, она здорова?
Септим, проверявший заклепки на наплечниках Талоса, застыл.
-К… кто, лорд Сайрион?
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 17:35 | Сообщение # 126



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


-Рожденная в пустоте. Как она поживает?
-Ты это о чем? – спросил Узас, внезапно заинтересовавшийся разговором.
-Она смертная, брат. Тебе не стоит о ней беспокоиться, – отрезал Сайрион.
-Она… с ней все хорошо. Благодарю, лорд Сайрион.
-Приятно слышать. Не смотри так удивленно. Мы не слепы и знаем, что творится на корабле. Передай ей привет от меня.
-Передам, лорд Сайрион.
-Ей понравился подарок? – поинтересовался Талос.
Септим приложил все силы, чтобы снова не заледенеть.
-Да, господин.
-Какой еще подарок?
Узас был явно раздражен тем, что его исключили из разговора.
-Медальон легиона, – ответил Талос. – Кое кто из смертной команды очень ценит эту смертную. Видимо, ценит достаточно, чтобы гарантировать ей мою защиту.
Талос снова обернулся к Септиму. Кровь раба застыла в жилах.
-Без моего разрешения.
-Простите меня, господин.
Я слышал, что в монете просверлили дырку и смертная носит ее на шее вместо бус, – продолжил Талос. – Следует ли это считать надругательством, Сайрион? Как по твоему, они осквернили реликвию легиона?
-Думаю, нет, брат. И все же я сообщу об этом Вознесенному. Надо быть уверенным, когда имеешь дело с подобными вещами.
Септим вымученно улыбнулся и судорожно сглотнул. Он попытался заговорить. Но не преуспел.
-Прости, что мы немного повеселились за твой счет, Септим, – сказал Талос.
Он сжал кулаки, покрутил запястьями, проверяя легкость хода. Правая перчатка определенно была жестковата. Надо заменить ее как можно скорее.
Фаровен. Фаровен, тот брат, гибель которого Талос видел во сне. Придется снять перчатку с его мертвого тела.
Он умрет уже скоро.
Сайрион прикрепил болтер к магнитному зажиму на бедре.
-Да, с тех пор, как мы были смертными, прошло слишком много времени. Странное ощущение – забываешь о том, что такое шутка.
Септим снова кивнул, до сих пор не до конца уверенный, смеется над ним Сайрион или нет. Такой «юмор» явно его не повеселил.
-Между прочим, – добавил Сайрион, – бери.
Септим легко поймал монету, схватив ее на лету.
Это был двойник медальона Талоса, серебряный и с такой же чеканкой, но с руническим именем Сайриона.
-Если ты так легко готов отдать мою и заставить меня присматривать за какой то десятилетней девчонкой, – сказал Талос, – придется мне как то позаботиться о сохранности твоей шкуры.
Септим благодарно поклонился обоим Астартес и закончил свою работу в пристыженном и удивленном молчании.

Октавии хватило пяти минут на то, чтобы решить, что Этригий ей совершенно не нравится.
Согласно словам навигатора «Завета», тот невзлюбил девушку с первого взгляда. И немедленно поделился с ней своим впечатлением.
Этригий уже давно не походил на человека. Октавию это мало заботило – намного меньше, чем другие, куда более обыденные вещи на борту «Завета».
Она была навигатором, наследницей Навис Нобилите. И пускай имя и честь ее дома по галактическим меркам ничего не стоили, в ее жилах все же текла кровь высшей пробы.
Девушка знала, что навигаторский ген делает с ее сородичами по прошествии лет. В этом отношении находиться рядом с уже не человеческой сущностью по имени Этригий было чуть тревожно, но настоящего страха Октавия не испытывала.
Намного хуже оказалось его непрерывное бахвальство.
Ночные уроки являлись обязанностью девушки – Этригий весьма ясно дал ей это понять несколько недель назад, когда впервые потребовал ее присутствия, – но приятными не стали.
Покои Этригия были полной противоположностью тому мраку, что тек по внутренностям «Завета», как кровь течет по венам. Навигатор занимал небольшую комнату неподалеку от бронированного носа корабля. Помещение омывал пронзительно яркий свет многочисленных люмошаров, вделанных в стены. Октавии трудно было переносить это сияние после прохладного мрака корабельных залов. Ее навигаторское око оставалось закрытым, но человеческие глаза щипало от слез всякий раз, когда она навещала Этригия в его логове. Искусственный солнечный свет после месяцев ночи изрядно раздражал.
-Вы не могли бы приглушить светильники? – спросила она в первую ночь, когда закутанные в мантии рабы Этригия провели ее внутрь.
-Нет, – ответил он, поразмыслив, – мне не нравится темнота.
-Тогда, похоже, вы выбрали неправильный корабль.
В тот момент они могли бы стать друзьями. Их объединяло многое, и в первую очередь – отличие от других членов команды. Однако, вместо того чтобы сдружиться, они скоро скатились к перепалкам и напряженному нейтралитету.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 17:47 | Сообщение # 127



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Служители Этригия – все, как один, покрытые аугментикой и не младше шестидесяти лет – допустили Октавию в «галерею хозяина». Название оказалось подходящим. Вся стена была покрыта пикт экранами, транслирующими десятки изображений с камер на разных участках корпуса. Сейчас экраны показывали остальные корабли флота Магистра Войны и плывущую под ними планету.
В варпе… камеры начнут показывать сам «Завет». Октавия не могла не восхищаться тем, кто желал видеть каждый сегмент судна, пока ведет его через Море Душ.
Все остальное в комнате вызывало куда меньше восхищения и было куда менее аккуратным. На полу кучами валялась одежда и украшения. Когда Октавия вошла в первый раз, то немедленно наступила на золотую серьгу. К счастью, Этригий ничего не заметил.
Девушка подозревала, что когда то Этригий был очень красив или по крайней мере тщательно следил за своей внешностью – до того, как началась его служба в Великом Крестовом Походе, больше сотни лет назад по корабельному времени. Она сделала такой вывод из его голоса и манер, которые остались аристократически изысканными, несмотря на все произошедшие с навигатором изменения.
Его кожа была серой. Не землисто серой, как у жителей бессолнечных миров, и даже не синевато серого мертвецкого цвета. Она напоминала окраску брюха глубоководной акулы: рыбья, плотная, совершенно нечеловеческая.
Пальцы Этригия были практически закованы в броню из золота и рубинов – он носил неимоверное количество колец. Октавия не особенно разбиралась в драгоценностях, но ее поразило то, что среди колец попадались и очень дорогие, и дешевые поделки. Единственное, что их объединяло, – это красные камни в золотой оправе.
В каждом пальце навигатора было по одному лишнему суставу. Этригий непрерывно плел кистями невидимую паутину, и Октавия всегда запиналась и забывала, о чем говорит, если поддавалась гипнотическому влиянию их безостановочного танца. Ногти Этригия напоминали кошачьи, острые и серповидные. Ими навигатор поглаживал потертую кожу своей кушетки, вечно оставляя новые прорехи в материале.
Все остальное скрывалось под мантией темно синего цвета, столь любимого воинами легиона. Яйцевидная голова Этригия была достаточно гладкой, чтобы Октавия заподозрила полное отсутствие волос, а «человеческие» глаза всегда прятались под герметическими очками, в толстых линзах которых плескалась какая то странная фиолетовая жидкость. Октавия поинтересовалась однажды, как он вообще что то видит сквозь эту муть, но ее не удостоили ответом. Этригий поступал так весьма часто. Очевидно, старый навигатор отвечал лишь на вопросы, казавшиеся ему достойными обсуждения.
-Они сняли пластину с твоего ока варпа, – пробормотал он с чем то вроде священного ужаса.
Девушка притронулась к бандане, повязанной на лоб.
Думаю, они решили, что могут доверять мне. После того как я приняла имя… После того как Талос спас меня…
-Меня об этом не проинформировали. Почему мне не сказали, что ты вновь владеешь оком?
-Возможно, потому, что это не ваше дело.
-Я – навигатор «Завета крови». Все, что касается варпа, входит в область моей компетенции.
-Я просидела здесь уже час, слушая вас. Вы только сейчас заметили, что у меня на лбу нет железной пластины?
-Я только сейчас счел необходимым развернуться к тебе, – ответил он, и это было правдой.
Этригий не числился среди любителей зрительного контакта.
-Я устала чувствовать себя беспомощной на корабле, – сказала девушка, больше самой себе, чем собеседнику.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 18:08 | Сообщение # 128



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Этригий ответил ей редкой искренней улыбкой: – Не надейся, что это пройдет, девочка.
Она несколько секунд молча смотрела на старшего навигатора, надеясь на продолжение.
-Мы одновременно и марионетки, и кукловоды, – добавил он. – Мы рабы, но рабы бесценные.
Этригий кивнул в сторону экранов, по которым медленно плыл кружащий над Критом флот Хаоса.
-Без нас эти предатели бессильны. Они не смогут вести свой бесконечный крестовый поход.
Взгляд Октавии был прикован к глазам серокожего человека.
-Вы добровольно выбрали такую жизнь?
-Нет. И у тебя не будет выбора. Но мы все равно обречены прожить ее так.
-С какой стати я захочу заживо похоронить себя в этой клетке? – резко возразила девушка.
-А чего стоит навигатор без корабля?
Этригий произнес это с тошнотворной снисходительностью.
Октавия мотнула головой, не замечая, что делает. Неубедительное возражение – в сущности, лишь инстинктивная потребность сказать «нет».
Этригий улыбнулся с тем же снисходительным выражением.
-Ты жаждешь плыть сквозь звезды, как и все мы. Это в крови. Ты способна скрыть это желание не больше, чем необходимость дышать. Когда время придет, когда Астартес попросят, чтобы ты повела корабль… ты ответишь «да».
Октавия снова почувствовала, что между ними есть связующая нить. Она могла бы использовать возникшую близость, чтобы спросить о том, как провести корабль сквозь варп без путеводного света Императорского Астрономикона. Она могла бы сказать хоть одно из сотен слов, которые перебросили бы мост через пропасть между ней и товарищем навигатором.
Вместо этого девушка встала и вышла из комнаты. Холодное чувство неизбежности сковало ей язык.

Септим нашел ее на Черном рынке.
На палубах «Завета», предназначенных для смертного экипажа, многие коридоры и отсеки выходили в общее помещение. По мере того как Великий Крестовый Поход катился по галактике, верные слуги и рабы легиона привыкли использовать этот зал как рыночную площадь и место для собраний. Черный рынок получил свое название от вечно царящей там темноты, лишь кое где перемежаемой светом ручных ламп и люмошаров. Даже в те давние дни, когда экипаж был полностью укомплектован, палубы для смертных оставались неосвещенными.
В зале столпилось около полусотни человек. Благодаря высокому положению Септима многие почтительно кланялись ему или вежливо приветствовали – не исключая и представителей противоборствующих группировок, явившихся сюда, чтобы запастись боеприпасами и аккумуляторами. Здесь, во всей своей мрачной славе, воскресла миниатюрная копия сгинувшего навек Нострамо.
Пожилая женщина приложила немытые ладони к бронзовой поверхности аугментической пластины, закрывавшей его висок и бровь.
-Не так уж и плохо, – улыбнулась она, обнажив гнилые зубы.
Не считая этого, ее морщинистое лицо было усталым и добрым.
-Я привыкаю.
Из за этой операции ты не появлялся среди нас слишком долго. Несколько недель! Мы беспокоились.
Благодарю тебя за участие, Шайя.
-Банду Нейла перерезали недалеко от инженерных палуб. – Старуха понизила голос. – Никто не взял на себя ответственность. Пошли разговоры о еще одном звере, явившемся из черных глубин.
Септим ощутил, как настроение его мгновенно испортилось, словно на плечи навалили тяжелый груз. Оружейник входил в последнюю охотничью партию, которая покончила с очередным зародившимся в глубинах корабля чудовищем варпа.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 18:53 | Сообщение # 129



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


-Я поговорю с хозяевами. Обещаю.
-Да хранят тебя боги, Септим. Да минуют тебя беды.
-Я… слышал, что Октавия здесь?
-Ах да. Новая девушка.
Старая женщина снова улыбнулась и махнула рукой в сторону ларька, вокруг которого собралась небольшая толпа.
-Она с рожденной в пустоте.
С рожде… Но зачем?
-Благодарю, – сказал он и двинулся дальше.
Октавия действительно была с рожденной в пустоте. Малышка, чьи зрачки навеки расширились в родном для нее мраке, показывала гостье коллекцию марионеток. Октавия стояла у прилавка в ларьке, принадлежавшем стареющим отцу и матери Рожденной В Пустоте. Девушка улыбалась и заинтересованно кивала.
Септим подошел к навигатору и поклонился родителям девочки. Старики поздоровались с ним и отметили, как хорошо подживают его раны.
-Мне надо было уйти от Этригия, – сказала Октавия на готике. – Теперь у меня есть медальон, – добавила она, словно оправдываясь за что то, – и я решила прогуляться.
-Корабль все так же опасен, с медальоном или без.
-Я знаю, – ответила девушка, избегая его взгляда.
Септим кивнул на девочку: – Ты понимаешь, что она говорит?
-Ни слова. Кое что перевели ее родители. Я просто хотела увидеть ее. Внимание, которое ей оказывают, поразительно. Люди приходят сюда, просто чтобы поговорить с ней. Один заплатил за крошечный локон ее волос.
-Ее почитают, – ответил Септим.
Раб сверху вниз посмотрел на Рожденную В Пустоте, которая таращилась на него сквозь гриву спутанных черных волос.
-Атасавис ге корунай тол шалтен ша'шиан? – спросил он.
-Кош, кош'ет тай, – улыбнулась девочка.
С лучезарной улыбкой на мордочке она выставила перед собой серебряный медальон легиона, просверленный и надетый на кожаный ремешок. Девчушка носила его, словно заслуженную медаль.
-Ама шо'шалнат мирса тота. Итис иша. Итис иша нереосс.
Септим легонько поклонился ей и улыбнулся, несмотря на отвратительное настроение.
-Что она сказала? – спросила Октавия, стараясь скрыть свое разочарование.
Навигатор не поняла ни слова из разговора на нострамском.
-Она поблагодарила меня за подарок и сказала, что мой новый глаз очень красивого цвета.
-О.
Рожденная в пустоте залепетала, указывая пальцем на Октавию. Септим снова улыбнулся: – Она говорит, что ты очень симпатичная, и спрашивает, выучишь ли ты когда нибудь нострамский, чтобы вы могли пообщаться как следует.
Октавия кивнула.
-Яска, – сказала она и уже тише спросила у Септима: – «Яска» – это «да», верно?
-Яска, – ответил он. – Да. Идем, нам надо поговорить. Прости, что я не появлялся с тех пор, как ты ушла на операцию. Вскоре после нашей последней беседы выяснилось, что денек предстоит насыщенный.

Его не должны были будить.
Разве он не служил верно, храбро и доблестно? Разве не сокрушал врагов примарха? Разве не подчинялся приказам Воителя? Чего же еще от него требовать?
И вот он снова шагал по реальному миру. Но зачем? Чтобы увидеть распад всего, чем легион был когда то. Чтобы схлестнуться с Вандредом, в то время как десятая рота доживает последние дни.
Это не жизнь – не более чем продолжение того существования, которое он по праву оставил позади.
У него было два тела. Его разум разрывался между двумя физическими формами. На более поверхностном уровне восприятия он ощущал себя тем, во что превратили его Делтриан и помощники, и чувствовал неукротимую силу самоходной машины. Могучие руки, управляемые ревущими сервомоторами. Когти, способные пробить адамантий и керамит. Пушка, одним выстрелом из которой можно было убить десятки противников.
Неутомимое и бездушное воплощение союза между машиной и человеческой плотью, благословенное Механикум.
Но все это исчезало при секундной потере концентрации. Требовалось постоянное напряжение, чтобы удерживать иллюзию. В те мгновения, когда древний воитель терял контроль, он снова чувствовал свое смертное тело, заключенное в саркофаг с холодной, нестерпимо холодной амниотической жидкостью.
Эти реальные ощущения были ужасны, но Малкарион время от времени возвращался к ним. Безногий, однорукий труп покачивался в колючем ледяном растворе. Его затылок и спина превратились в сплошную зубчатую гряду боли – это вонзались в тело и мозг щупальца и иглы машинного интерфейса, вновь погружая Малкариона в реальность дредноута.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:15 | Сообщение # 130



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Порой, пытаясь пошевелить левой рукой – когтистым силовым кулаком, он чувствовал, как его настоящая высохшая культя слабо стучит о стенки амниотического саркофага. Когда он впервые заговорил с Вандредом, вместо импульса, пробегавшего по волокнам в мозгу и транслировавшегося через синтетический голос вокса, открылся его собственный рот. Лишь в тот момент он понял, что дышит ледяной жидкостью. Только это и сохраняло ему жизнь. Густой, как масло, и ошеломляюще холодный амниотический раствор циркулировал по его дыхательной системе. Жижа залепила его легкие, мертвыми комками давившие на ребра в беспомощном и бессильном теле.
Давным давно он сражался рядом с братьями из легиона Железных Рук. А затем, когда пришло время другой войны, он сражался уже против них. Малкарион был отлично знаком с их верованиями. И не понимал, как такие стойкие и упорные воины могут считать вечное заключение в саркофаге чем то вроде блистательного посмертия.
-Я возглавлю следующую наземную атаку, – проревел он собравшимся Повелителям Ночи.
Воины его легиона уважительно склонили головы или грохнули кулаками по нагрудникам. С гордостью! Невероятно. Они видели лишь наружную оболочку. Они понятия не имели о высохшем трупе, который прижимал изможденное лицо к передней крышке саркофага.
-Мы – Повелители Ночи. Мы – сыны Восьмого легиона. И мы возьмем «Семнадцать семнадцать», чтобы и тысячу лет спустя Империум оплакивал тот час, когда мы явились на Крит.
Крики воодушевления были долгими и громкими.
-Приготовить десантную капсулу! – приказал дредноут. – Я снова стою среди вас, облаченный во тьму, и мои когти жаждут имперской крови.
Крики стали еще громче.
Слепой, безъязыкий, однорукий труп покачивался в корпусе богомашины, зная, что вскоре вновь ощутит вкус войны – впервые за десять тысячелетий.


СЕМНАДЦАТЬ СЕМНАДЦАТЬ

"Я заметил одну странную вещь.
Многие имперские хронисты весьма благожелательно отзываются о наших действиях во время Восстания в Критском скоплении. Однако их похвалы в основном направлены на подкрепления, прибывшие со спасательной миссией под началом Астартес из ордена Кровавых Ангелов, а не на первоначальные усилия по защите планет. Чаще всего подвергается критике «неубедительное сопротивление» Адептус Механикус при обороне их главной крепости в северном полушарии, опорного пункта 017–017.
И в самом деле, сохранение нашего преимущества в этой точке обычно целиком приписывают внутренним разногласиям в армии Архиврага на Крите Прайм и широко известной склонности легионов предателей обращаться друг против друга при малейшей провокации.
Целые горы были выдолблены изнутри, чтобы разместить в них литейные заводы Легио Маледиктис по производству божественных титанов. Если бы Разоритель преуспел в войне, заводы Механикус стали бы бесценным источником ресурсов. Их бы полностью разграбили еще до того, как прибывший имперский флот обрушил свою священную месть на проклятые полчища Магистра Войны.
Эти скалистые горы кишели элитными частями скитариев, как волосы попрошайки кишат вшами.
Организация высадок десанта по всему горному хребту заняла бы слишком много времени, которого у Разорителя почти не оставалось.
На том этапе войны Разоритель полагал, что лишь недели отделяют его от прибытия первой боевой баржи Кровавых Ангелов и неизбежного имперского правосудия. Абаддон, да будет проклято его имя, получил предупреждение от собственных астропатов. Пленные, захваченные впоследствии, подтвердили эти сведения.
Только такие разведданные могут объяснить, зачем понадобилась массовая высадка на равнинах у подножия 017–017. Если говорить кратко, Абаддон швырнул свои орды на планету и заставил их ломиться в «парадную дверь».
Я неоднократно слышал, что сильнейшее наше оружие против Архиврага – его собственная природа. Возможно, так и есть. Судьба определенно была на нашей стороне в тот день, когда Повелители Ночи и Черный Легион, входившие в ударную группу, обратились друг против друга.
Ни в одной имперской хронике я не обнаружил подробного объяснения, почему Абаддон полностью утратил контроль над частью армии. Также нигде не объяснено, чего силы Архиврага надеялись достичь – если вообще на что то надеялись – своим несвоевременным расколом.
Если за их противостоянием и стоит нечто большее, чем бешеный нрав извращенных Хаосом нелюдей, то, скорее всего, это так и останется загадкой."


Следователь Решлан Дэрроу, Аннотация к его основной работе «Личины Разорителя»
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:26 | Сообщение # 131



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Десантную капсулу Первого Когтя затрясло.
-Входим в атмосферу, – сообщил Адгемар, оглянувшись на остальных Астартес. – Одна минута до контакта.
-Зачем такая жесткая посадка? – спросил Сайрион.
-Чтобы нас не достали орудия ПВО, – проворчал Меркуций.
-На такой высоте? Вероятность нулевая.
-Просто тяжелый спуск, – ответил Адгемар. – Атмосферные вихри, растущая температура, высокое давление. Не теряйте концентрации, братья.
-Кровь, – бубнил Узас. – Кровь, черепа и души для Красного Короля.
-Заткнись, – рыкнул Адгемар. – Захлопни пасть, или я оторву тебе башку, нашпигую ее осколочными гранатами и использую в качестве самой мерзкой на свете взрывчатки.
-Он не слышит тебя, – вмешался Сайрион. – Не обращай внимания. Он всегда такой.
-Кровь Кровавому Богу, – прохлюпал Узас.
Он опять истекал слюной. Ядовитая слизь залепила его подбородок.
-Черепа…
Талос ударил ладонью по шлему Узаса, впечатав голову брата в спинку противоперегрузочного кресла.
-Заткнись! – рявкнул он. – Ты отравляешь нам каждое задание. Каждый бой. Хватит!
Узас как будто не заметил.
-Видишь? – спросил Сайрион у Адгемара.
Адгемар лишь молча кивнул в ответ, ничего не сказав.
Тридцать секунд.
-Это будет нелегко, – заметил Меркуций. – Нас поддерживают Насильники и Каратели Квинтуса?
-Они дальше к востоку, – ответил Талос, – между нами и Черным легионом. Просто запомните наши цели. Мы проникаем внутрь, убиваем командиров частей и прорываемся наружу.
-Двадцать секунд, – известил Адгемар.
-Мы не должны полностью уничтожать противника, – добавил Талос, повторяя слова Малкариона, сказанные им на совещании командиров частей. – И мы погибнем, если попытаемся превратить это в честный бой.
Десять секунд.
-Убить, прорваться наружу. Пусть смертные выкормыши Абаддона льют за него кровь. – Талос не стал скрывать усмешку. – Это не наша работа.

План наземной атаки казался приемлемым, но и риск был очевиден.
У воинов тех отделений легионов отступников, что вызвались добровольцами для участия в операции, имелись весьма сомнительные шансы на выживание.
Перед лицом Возвышенного и Малкариона Талос потребовал, чтобы Первый Коготь участвовал в атаке.

Как и остальные армейские части, скитарии Механикус, несмотря на всю свою выучку и искусственные имплантаты, становились уязвимыми без командиров. Магистр Войны собирался сыграть на этой потенциальной слабости и бросил элитные подразделения Астартес на разные участки фронта. Каждому отряду дали задание ликвидировать командиров техноадептов.
Десантная капсула Первого Когтя врезалась в поверхность планеты, выбросив вверх фонтан земли. Раздались взрывы, рухнули посадочные пандусы, и Первый Коготь сорвался с противоперегрузочных кресел.
Открыв на бегу огонь из болтеров, они выскочили на равнину – обширное плато у подножия скальной крепости 017–017.
Их капсула приземлилась прямо в центре поля боя, посреди вражеских линий.
Море противников колыхалось в рассеивающейся пылевой завесе. Вдали виднелись огромные фигуры титанов разных боевых модификаций и типов.
Ближайшая из богоподобных машин находилась по меньшей мере в двух тысячах метров. Гигантский взбешенный титан класса «Разбойник» поливал все вокруг огнем. Он был так громаден, что невольно притягивал взгляд.
Как только Астартес высадились и вступили в бой, в их вокс переговорах прорезались нотки насмешливого отчаяния.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:38 | Сообщение # 132



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


-Попытайтесь не умереть здесь, братья, – проворчал Меркуций. – Мне не улыбается искать еще одно отделение.
Сайрион разнес в клочки трех сильно модифицированных техногвардейцев. Болтерные снаряды сдетонировали в их телах, превратив плоть и металл в кровавое месиво.
-На голографических картах все выглядело куда проще!
Навстречу Астартес ринулся здоровенный детина с двумя дополнительными парами механоконечностей. В манипуляторах противник сжимал разношерстную коллекцию шахтерских инструментов, превращенных в оружие. Сайрион увернулся от бура толщиной с его ногу и всадил гладиус в распахнутый рот скитария. Клинок вошел в плоть и кость и достиг измененного мозга техноадепта, пронзив его насквозь.
-По основным целям – нулевая видимость, – выкрикнул Сайрион, останавливая еще несколько техногвардейцев на расстоянии болтерными очередями.
Его прицел сбился. Сетка прыгала и дрожала. Очень трудно было удержать болтер на линии огня.
Новая рука. Слишком поспешная операция и примитивный протез. Хирургам придется приложить еще немало усилий, прежде чем его удовлетворит результат. Но на такой дистанции промазать все равно невозможно.
Земля под ногами была предательски неровной, усыпанной телами. Десантная капсула Первого Когтя нанесла ощутимый урон противнику, приземлившись в самом центре вражеского полка. Те, кто очутился по периметру кратера, все еще не могли организовать согласованную оборону.
-Посадку не назовешь точной наукой, да?
Адгемар завершил короткую дуэль со скитарием с гусеницами вместо ног. Он вонзил клинок в глазницу твари и набросился на следующего.
-По основной цели – нулевая видимость.
Внимание Талоса постоянно переключалось на дисплей визора. Он пытался уследить за отрядом, бойцы которого все больше отдалялись друг от друга.
-Ксарл? – позвал он.
Нет ответа. Развернувшись, пророк сделал выпад Аурумом. Удар был неудачным – Талос неправильно рассчитал расстояние, и меч лишь чиркнул по горлу здоровенного техногвардейца, вместо того чтобы начисто снести ему голову.
-Ксарл, отвечай.
Талос пинком отправил скитария с разорванной сонной артерией на землю. Переключая режимы зрения, Астартес пытался вычленить силуэты братьев в окружающей мясорубке.
-Я к северу от тебя, – отозвался Ксарл. – Ближе к передовой. Не вижу целей. Но бой здесь самый жаркий.
-Я слишком далеко для зрительного контакта с целью, – передал Адгемар.
-Как и я, – выругался Талос. – Сайрион? Меркуций?
-Я тут… немного занят, – ответил Меркуций.
-Слишком далеко, – выдохнул Сайрион. – Не вижу цели. Веду бой.
-Души для Пожирателя Душ! – провыл Узас. – Черепа для Трона Черепов!
-Тебя никто не спрашивал.
Талос мечом и болтером пробивал себе дорогу в море гудящих буров, свистящих клинков, размахивающих кулаков и ослепительного лазерного огня.
Что то ударило Астартес в боковину шлема. Анафема выпалил в направлении удара, покончив с неприятелем, кем бы он ни был. Аурум крутанулся в руке, отражая выпад двух механоконечностей. Талос впечатал керамитовый ботинок в грудь техногвардейца справа, смяв его доспех и пробив легкие осколками ребер. Аурум снова сверкнул и рухнул вниз по широкой дуге, разрубив еще одного скитария, в то время как ревущий Анафема всадил три снаряда в трех других противников.
Рассеченный надвое техногвардеец попытался ударить Талоса уцелевшей рукой по ногам. Повелитель Ночи наступил на завывающее зубчатое лезвие, раздавив его, а в следующую секунду размозжил и голову солдата.
-Я тут прекрасно провожу время, – раздался задыхающийся и полный сарказма голос Сайриона.
-Я тоже не скучаю, – сквозь зубы процедил Талос.
Он потратил полсекунды на то, чтобы взглянуть в сторону чудовищного «Разбойника». Сейчас титан был ближе, но ненамного. Над полем боя завывал рог – вызов или предостережение тем, кто копошился внизу. По сравнению с этой громадиной побежденный «Пес Войны» казался карликом.
-Предатели! – выкрикнул один из скитариев. – Смерть десантникам Хаоса!
Талос выстрелил ему в лицо и двинулся дальше.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:41 | Сообщение # 133



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Узас первым достиг цели.
Техноадепта звали Роллумос. Это имя он выбрал себе сам, а то, что он получил при рождении, забылось уже давно. По данным внутренних хронометров Роллумоса, ему исполнилось сто шестнадцать лет. Или, точнее, тем немногим частям его тела, что по прежнему стоило считать человеческой плотью. Его восхождение к совершенству было так близко! В нем оставалось лишь семнадцать процентов презренной плоти. Восемьдесят три великолепных, божественных процента состояли из стали, железа, бронзы и титана, освященных и благословляемых трижды в день в ритуале почитания Бога Машины.
Он не был уверен, имеет ли право называть себя Магистром Скитариев, – но колебался не из скромности, а от потаенного стыда. Ему выпала значительная роль, без сомнения, и не лишенная достоинства. Но в черепных когитаторах Роллумоса засела угрюмая, слишком человеческая боль. Магистр чего? Солдат рабов?
Он заслуживал большего. Он заслуживал лучшего.
Техноадепт утешался обманом – и боролся со стыдом с помощью того же обмана. Внешне он принял назначенную ему роль и бесконечно изменял собственное тело, чтобы сражаться наравне с аугментированными солдатами. Он лгал начальству и соратникам техноадептам. Как они верили ему! Как обрабатывали поступающие данные и с готовностью подтверждали его очевидную и чуть ли не академическую увлеченность тактикой ведения боя!
Но великие машины Легио Маледиктис – воплощения Бога Машины – вышагивали по равнинам, превращая в прах все приземленные и ничтожные достижения Роллумоса. Сколь часто он спускался по железным мосткам туда, где трудился лишь обслуживающий персонал, и оглаживал механоконечностью броню спящего титана! В это время его внутренние процессоры генерировали яркие и желанные образы: вот он работает над божественной машиной, стараясь вызвать ее дух из глубин безмолвного механизма.
Мучаясь ничтожностью своего положения в иерархии легиона, Роллумос по крайней мере ухитрялся скрыть недовольство от немигающих глаз более удачливых братьев. Этого слабого утешения все же хватало, чтобы удержать обиду внутри.
Не важно, что унизительная бюрократическая ошибка привела Роллумоса на передовую. Его тело было достаточно модифицировано, чтобы противостоять опасностям боя наравне с пехотой техногвардейцев, и он не тревожился о возможных повреждениях.
И все же именно об этой ошибке он пожалел в последние минуты жизни.
Астартес десантировались прямо на его полк.
Астартес. Восемь отделений Астартес. Десантная капсула цвета ночи рухнула с неба и врезалась в землю на расстоянии пятисот одиннадцати метров от того места, где он стоял посреди фаланги верных скитариев.
Роллумос принялся вычислять принадлежность Астартес. Крылатый череп. Зигзаги молнии на доспехах. Стремительная и свирепая атака: болтерные снаряды и удары клинков разрывают драгоценную аугментическую плоть скитариев.
Повелители Ночи. Не оптимальный вариант.
Когда Роллумос направил подкрепления туда, где приземлилась ближайшая капсула со своей неприятной начинкой, первые сожаления лишь начали возникать. Они достигли пика – и внезапно оборвались – ровно через семь минут и девять секунд.
-Цель уничтожена, – передал Узас Первому Когтю. – Враг убит.
Он даже не запыхался.
Узас поднял железную голову Роллумоса в одной руке, словно дикарь, похваляющийся черепом поверженного врага. Техногвардейцы шарахнулись прочь от его торжествующего воя.
-Кто следующий? – спросил Сайрион.
До остальных донесся грохот оружия, молотящего о его доспехи.
-Меня уже это достало.
-Капитан скитариев Тигриф, – ответил Талос. – Ищите стяги. Дальше к северу.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:47 | Сообщение # 134



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Первый Коготь вернулся на «Завет Крови» девятью часами позже.
Септим и Октавия ждали их в ангаре. Оба смертных надели униформы слуг легиона. «Громовой Ястреб», вернувший Астартес на орбиту, звался «Сумеречный» – единственный транспорт десятой роты, оставшийся на лету. Два других взвода высадились первыми. Первый Коготь спускался по трапу последним, и Октавия при взгляде на них тихонько выругалась.
Почти десять часов непрерывного боя на передовой не прошли для Астартес даром. Рука Сайриона висела неподвижно – торопливо сделанный протез не выдержал жестокого напряжения битвы и отказал несколько часов назад. Ксарл практически лишился своей коллекции черепов – от нее осталось лишь несколько осколков кости, уныло покачивающихся на уцелевших цепях. Доспехи Узаса и Меркуция были сильно повреждены: лазерные лучи пропахали черные борозды в керамите и рассыпали уродливые ожоги; на других участках брони огромные топоры и цепные лезвия оставили следы своих зубов.
Адгемар был без шлема, а лицо его расчертили кровавые порезы, уже покрывшиеся коркой и заживающие под влиянием усиленной физиологии Астартес.
Талос вышел из «Громового Ястреба» последним. Имперский орел на его нагруднике, и без того оскверненный, подвергся дальнейшим надругательствам. Одно крыло отсек удар клинка, так что оно теперь торчало в стороне от остального, а оперение цвета слоновой кости сменилось угольно черным, – по предположению Септима, здесь не обошлось без огнемета. Правая рука Талоса окостенела и не двигалась. Похоже, перчатка окончательно отказала, и при ремонте потребуется немалая осторожность.
Септим сразу отметил две вещи. Во первых, починка доспеха будет делом нелегким. При виде второго слуга покрылся холодным потом.
-Где его болтер? – спросила Октавия.
Она тоже заметила.
-Я потерял его, – ответил Талос, проходя мимо с воинами Первого Когтя.
-Куда вы идете, господин? – окликнул Септим.
-Мне надо повидать техножреца и капитана десятой роты.

Делтриан лично занимался Малкарионом.
Повреждения, полученные жрецом во время нападения на Зал Памяти, были почти полностью устранены. И все же несколько сервомоторов в суставах верхней части тела техноадепта работали на половинной мощности – их системы еще не успели опробовать на полном ходу.
Хотя Делтриан и мучился потаенным стыдом, проявляя такую чисто человеческую слабость, он проклинал Враала всякий раз, когда непослушное тело причиняло ему неудобство при ходьбе и работе.
Техножрец и несколько его сервиторов работали над корпусом дредноута. Они паяли, подкручивали крепления, ставили заплаты и возвращали форму погнувшейся броне. По Залу Памяти носилось гулкое эхо.
Талос официально поприветствовал Делтриана при входе в зал, но для беседы с древним воителем переключился на вокс.
-Прости мою грубость, техножрец, – сказал Астартес, вновь надевая шлем. – Мне надо слышать во всем этом грохоте.
Делтриан поклонился в ответ. Священный техосмотр должен быть громким согласно традиции. Эти звуки складывались в хвалу Богу Машине.
-Капитан, – обратился Талос по воксу.
-Я уже не капитан. Говори, Ловец Душ.
-Равнины наши.
-Они станут отличной зоной высадки. Осада начнется на рассвете.
-Времени в обрез. Даже если мы возьмем город за неделю…
Талос замолчал. Малкарион знал обо всем не хуже его. До прибытия Кровавых Ангелов оставалось меньше трех недель.
-Псайкеры Абаддона все еще уверены в своих предсказаниях?
Талос фыркнул: – Абаддон сам мне сказал, что в последнее время они слишком часто его подводят.
-Тогда почему он им доверяет?
Раздражение – и сомнение, как с чувством неловкости заметил Талос, – прорезалось в голосе Малкариона. Он пришел из той эпохи, когда легионы практически не терпели появления псайкеров в своих рядах. Подобных выродков либо изгоняли со службы, либо сурово натаскивали и держали в узде, не полагаясь на них в планировании боевых операций.
-Он работает с тем, что есть. К тому же астропаты флота подтверждают прогнозы.
StriderVicДата: Вторник, 23.10.2012, 19:54 | Сообщение # 135



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


-Крастиан тоже?
-Крастиан мертв, сэр. Убит шестьдесят лет назад. С тех пор у нас на борту нет астропата.
-Возможно, к лучшему. Псайкеры. Они мутанты и не заслуживают доверия.
-Астропаты на борту «Охотничьего Предчувствия» согласны с псайкерами Абаддона. Имперские подкрепления еще в неделях пути отсюда.
-Хм.
-Как прошла ваша первая битва, сэр?
Малкарион уже несколько раз отвечал на этот вопрос. Сразу после возвращения на «Завет» ему принялись досаждать посетители: воины из разных отделений приходили выразить уважение и расспросить о ходе наземной операции.
-Великолепно, брат. Кровь, оросившая мой доспех… Восторг, порожденный гибелью множества врагов под огнем моей пушки и ударами кулака… Когда мы захватим этот мир во имя нашего отца, это станет величайшим триумфом.
Талос улыбнулся. Что то слабо верится.
-А теперь скажите мне правду.
Сервиторы, работавшие над огромным корпусом Малкариона, замерли на секунду, когда дредноут издал протяжный скрип.
-Без радости. Без огня. Без жизни.
-Вы сердитесь на меня за то, что я разбудил вас?
-Если бы я сердился, брат, ты был бы уже покойником. Я стер бы тебя с лица земли так же, как стер этого презренного Атраментара Враала. Никогда его не любил.
-Его никто не любил.
-Я просто не понимаю, зачем я вам понадобился. Вот и все.
Талос некоторое время обдумывал ответ.
-Вы понимаете, какое впечатление производит на меня ваш голос, сэр? На всех нас? Как он колеблет воздух, подобно грому, и вырывается из вокса звуком победного горна?
-Я не глуп, мальчик. Я прекрасно вижу, как вдохновляет вас моя нынешняя форма. Но я мертв, Талос. -Это правда, и только она имеет значение.
-Ночью мы добились достойной победы. Никто не погиб. Через три часа мы снова высадимся на планету. -На рассвете крепость фабрика падет.
-И я сделаю вид, что мне не все равно. Не беспокойся.
-Я слышал, как вы воодушевляли Девятый и Десятый Когти на поле боя.
-Все, что я делал, – это безостановочно убивал и орал на врагов.
Из глубин дредноута донесся еще один скрипучий звук.
-Что это?
Мой загрузчик боеприпасов, – солгал Малкарион.
На самом деле так звучал смех его нынешнего колоссального тела.
-А теперь обойдемся без формальностей, Ловец Душ.
-Я вполне бы мог обойтись без того, чтобы вы называли меня этим именем, сэр.
-И ты полагаешь, что я намерен считаться с твоими желаниями? Я Малкарион Возрожденный, а ты всего лишь апотекарий, вообразивший себя командиром.
-Очко в вашу пользу, – улыбнулся Талос.
-Достаточно пустой болтовни. Зачем ты здесь? Что тебя беспокоит?
-Я потерял свой болтер.
-Хм. Возьми мой.
-Возьми мой? – расхохотался Талос. – Так то вы проявляете уважение к реликвиям легиона?
-Мне он явно больше не понадобится.
Боевая машина подняла и опустила стволы автопушки. Два сервитора, занятые их проверкой, издали тревожные сигналы ошибки.
-Извините, – вслух громыхнул дредноут.
Делтриан, скелетообразный и предупредительный, как всегда, поклонился: – Все в порядке, господин.
-Отлично.
Малкарион снова перешел на вокс: – Продолжай, Талос.
-У меня было видение, сэр.
-Вряд ли это способно меня удивить.
-Но оно отличается от других. Оно… ошибочно. По крайней мере отчасти. События происходят не так. С первой секунды, когда я пробудился, все в нем показалось мне сомнительным. Как будто кто то нашептал мне во сне ложь. Узас из Первого Когтя, убивающий Сайриона. И теперь, когда планета готова пасть, я начал сомневаться во всем остальном. Фаровен не погиб, хотя я видел его смерть.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Ловец Душ (Книга, Аарон Дембски-Боуден, Повелители Ночи)
Страница 9 из 11«127891011»
Поиск: