Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 11«1234561011»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Ловец Душ (Книга, Аарон Дембски-Боуден, Повелители Ночи)
Ловец Душ
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:39 | Сообщение # 46



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Но одно Вит знал наверняка, и только это имело значение: предатель-Астартес прорвался в самое сердце обороны «Меча», и если он сейчас не сбежит, – а может быть, даже и тогда – то станет покойником.
Вит был много кем. Заурядным офицером, возможно, и уж точно – слишком большим любителем выпить. Но трусом он не был. Он умрет со словами, с которыми тысячелетиями умирали миллионы имперских солдат: – За Императора!
Как бы благородно это ни звучало, его крик был полностью поглощен тем, что сделал Повелитель Ночи.

Мерцающие руны забили всю сетку визора Талоса. Цель поверх цели, с белыми вспышками там, где было видно оружие. Сделав единственный шаг в помещение, он не поднял ни меч, ни болтер и не попытался найти укрытие. Как только он возник из-за разломанных дверей, то запрокинул голову назад, очистив визор от мельтешивших перед глазами рун угрозы, и закричал.
Это был крик, который не под силу воспроизвести лишенному аугментики человеческому горлу: резонирующий и первобытный, как крик карнозавра с дикого мира. Вокс-динамики шлема еще больше усилили и так нечеловечески громкий крик, доведя его до оглушительного уровня. Производимый тремя легкими, вопль звучал пятнадцать секунд в полную силу, отражаясь эхом в коридорах «Меча» и сливаясь в единый поток всеобъемлющего звука.
Члены экипажа, соединенные со своими консолями, могли ощутить его физически. Техножрецы и сервиторы, подключенные к системам корабля, почувствовали, как дух машины «Меча» дрожал в ответ неистовому реву.
На капитанском мостике лорд-адмирал Валианс Арвентавр, связанный с духом машины корабля теснее других, залился кровавыми слезами. Но для солдат, окруживших своего командира, все это так и осталось незамеченным. Они, как и все, кто находился в круглом помещении мостика, стояли на коленях, зажав ладонями кровоточащие уши. Некоторые из них были готовы убить себя, чтобы не слышать больше этот сокрушающий восприятие звук, но они были не в состоянии дотянуться до ружей, которые лежали там, где были брошены.
Талос опустил голову, заметив вновь возникшие на дисплее визора руны угрозы. Облако дыма немного рассеялось, но все еще скрывало большую часть командной палубы. Смертные – все до единого, – что находились там, были мертвы. «Меч» завис в пространстве, большинство его орудий замолчали. Талос представил, как корабли флота Воителя сходятся к нему, и в глазах каждого капитана сверкает убийственное намерение.
Времени было в обрез. У Когтей, высадившихся на борт «Меча Бога-Императора», было всего несколько минут, чтобы завершить выполнение своих операций и вернуться к капсулам до того, как их настигнет неминуемая катастрофа.
И в этот момент произошло то, что Талос никогда не забудет вплоть до самой своей смерти.
Их разделяло расстояние в пятьдесят метров, пелена дыма и толпа ошеломленных людей, но он все равно встретился взглядом с адмиралом. Из глаз его текли густые красные слезы, струйки крови стекали из ушей и носа, но выражение лица оставалось неизменным. Никогда прежде за бесчисленные годы, что Талос провел, воюя против слуг Лже-Императора, ни один имперский червь не смотрел на него с такой ненавистью.
Позволив себе несколько секунд насладиться заветным согревающим кровь моментом, он прошептал: – Режим охоты.
Услышав тихий приказ, дух машины тут же исполнил его, сменив красные тона линзы на слои глубоких синих. Сквозь дым, даже через прикрывающие их баррикады консолей и рабочих станций, фигурки членов экипажа виделись Талосу водоворотом расплывающихся оранжевых пятен с красными и желтыми мазками источников тепла на фоне холодной синевы вокруг них. Сайрион, Ксарл и Узас шли позади него, и он слышал, как они прошептали те же команды, активируя свое зрение охотника.
Рассматривая окружающее пространство в инфракрасном спектре, они шагали вперед, готовясь пролить кровь лучших из лучших среди защитников «Меча», вцепившихся в свое оружие.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:43 | Сообщение # 47



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Адмиралу было суждено испустить дух последним.
К тому моменту капитанский мостик превратился в склеп. Когда дым рассеялся, поглощенный аварийной системой очистки воздуха, всюду лежали изуродованные тела сотни членов экипажа и их павших защитников, Гелиос Девять. Четверо Повелителей Ночи бродили туда-сюда, вгрызаясь лезвиями цепных мечей в консоли и поражая нервные центры «Меча Бога-Императора». Имена убитых ничего не значили для Талоса, и он понятия не имел, что последним, кто пал, защищая трон адмирала напрасной, но отчаянной пальбой из дробовика, был Серлин Вит.
Вит с хрипом выпустил воздух из разорванных легких, не будучи в состоянии оторвать подбородок от груди. Для Талоса он был неприметным, но раздражающим источником теплового излучения, и Повелитель Ночи прикончил его простым тычком своего золотого клинка. Когда Вит упал, Талос спихнул его с платформы, на которой располагался трон, и сразу же переключил внимание на следующую цель, в то время как голова Вифа треснула от удара о перила, и человек медленно соскользнул в объятья смерти.
Лорд-адмирал Валианс Арвентавр впился взглядом в существо, которому предстояло стать его убийцей. Кроваво-красные линзы шлема Талоса смотрели сверху вниз на старика, прикованного к своему креслу. Теперь ему стало ясно, почему адмирал не встал на защиту мостика. Ниже пояса у смертного не было тела, и его одетый в китель торс соединялся с командным троном извивающимися кабелями, вшитыми в его таз, которые связывали то, что осталось от его тела, с кораблем, а усики проводов, торчавшие из затылка, связывали его сознание с духом машины «Меча».
Талос потратил секунду, размышляя, когда именно адмирал подвергся хирургической операции, столь ограничившей его физические возможности, и как долго он был заключен здесь, будучи живой частью корабля, которым он командовал, – прикованная к трону мешанина из плоти, проводов и трубок, подводящих и отводящих обменные жидкости.
Еще секунду он потратил, из любопытства спросив адмирала, зачем он сотворил с собой такое. Он не получил ответа на свой вопрос. Небритый подбородок смертного дрожал, когда тот предпринял попытку говорить: – Бог-Император, – прошептал старик.
Покачав головой, Талос активировал цепное лезвие.
– Я видел твоего Императора. Несколько раз, еще до того, как он предал нас всех.
Меч скользнул в грудь адмирала с тошнотворной нежностью: медленно, дюйм за дюймом, силовое лезвие прожигало пепельно-белую униформу военно-космического флота Скопления Крит там, где касалось материала. Кончик лезвия утонул в костяке командного трона за спиной смертного, образовав еще одну связь между адмиралом и его рабочей станцией.

Эффект последовал мгновенно. Освещение мостика замигало, и весь корабль мученически застонал, как раненый кит в черных водах нострамских морей. Смерть адмирала захлестнула дух машины корабля, и Талос резким движением выдернул клинок из мертвой груди. Кровь зашипела на золоте меча, испаряясь от жара.
– И он не был богом, – сказал Повелитель Ночи умирающему старику. – Возможно, и человеком он не был, но богом – точно никогда.
Астартес улыбнулся.
Адмирал попытался заговорить снова, протягивая трясущиеся руки к Талосу. Повелитель Ночи схватил хрупкие руки умирающего капитана корабля и сложил их над кровоточащей раной на груди.
– Он никогда не был богом, – мягко произнес Талос. – Осознай это, пока умираешь.
Когда адмирал испустил дух, свет на капитанском мостике погас навсегда.

Экипажу «Меча Бога-Императора», возможно, удалось бы восстановить контроль над кораблем, если бы не два осложнивших положение фактора.
Прежде всего, команды экипажа, которым удалось добраться до мостика, обнаружили, что рулевая и все контрольные консоли разрушены и не подлежат восстановлению. На корпусах оборудования зияли рваные раны, оставленные цепными лезвиями Первого Когтя. Воспользовавшись приборами ночного видения, позволявшими обозревать окружающее пространство в воцарившейся тьме, потенциальные спасители также увидели, что неразлучный со своим костяным троном адмирал мертв, а на его лице застыла кривая гримаса, передающая смесь боли, ненависти и ужаса.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:47 | Сообщение # 48



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Разрушения на командных палубах нельзя было устранить посредством быстрого ремонта, однако унтер-офицеры на борту «Меча» должны были удостовериться, что гранд-крейсер сможет выйти из бушевавшего снаружи сражения и его броня выдержит до тех пор, пока он не отойдет на значительное расстояние от орбитальной войны. Техники работали с удвоенной силой, офицеры спешили попасть на инженерные палубы, где вступил в игру второй фактор.
Талос и Первый Коготь вторглись на борт имперского крейсера не одни.

Вторым препятствием на пути к восстановлению хоть какого-то подобия порядка на палубах гибнущего корабля стало то, что вспомогательный инженерный сектор также был в руках врага. Хотя этот сектор не был настолько важным для функционирования корабельных систем, как главные машинные отделения, сбои в его работе серьезно сказывались на потоке энергии и эффективности работы двигателей.
Повелители Ночи не стали разрушать основные секции, чтобы не дать врагу втянуть себя в длительную перестрелку. Они нанесли удар по заранее намеченным целям, и этого было вполне достаточно, чтобы вывести «Меч» из сражения, затратив минимум времени и усилий.
Отряды солдат штурмовали грандиозные помещения машинного отделения, стремясь оттеснить захватчиков, но Второй и Шестой Когти оставили свои капсулы и удерживали позиции, паля из болтеров, пока не поступил приказ уходить. Когда данный приказ наконец поступил, непримиримые имперцы сумели отвоевать подсобные камеры инженерного отсека, где их ожидал прощальный подарок от Повелителей Ночи в виде взрывных устройств, закрепленных на корпусе корабля в тех местах, где приземлились абордажные капсулы. Когда отсчет на детонаторах дошел до нуля, взрывом смело огромную часть и так поврежденного борта, открыв значительную часть вспомогательных инженерных палуб безвоздушному пространству.
Это уничтожило на корню все надежды экипажа пройти через инженерные палубы вдоль правого борта крейсера. Вспомогательные двигатели молчали, и теперь сбитый с курса, лишенный мозга и бьющегося сердца, так как капитанский мостик и инжинариум были выведены из строя, беззащитный «Меч Бога-Императора» крутился в пустоте, покрываясь миллионами шрамов от орудий флота Воителя.
В течение получаса горстка Астартес отправила на тот свет несколько сотен верных Императору душ, заняла две ключевые позиции на разрушенном корабле, лишь отчасти находившемся под контролем имперцев, и исчезла, убедившись, что нанесенный ими ущерб невозможно будет устранить вовремя.
На борту «Завета Крови» Возвышенный – уже предвкушая хвалебные обращения Воителя, – приказал рулевому подойти ближе к погибающему «Мечу» и приготовиться принять обратно абордажные капсулы в посадочные шлюзы по правому борту. Персональные экраны, вмонтированные в подлокотники его командного трона, передавали цифровые данные, шедшие непрерывным потоком рун, горящих зеленым на черном фоне. Второй Коготь занял места в своей капсуле и ожидал возвращения. Шестой Коготь тоже. Пятый Коготь… не отвечал.
С Пятым Когтем не было связи с самого начала операции. Возвышенный подозревал, что капсула была уничтожена, едва стартовав с «Завета», разлетевшись на атомы под сокрушительным огнем бортовых орудий крейсера. Бесспорно, это был позор – потерять разом пять душ. Но Первый Коготь... их капсула все еще была закреплена на корпусе имперского корабля. Она последней выстрелила из своей ячейки на борту «Завета» и остановилась не так близко к своей цели, как остальные.
– Талос… – протянул Возвышенный.

- Не может быть! - Сайриону пришлось со всей силы ударить цепным мечом по переборке, чтобы освободить его от бившегося в агонии кричащего солдата, которого он пронзил насквозь. – Мы не успеем вовремя.
Воины Первого Когтя сражались в переплетении коридоров между капитанским мостиком и оружейной палубой, где их абордажная капсула протаранила корпус корабля. Колоссальный корабль содрогался всем телом, распадаясь на части. Повелители Ночи понятия не имели, какая часть «Меча» была еще цела, но судя по крикам, заполонившим вокс-каналы противника, через несколько минут от него не останется ничего. На пути им встретилась толпа имперцев, что сначала застало их врасплох, но вскоре стало раздражающим препятствием. Пока они прорезали себе путь сквозь толпу смертных, бегущих по низкому коридору, Ксарл пошутил, что весьма забавно наблюдать людей, бегущих не прочь от них, а навстречу – хоть какое-то разнообразие.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:50 | Сообщение # 49



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Это несказанно облегчает охоту, – улыбнулся он.
– Возможно, – ответил Сайрион. – Но лучше спроси себя, от чего же они так спешат убраться подальше, если мы кажемся им куда более приемлемым вариантом.
Ксарл схватил бежавшую мимо женщину-офицера за горло и боднул ее головой, проломив лобную часть черепа, а затем швырнул тело в гущу встречной толпы, сбив с ног нескольких человек, которые потом были затоптаны приближающимися Астартес. Кровь убитой женщины окропила шлем Ксарла, выделяясь темным пятном на белой лицевой пластине.
– Я понял, о чем ты, – сказал он Сайриону.
Вслушиваясь в обрывочные разговоры по вражеским вокс-каналам, Талос поднимал и опускал Аурум с механической точностью, ни на что не обращая внимания. В уме рисовалась картина терпящего бедствие корабля, который флот Воителя терзал, как стая слетевшихся к свежему трупу стервятников.
– Похоже, что основной огонь достается орудийным палубам, отделяющим нас от капсулы, – спокойно произнес он. Его болтер снова разразился рыком, но выстрел получился со слишком близкого расстояния: крупнокалиберная пуля пронзила грудь бегущего имперца и взорвалась, встретившись со стеной позади него. Глядя на это, Сайрион усмехнулся.
– Что будем делать? – более вменяемо, чем раньше, спросил Узас, нанося направо и налево удары клинками. – Мы можем пересечь пострадавшие от обстрела секции?
– Там нет гравитации, и к тому же, они в огне, – ответил Талос. – Нам нужно вернуться на мостик или хотя бы подобраться поближе к нему. Путь до нашей капсулы займет слишком много времени. Корабль вот-вот развалится, а экипаж кишмя кишит в коридорах, как муравьи в разворошенном улье.
– Тогда убьем их всех и пойдем по головам!
– Умолкни, брат, – посоветовал он Узасу. – Несчетное количество жизней, что мы забираем, еще больше задержит нас. Орудийная палуба уже сейчас трещит по швам, и смертные бегут именно оттуда.
– Откуда ты знаешь?
– По их форме, Ксарл, – ответил Талос.
Ксарл, которому всегда нужно было иметь перед глазами неопровержимое доказательство, схватил очередного человека, пытавшегося проскользнуть мимо. Человек был одет в такую же форму, как и все остальные, – универсальную, белого цвета. О чем все-таки говорил Талос? Он оторвал сопротивлявшегося мужчину от пола и, держа его за сальные волосы, приблизил его кричащее лицо к окровавленной лицевой пластине шлема. Усиленный вокс-динамиками, его голос прозвучал на безумной громкости.
– Скажи мне, где вы размещены. Орудийные палубы?..
Офицер – теперь совершенно оглохший – вскинул трясущимися руками пистолет и выстрелил в упор Ксарлу в лицо. Небольшая пуля звонко стукнулась о керамит, заставив голову Ксарла слегка дернуться назад, и с влажным хрустом срикошетила обратно в лоб офицеру. Ксарл взглянул на темно-красную дыру в черепе человека и отбросил обмякший труп, выругавшись на нострамском. Сайрион засмеялся в вокс.
– Отлично, – начал он, игнорируя хохот брата. – Но почему именно мостик?
– Потому что под ним есть еще несколько палуб, которые не взорвутся от прямого попадания лэнс-излучателей, – объяснил Талос, – а еще потому, что я собираюсь предпринять кое-что, о чем мы можем пожалеть.
С этими словами он моргнул, выделяя на дисплее визора спиралевидную руну, которая обозначала «Завет».

Возвышенный больше внимал голосу своего пророка, нежели словам, которые он произносил. Голос Талоса был спокойным, но в нем улавливалась интонация, граничащая с раздражением. Они были отрезаны от своей абордажной капсулы, и их продвижение через толпу охваченного паникой экипажа заняло больше времени, чем предполагалось.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:51 | Сообщение # 50



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Кивнув увенчанной рогами головой, он передал приказы сервитору, обслуживавшему одну из станций управления лэнс-батареями.
– Ты. Сервитор.
– Да, господин.
– Выпусти один залп по трем палубам под главным капитанским мостиком вражеского корабля. Лучи должны пройти под углами, координаты которых я сейчас передаю. – Существо ткнуло почерневшим когтем в клавиатуру, вмонтированную в подлокотник трона. – Открывай огонь ровно через одну целую и пять десятых секунды.
Да, пожалуй, этого хватит. Пронзить корпус. Вырезать фрагмент металлической плоти, не причинив при этом слишком серьезный ущерб. Оторвать кусок корпуса, открыв командные палубы. Даже могло получиться.
Было бы невообразимым позором потерять пророка, если вдруг этот трюк провалится.
– Господин, – проговорил один из смертных офицеров. Возвышенный без особого интереса заметил, что человек все еще носил старую форму имперского флота, и носил ее уже более десятилетия.
– Говори.
– Сервиторы в пятом посадочном отсеке докладывают о «Громовом ястребе», готовящемся к старту. Он запрашивает разрешение.
Возвышенный снова кивнул.
– Пусть летят.
– Сервиторы также докладывают, что экипаж транспорта – не Астартес.
– Я сказал, дайте им разрешение на старт! – пробубнил Возвышенный низким и влажным голосом; нити густой слюны стекали с его клыков.
– Как скажете, господин.
Он повернулся к орудийному сервитору, к которому обращался до разговора с офицером.
– Полная готовность, господин.
– Огонь.
Корабль вздрогнул снова, намного сильнее, чем прежде.
– Близко попало, – подметил Ксарл. Стабилизаторы его брони активировались, но до этого ему пришлось опереться на сводчатую стену прохода, чтобы удержаться на ногах. Первый Коготь отступал к командным палубам, прекратив вырезать попадавшихся под руку членов экипажа. Здесь, в темной паутине коридоров и переходов под помещениями мостика, Повелители Ночи спрятали свои клинки в ножны и вернули болтеры в магнитные крепления на доспехах. Освещение на корабле не функционировало – последствие убийства лорда-адмирала, которое болезненно сказалось на духе машины «Меча», – и четыре пары алых глаз всматривались во тьму, созерцая окружающее пространство с поразительной ясностью.
Когда дрожь, сотрясшая корабль, утихла, слуховые датчики Талоса засекли где-то в отдалении слабую звуковую волну: металлический лязг, приглушенный расстоянием.
– Ты слышал? – спросил Ксарл.
– Шлюзы закрываются, – определил Сайрион.
– Надо двигаться быстрее! – приказал Талос, и отряд перешел на бег, тяжело загромыхав по стальному полу. – Еще быстрее!
В правом ухе едва уловимо прозвучал знакомый голос: – Господин?
Повелители Ночи неслись сквозь темноту, огибая углы и раскидывая в стороны людей из экипажа, в панике пытавшихся укрыться в сумрачных коридорах.
– Отряд на чистоте кобальт шесть-три, – Талос выдохнул в микрофон вокса.
– Кобальт шесть-три, принято, господин.
– Подтверди наши руны местоположения.
– Руны местоположения на моих экранах. Руна лорда Узаса отображается нечетко. И… господин, корабль разваливается, восемьдесят процентов разрушений пришлись на...
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 17:52 | Сообщение # 51



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Не сейчас! «Завет» стрелял?
– Да, господин.
– Я так и подумал. Нам нужно попасть на палубу, которая ближе всего к разгерметизированным секциям командных уровней.
Пауза растянулась на пять секунд. Шесть. Семь. Десять. Талос представил, как его слуга просматривал гололитическое изображение гибнущего крейсера, глядя, как руны местоположения Первого Когтя двигаются по тоннелям.
Двадцать секунд.
Тридцать.
И наконец…
– Господин.
Тряска была такой сильной, что Сайриона и Узаса сбило с ног. Талос пошатнулся и оставил вмятину на обшивке, где его шлем встретился с металлическим покрытием.
Корабль разваливался. Без вопросов.
– Господин, остановитесь. Стена слева от вас. Пробейте ее.
Без колебаний Талос бросился на нее. Стена, ничем не отличавшаяся от других, мимо которых они, очертя голову, летели по темным переходам к командным палубам, взорвалась, познав ярость четырех болтеров.
За стеной несколько мгновений бушевало пламя.
За шквалом огня не было ничего, кроме безбрежного пространства, жадно всосавшего четырех воинов в пустоту.

Боль захлестнула его.
Талос смотрел вниз… вверх… на планету под ним… над ним. Унылый ржаво-красный шар, задрапированный тонкой вуалью облаков. Интересно, каким будет воздух этого мира?
Звезды вертелись за пределами его поля зрения, и он смотрел в пустоту, не видя ничего.
Затем – медленно крутившийся собор, дворец с витражными стеклами и сотней шпилей, на корме полыхающего «Меча». Ничего из этого он не видел.
На мгновение его поглотила тьма, благословенно притупившая боль. Когда это прошло, он ощутил металлический вкус крови во рту и ослеп от заполонивших его обзор рун тревоги. Он пытался связаться по воксу с Сайрионом, Узасом, Ксарлом, Септимом… но не мог вспомнить, как это сделать.
Боль, как свет восходящего солнца, снова расцвела внутри черепа. В ушах звучали голоса.
– Броня герметична, – сообщала одна из рун. Талос попробовал пошевелиться, но не был уверен, что может это сделать. Он не ощущал сопротивления, его мышцы не напрягались, что бы он ни делал, и в какой-то момент ему показалось, что он не двигался вообще.
Вид перед глазами снова сменился: показались звезды и крутившиеся поблизости куски метала. Видеть ясно было трудно, и это беспокоило его больше, чем все остальное. Одна из глазных линз была темнее, чем положено, черно-красной с размытыми, водянистыми рунами. Кровь, догадался он. Кровь покрывала внутреннюю поверхность одной из линз.
Один из голосов приближался и показался смутно знакомым. Это был Ксарл, и он ругался. Похоже, он говорил что-то про кровь.
Вид перед глазами Талоса снова сменился, и он увидел дрейфующего в пространстве Ксарла, вокруг которого как стайка лун кружились нанизанные на цепи трофейные черепа. Он ощутил толчок, сильный толчок, когда рука Ксарла ударила его в грудь.
– Поймал его, – крякнул Ксарл. – Поспеши, раб. У меня разбита нога, и кровь заливает мои доспехи.
Где-то во тьме прозвучал голос Септима.
– Я как раз подхожу.
– Ты забрал остальных?
– Да, господин.
– Подтверди, что забрал Узаса.
– Да, господин.
– Хм... – Ксарл понизил голос. – Жаль.
Теперь кровь залила уже обе линзы; Талос ухватился за запястье Ксарла, пока брат удерживал его. Он ощущал, как чувства перестраиваются в новой обстановке, и, даже лишенный возможности видеть, он получал все, что ему необходимо было знать, из гробовой тишины вокруг и невесомости. Он находился в космосе и, обездвиженный, вращался, не контролируя свое перемещение.
– Это была самая дурацкая идея, когда либо приходившая мне в голову, – процедил он сквозь зубы.
– Рад, что ты все еще жив, – засмеялся Ксарл, и голос его был отрывистым и напряженным. – Ты бы видел, как проломил своей башкой путь к отступлению.
– Уже чувствуется.
– Вот и отлично. И поделом. А теперь, будь добр, заткнись и молись, чтобы этот проклятый коротышка, которому ты так доверяешь, не угробил наш варпов «Громовой ястреб».
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:02 | Сообщение # 52



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


ПОСЛЕ БОЯ

«Если легион Конрада и сохранил хоть малую толику благородства, то она глубоко погребена под слоем извращенных желаний, отклонений и вопиющего неповиновения. Их пути безрассудны, непродуманны и противоречат всем принципам ведения войны. Близок час, когда Повелителей Ночи призовут к ответу за их поведение и вернут к имперской военной доктрине, или же они будут потеряны для нас в их собственной жажде безумия.»

Примарх Рогал Дорн.Запись комментария к битве при Гальвионе, М31.

Десять минут спустя после того, как Первый Коготь разрушил стену, отделявшую их от космического вакуума, все четверо стояли в стратегиуме «Завета крови», образуя полукруг перед постаментом трона Возвышенного. Двое Атраментаров – все те же Малек и Гарадон, как заметил Талос, – стояли по бокам бывшего капитана, держа оружие наготове, хоть оно и было деактивировано.
В данный момент Возвышенного мало интересовали рутинные аспекты орбитальной войны. Очарование танца в космической бездне развеялось, и теперь он ожидал похвал и одобрений за столь смелое представление. С этой минуты Возвышенный был готов дать приказ своим унтер-офицерам вернуть корабль в общий строй и добавить мощь пушек ударного крейсера к наступлению.
С флотом Крита было покончено. «Решительный» и «Меч Бога-Императора» были близки к тому, чтобы превратиться в пояс горелых обломков, рассредоточенных по орбите вокруг Утешения, а меньшие корабли – уничтожены превосходящей огневой мощью флота Магистра Войны.
Палуба вздрогнула, когда Возвышенный выразил свою признательность четырем воинам Первого Когтя.
– Красивая работа, – произнесло существо.
Талос был без шлема. Тот был поврежден, когда они бежали с полыхавшего «Меча», в момент, когда он проломил головой поврежденную стену и его выбросило в космос. Ксарл хромал, волоча правую ногу, которую он едва не потерял тогда же, когда Талос чуть не лишился головы. Даже физиологии Астартес было не под силу мгновенно срастить раздробленные кости. Сайрион и Узас выглядели невредимыми, но внутренние органы Сайриона были все еще напряжены и работали на пределе возможностей после непродолжительного времени в космосе. Нагрудная пластина его доспехов была повреждена неудачной очередью из дробовика, и из-за утечки воздуха ему пришлось на несколько минут задержать дыхание. К вящему неудовольствию всех троих абсолютно невредимый Узас расплывался в улыбке.
– Вандред, ты с ума сошел! – заявил Талос существу, восседавшему на командном троне. Его бритая голова была исчерчена новыми шрамами и следами высохшей крови, быстро свернувшейся благодаря работе клеток Ларрамана.
Атмосфера мгновенно сгустилась. Оба Атраментара нацелили на него оружие, Малек сгорбился в своем терминаторском доспехе, и мощные энергетические когти, потрескивая, заскользили из ножен в огромных бронированных кулаках. Молот Гарадона с нарастающим гулом и искрами энергии ожил.
Талос мог бы быть красивым, если бы остался человеком. Увеличенные черты Астартес возносили его над классическим образом человека, но все же в его облике было что-то величественное и воодушевляющее. Безжалостный, полный ярости взгляд его черных глаз был прикован к Возвышенному, и Талос даже не мог себе представить, насколько сейчас напоминал выточенную из мрамора статую языческих времен Старой Земли.
– Что ты сказал, мой пророк? – промурлыкал Возвышенный, как довольный лев.
– Ты, – клинок Аурума указал на измененную фигуру, – сошел с ума.
По кораблю прокатилась волна дрожи: на «Завет крови» обратили внимание пушки имперцев. Никому до этого не было дела, за исключением нескольких смертных членов экипажа, стоявших на боевых постах вокруг сцены, что разыгрывалась между их хозяевами.
Возвышенный облизнул клыки.
– И какая же игра воображения привела тебя к такому умозаключению?
– Не было нужды так рисковать. Я слышал, что стало с Пятым Когтем.
– Да. Вот досада.
– Досада?! – Талос едва не взялся за болтер. Его движения выдавали внутреннее колебание, и этого было достаточно, чтобы Малек из Атраментаров сделал шаг вперед. Сайрион и Ксарл вскинули болтеры, целясь в элитных стражей по обе стороны от трона. Узас не сделал ничего, но все трое слышали его смех из динамика шлема.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:04 | Сообщение # 53



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Да, – произнес Возвышенный, оставаясь совершенно равнодушным к возникшим противоречиям. – Досада.
– Мы потеряли пятерых Астартес во время единственной операции! Впервые за многие тысячелетия Десятая рота укомплектована меньше чем наполовину. Мы никогда не были настолько слабы!
– Десятая рота... – снисходительно ухмыльнулся Возвышенный. – Десятая рота перестала существовать тысячелетия назад. Теперь мы банда Возвышенного. И этой ночью мы удостоились великой чести в глазах Магистра Войны.
Спор ничего не изменит. Талос опустил клинок, позволив гневу вытечь из него, как гною из вскрытого нарыва. Он похоронил желание искупать свой меч в жизненных соках Возвышенного. Почувствовав произошедшую в нем перемену, Сайрион и Ксарл опустили болтеры. Чемпион Малек из Атраментаров отступил назад, вновь заняв свою позицию. Украшенный бивнями шлем терминатора бесстрастно взирал на происходящее.
– Пятого Когтя больше нет, – сказал Талос более тихим голосом. – Нам жизненно необходимо набрать новых рекрутов. У нас осталось около сорока Астартес – так мы долго не продержимся.
Он позволил неприятным словам повиснуть в воздухе. Каждый из них знал, что для пополнения потребуются десятилетия внимания и усилий. Для поддержания боеспособности роты необходимы материал и опыт, чтобы создать из мальчиков-подростков новых Астартес. На «Завете крови» не было почти ничего из того, что для этого требовалось, и поэтому пополнения не было со времен Великого Предательства. В рядах Десятой роты сражались воины, принимавшие участия в боях Ереси Хоруса.
– Перемены неизбежны, – прорычал Возвышенный. – Архитектор Судеб с нами, и ему известна истина.
При этих словах оба Атраментара уважительно закивали тяжелыми шлемами. Узас издал односложный звук, означавший, по-видимому, уважение или удовольствие. По коже Талоса поползли мурашки, а его черные глаза превратились в узкие щелки.
– Кто мы такие, чтобы повиноваться Губительным силам? Мы – Повелители Ночи, сыны восьмого примарха. Мы сами себе хозяева.
– Архитектор Судеб ничего не требует, – ответил Возвышенный. – Тебе не понять.
– У меня нет ни малейшего желания понимать сущности, которыми ты порабощен.
Возвышенный улыбнулся заведомо фальшивой улыбкой и взмахнул когтистой перчаткой.
– Я устал напоминать тебе, Талос. Я все контролирую! А теперь прочь, пока Первый Коготь не присоединился к более не существующему Пятому!
В ответ на угрозу Талос лишь тряхнул головой от отвращения и, прежде чем выйти из стратегиума, тоже улыбнулся.
– Он стал еще хуже, чем раньше, – сказал по воксу Сайрион Талосу, когда они отошли от капитанского мостика достаточно далеко. – Если такое вообще возможно.
– Нет, брат. Дело в страхе. Я ощущаю, как он вскипает у него под кожей. Он проигрывает в борьбе с демоном, с которым делит свое тело.

Септим и Эвридика все еще были в ангарном отсеке. «Громовой ястреб» «Очерненный» стоял на посадочной площадке. Время от времени сопла выпускали струи сжатого воздуха, охлаждая хищного вида десантно-штурмовой корабль.
Разгонные ускорители в корме корабля полностью оправдывали его название – почерневшие от копоти, осевшей на них за десятилетия орбитальных и суборбитальных полетов. Септим с особым прилежанием обслуживал «Очерненного», остававшегося в более работоспособном состоянии, чем можно было ожидать, но прежде всего он был механиком, а не техножрецом. Его мастерство заключалось в починке оружия своего господина, а не в поддержании древнего боевого корабля в полетоспособном состоянии.
Эвридика смотрела на сидевшего в тени «Громового ястреба» раба. Расположившись на палубе ангарного отсека, он вертел в руках череполикий шлем хозяина.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:05 | Сообщение # 54



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Это, – сказал он сам себе, – будет непросто.
Чудом было то, что шлем не развалился: с левой стороны на нем осталась вмятина после того, как Талос головой протаранил край разрушенной стены, когда Первый Коготь вырвался в космическое пространство. Эвридика ничего не сказала. Ее все еще тревожила дрожь, сотрясавшая корабль, и ее разум проигрывал пережитое за прошедший час снова и снова. Как они заводили «Громовой ястреб»… как ворвались в самое пекло орбитальной битвы… Трон святой, тут все сумасшедшие.
Сузив изумрудные глаза, Септим поднял на нее взгляд. Ей было интересно, думал ли он о том же, что и она; оказалось, что да.
– Не всегда все так плохо, – произнес он без улыбки.
Девушка что-то пробурчала в ответ, что могло означать согласие.
– Бывает и хуже?
– Частенько, – Септим кивнул. – Если ты думаешь, что Астартес так уж плохи, подожди, пока мы отправимся на палубы для экипажа.
Она не ответила. Ей не хотелось этого знать.
Септим снова поднял перед собой огромный шлем.
– Надо начинать работу. – Но он не сдвинулся с места. Эвридика знала, он тянет время.
– Тебе запретили оставлять меня одну, – наконец процедила она сквозь зубы.
– Ты можешь избавиться от моего общества лишь в одном случае: если кто-нибудь из нас умрет.
Лоб девушки с запечатанным третьим глазом внезапно пронзила острая боль, как будто глаз варпа силился смотреть через стальную пластину и поразить глупого самоуверенного раба, что сидел перед ней.
– Ненавижу это место, – сказала она прежде, чем поняла, что именно собиралась сказать.
– Мы все его ненавидим, – Септим снова кивнул, растягивая слова, и причиной этому был не только его нескладный готик. Он говорил нарочито медленно, объясняя ей, как маленькому ребенку, очевидные вещи. – Нам всем тут не нравится, так или иначе. Мы для них ничего не значим, они – полубоги.
– Нет богов, кроме Императора, – презрительно усмехнулась Эвридика.
Септим рассмеялся, услышав ее заявление; его небрежное богохульство задело девушку.
– Ты еретик. – Слова прозвучали тихо, но в них звучала неприязнь.
– Такой же, как и ты сама теперь. Думаешь, силы Трона примут тебя с распростертыми объятиями после того, как ты, хоть и недолго, пробыла на борту корабля предателей-Астартес? – Его шутливый тон исчез. – Открой глаза, навигатор! Ты так же испорчена, как и все мы, как и сам этот корабль. – Обведя рукой темноту ангарного отсека, что окружала их, он продолжил: – Теперь это твой дом.
Эвридика вдохнула, собираясь возразить, но Септим резко прервал ее, подняв руку: – Хватит спорить. Послушай меня.
Отложив череполикий шлем на колени, он почесал затылок.
– Это Десятая рота Восьмого легиона. Тысячи лет назад у них было достаточно слуг, сервиторов и Астартес, и если бы кто-то вроде меня взялся управлять священным «Громовым ястребом», то его бы казнили. Сейчас они остро нуждаются в ресурсах, в том числе и в душах, что могли бы служить им.
– И поделом, – Эвридика ответила, холодно улыбнувшись. – Они предатели.
– Полагаешь, что за этой ухмылкой сможешь скрыть свой страх? - Он встретил ее взгляд, и несколько мгновений они смотрели друг на друга. – Не получится. Ни от меня, ни – тем более – от них.
Улыбка на ее лице растаяла так же быстро, как и появилась.
– Я не отрицаю, что они еретики, – продолжил Септим, – но давай посмотрим на это с другой стороны. Ты когда-нибудь слышала про Локк-III?
Неохотно она приблизилась к нему, сев на край аппарели «Громового ястреба» во мраке просторного отсека. В похожем на пещеру помещении молчаливо стояли другие «Громовые ястребы», к которым годами никто не прикасался. Возможно, даже десятилетиями. Автопогрузчики и загрузчики боеприпасов безжизненно стояли в стороне. В пятидесяти метрах от них валялся одинокий сервитор с серой кожей, которой уже коснулось тление. Похоже, что он исчерпал все запасы энергии и рухнул на пол, оставленный здесь гнить среди древних боевых машин. Эвридика долго не могла отвести взгляд от трупа.
Высохшая, почти мумифицированная кожа плотно обтягивала кости черепа; механические части сервитора замедляли уже начавшееся разложение оставшихся участков органики.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:07 | Сообщение # 55



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Она вздрогнула. Без труда можно было увидеть, что корабль являл собой лишь бледную тень себя прежнего.
– Нет, – сказала она, почувствовав себя чуть увереннее от тепла его тела, когда села рядом с ним. На «Завете» было холодно. – Я никогда не слышала про Локк-III.
– Немногие слышали, – отметил Септим и погрузился в задумчивое молчание.
– Я видела лишь небольшую часть галактики. Сайн вел разведывательные работы только в нескольких секторах, чтобы сэкономить на перелетах. Кроме того, я…
– Ты... что?
– Моя семья, дом Мерваллион, находится на низшей ступени в иерархии Навис Нобилите. Я думаю, Сайн не осмеливался загонять меня слишком далеко. Не осмеливался, так как знал, что его навигатор был… посредственной квалификации.
Септим кивнул с понимающим видом, от которого Эвридике стало не по себе. Она ожидала комментария к только что сделанному признанию, но он просто вернул разговор в прежнее русло.
– Локк-III находится довольно далеко, рядом с регионом, именуемым в имперских записях как Сектор Скарус.
– Почти полгалактики отсюда.
– Да. Там я родился. Это не мир-кузница, но что-то похожее. Всю планету занимали мануфакторумы, и я работал там пилотом тягача, перевозил грузы в орбитальные доки и обратно в мануфакторум, который нанял меня.
– Это… неплохо.
– Нет, это невыносимо скучно. Полагаю, понятно, о чем я. Меня можно считать еретиком из-за того, кому я служу. Да, я служу предателям, воевавшим за Трон Терры. И да, тьма, что живет в недрах этого корабля, жаждет крови. Но я смотрю на вещи реально. То, что есть у меня сейчас, лучше, чем смерть. И когда ты научишься видеть путь в здешней темноте… это почти безопасно. Это почти как настоящая жизнь. Я жил жизнью бесконечных повторений – еще один крошечный винтик в громадном, безрадостном бытии. Но это? Это нечто иное. Каждая неделя приносит что-то новое, что-то невероятное, что-то, от чего перехватывает дыхание. Признаюсь, редко это бывает что-то хорошее.
Она посмотрела на Септима. Тот был серьезен.
– Ты говоришь это всерьез, – отметила девушка, не зная, что еще сказать.
– Да. Как механик и пилот я обладаю огромной свободой на корабле. Меня ценят.
– Ты ценный раб.
Сощурив глаза, он посмотрел на нее.
– Я стараюсь сохранить тебе жизнь. Если ты не приспособишься, то умрешь. Все просто.
Выдержав долгую паузу, Эвридика спросила: – Ты счастлив?
– Полагаю, ты думаешь, что сделала очень меткое и язвительное замечание. – Септим снова жестом обвел пространство отсека. – Разумеется, я не счастлив. Я в рабстве у еретических полубогов и живу на корабле, тронутом не поддающейся описанию тьмой. Экипаж смертных живет в страхе перед существами, что бродят по неосвещенным палубам корабля, и эти существа – не всегда Астартес.
Сказав это, Септим хохотнул, его смех прозвучал на низкой безрадостной ноте. Череп на шлеме в его руках с ухмылкой взирал на них обоих.
– Как они забрали тебя? – спросила девушка.
Не поднимая взгляда от шлема, Септим ответил: – Они напали на Локк-III. Сначала меня взяли служить пилотом, и гип… гипно…
– Гипноз?
– Гипноз. Да. – Он произнес слово еще несколько раз, будто пробуя его на вкус. – Не уверен, забыл я это слово или вообще никогда не знал его. Как я уже говорил, готик никогда не был моим родным языком. Но процесс был мучительным. Они учат посредством ментальных техник, под гипнозом внедряют программы, выжигающие информацию прямо в сознание. Благодаря этому я могу летать на «Громовом ястребе» – хотя даже десятилетие спустя мое мастерство не сравнится с мастерством пилота-Астартес.
Она осмотрела ангарный отсек еще раз, представляя, как он должен был выглядеть: центр активности, члены экипажа носятся туда-сюда, сервиторы и погрузчики боеприпасов с лязгом катятся по размеченному рунами полу, гул турбин десантно-штурмовых кораблей в минуты перед стартом…
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:10 | Сообщение # 56



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Должно быть, впечатляющее было зрелище. И, как ни неприятно было признавать, именно на это в свое время надеялась Эвридика:: водить среди звезд корабли Астартес.
– Он заставил тебя чинить его броню, – произнесла она, оглянувшись на Септима, – это что, понижение в должности?
– Строго говоря, это повышение. Механики являются самыми уважаемыми слугами в арсенале легиона.
Она рассмеялась – неуместный звук, на который пустота отсека ответила эхом.
– Что тебя рассмешило?
– Не похоже, чтоб ты купался в уважении.
– Ты лишь потому говоришь так, – мужчина улыбнулся, – что не все еще видела, Октавия.
– Почему ты так меня называешь?
– Потому что я седьмой слуга моего господина. А ты восьмая.
– Вряд ли.
– Вот видишь, твое бунтарство постепенно сходит на нет. Я слышу это в твоем голосе.
– Тебе лишь кажется.
– Жаль. – Он поднялся на ноги, держа в руках поврежденный шлем. – Потому в таком случае ты умрешь, причем довольно скоро.

В то время как Талос пререкался с Возвышенным, а Септим говорил с Эвридикой, последние сцены орбитальной битвы подходили к неизбежному завершению. Военно-космический флот Крита был уничтожен, и немногие уцелевшие корабли, предпринявшие попытку скрыться в варпе, не имели значения для этой записи, хотя большинство из них отличились каждый по-своему, когда присоединились к флотам другого сектора.
Дальше нужно было закрепиться на захваченном рубеже.
Силы Магистра Войны разбили имперский флот и заняли позиции на границах атмосферы над миром-тюрьмой Утешение. Знаков отличия на броне кораблей собравшейся флотилии было множество. Сощуренный Глаз Хоруса отмечал целых семь кораблей Черного Легиона – значительная часть их могущественного флота. Белый клыкастый череп Повелителей Ночи украшал «Завет крови» и превосходящий его по габаритам «Предвиденье охотника». Большая часть флота состояла из громоздких судов, несущих на борту легионы заблудших и проклятых: Имперская Гвардия и силы планетарной обороны, предавшие свою веру и присягнувшие Магистру Войны во время последних кампаний. В общем и целом, Магистр Войны пришел к Криту, имея в своем распоряжении более двух тысяч предателей-Астартес и более миллиона солдат. Почетное место в рядах его флота занимали огромные корабли Легио Фростривер, когда-то принадлежавшие Механикум Марса. Целый легион титанов, насчитывавший почти дюжину богов-машин различных классов, был призван Магистром Войны. Флот Хаоса таких размеров обычно собирался только во время великих войн Магистра Войны против миров Императора, и по близлежащим имперским мирам прокатилась волна слухов о новом Черном крестовом походе во имя Разорителя.
Когда флот был уничтожен и Утешение пало, война за Крит только начиналась. Сканеры дальнего действия не предвещали ничего хорошего, расстраивая даже капитанов этого смертоносного боевого флота
Мир-кузница Крит Прайм был по-прежнему окружен значительными силами Адептус Механикус, которые ранее упорно отказывались отвечать на запросы военно-космического флота Крита о помощи. Любопытно, что корабль ордена Странствующих Десантников«Severance» отступил к Криту Прайм на сторону Механикум вместо того, чтобы сражаться и погибнуть вместе с имперским флотом.
Время играло важную роль, и каждый офицер во флоте Магистра Войны знал это. Империум человечества ответит на агрессию с неменьшей яростью, и едва прозвучали первые астропатические призывы о помощи, в поддержку военно-космическому флоту Крита наверняка уже отправлены флотские подкрепления, Имперская Гвардия и силы Астартес.
«Завет крови» приблизился к кораблю-побратиму, могущественной боевой барже «Предвиденье охотника». Колоссальный корабль прежде был одним из флагманов легиона, до того как Повелители Ночи рассеялись на протяжении веков, и это было впечатляющее зрелище для тех, кто не видел воплощения силы легиона многие годы. Даже Возвышенный, хоть и неохотно это признававший, был тронут видом величественного корабля: полночно-синее копье, украшенное золотом и бронзой.
Он желал его. Он страстно желал командовать этим кораблем, и все, кто находился на палубе, видели это пламенное желание в его обсидиановых глазах.
Уничтожение военно-космического флота Крита было не единственной причиной, по которой Магистр Войны приказал захватить Утешение в первую очередь. Сохранить населявших этот мир в живых было для него так же важно, как и сокрушить силы орбитальных защитников. Если бы лорд-адмирал Валианс Арвентавр был лучше осведомлен о заклятом враге, – вместо того, чтобы посвятить большую часть своей карьеры сражениям с эльдарскими рейдерами, – он развернул бы пушки своего любимого «Меча Бога-Императора» на само Утешение, уничтожая населенные пункты мира-тюрьмы и тем самым лишая Магистра Войны трофеев. В конечном счете, это во многом поспособствовало бы спасению Скопления Крит.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:18 | Сообщение # 57



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


Но, конечно же, он этого не сделал. Он умер с мечом в сердце, шепча бессвязные проклятия в адрес своего убийцы.
Флот Хаоса висел в пространстве над миром, где содержались около пяти миллионов заключенных: насильников, убийц, еретиков, воров, мутантов и преступников всех мастей – все они находились в ужасных условиях, отвергнутые Империумом, который ненавидел их за совершенные преступления.
Час спустя, пока остовы кораблей флота Крита догорали в космическом пространстве, войсковые транспорты Магистра Войны приступили к высадке. На поверхности сотни тысяч потенциальных новобранцев возвели взгляды к полыхающим небесам, с которых к ним снизошло избавление – и свобода.


НА ПОВЕРХНОСТИ УТЕШЕНИЯ

"Талос из Повелителей Ночи. Привести его ко мне".

Абаддон Разоритель, главнокомандующий Черного Легиона, Магистр войны Хаоса.

Талос и Ксарл скрестили клинки.
Тренировочный зал, как и все на «Завете», был тенью своей прежней значимости. В центре многоуровневого амфитеатра, напоминавшего гладиаторскую арену, сражались два воина-Астартес. Отключенный силовой меч Талоса звонко ударялся о замерший цепной клинок Ксарла. Из уважения к духам машин оружия братья практиковались на своих собственных мечах вместо тренировочных, но использовали их без энергии.
Цепной меч Ксарла был стандартным оружием Астартес, невероятно прочным и устойчивым к повреждениям, злобно ощерившимся острыми зубьями, заточенными до мономолекулярного уровня. Но Аурум, меч, который Талос забрал у поверженного капитана Кровавых Ангелов, был реликвией невообразимой силы. Обыкновенный силовой меч мог бы сломать даже почтенное оружие, каким был Палач Ксарла, но Аурум был больше произведением искусства, нежели оружием. Братья вели поединок без треска голубого пламени силового меча и завывания цепного лезвия.
В каком-то смысле так было хуже. Чувствовалось, что их движения – часть тренировки, где не было сосредоточенности и четкости настоящего боя. Талоса всегда нервировала относительная тишина, в которой проходили спарринги, и тогда он начинал размышлять о том, что его создали именно для битвы. Он был оружием в большей степени, чем человеком, и сильнее всего это ощущалось в моменты беспокойства.
По стандартам смертных их бой можно было расценивать как поединок богов. Клинки рассекали воздух быстрее, чем мог уследить человеческий глаз, – удар за ударом в вихре безжалостной силы и скорости. Если бы за борьбой наблюдал Астартес, действия дуэлянтов виделись бы ему куда более ясно. Они оба были рассеяны, их мысли витали где-то далеко, что отражалось в секундном замешательстве и неуверенном взгляде.
Периметр арены разрывали проходы в человеческий рост, по которым раньше передвигалась маленькая армия боевых сервиторов, сделанных специально для того, чтобы погибнуть под мечами Астартес, которые оттачивали на них свои боевые навыки. Эти дни ушли в прошлое. В залах, в которые сервиторы выкатывались из мастерских-хранилищ под ареной, теперь царила темнота и тишина – еще одно напоминание о давно минувших временах.
Отклонившись назад, чтобы увернуться от режущего удара по горлу, Талос почувствовал поднимающуюся злость. Они с меланхолией всегда плохо уживались. Она была чужда его мыслям, однако в последнее время прочно обосновалась в них. Это злило его, как брешь защите, как рана, которая никогда не заживет.
Ксарл ощутил досаду в движениях брата, и когда их деактивированные мечи встретились снова, наклонился ближе. Их лица – очень похожие благодаря генетическим преобразованиям, которые претерпели их тела, – были обращены друг к другу, выражая одинаковую ярость. Злобные взгляды черных глаз пересеклись так же, как скрестились клинки в их руках.
– Ты теряешь выдержку, – прорычал он Талосу.
– Меня раздражает, что из-за твоей ноги приходится драться вполсилы, – проворчал тот, еле заметно кивнув в сторону почти полностью исцеленной конечности Ксарла.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:20 | Сообщение # 58



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


В ответ Ксарл смеясь отбросил брата, оторвавшись от него с грацией, удивительной для того, кто привык выигрывать поединки, полагаясь лишь на свою ярость.
– Покажи, на что ты способен! – произнес он, улыбаясь в темноту. Как и все помещения «Завета Крови», предназначенные исключительно для Астартес, тренировочные залы обходились без освещения. Это не мешало уроженцам Нострамо, но в прежние времена боевым сервиторам были необходимы приборы ночного видения и усилители звуковых сигналов, чтобы фиксировать движение.
Талос напал снова. Удерживая меч двумя руками, он нанес из высокой стойки безупречную серию рубящих ударов слева, вынуждая Ксарла опираться на правую ногу все больше и больше. Он слышал, как его брат кряхтел от боли, отражая удары.
– Так держать! – подбодрил Ксарл. Он даже не запыхался, несмотря на то, что они сражались в нечеловеческом темпе почти час. – Придется снова привыкать опираться на эту ногу.
Вместо того чтобы атаковать, Талос остановился.
– Подожди, – сказал он, подняв руку.
– Что? Почему? – в недоумении спросил Ксарл, опуская Палач. Он окинул взглядом безмолвную, погруженную в темноту арену, не видя ничего, кроме пустых рядов для зрителей, не слыша ничего, кроме едва слышного гула орбитальных двигателей корабля, не чувствуя ничего, кроме запаха пота от их тел и одежд и слабого духа оружейного масла. – Я не ощущаю никого поблизости.
– Я видел, как Узас убивает Сайриона, – внезапно заявил Талос.
Ксарл рассмеялся.
– Ну да. Замечательно. Так мы будем драться или нет? – На мгновение Ксарл склонил голову к брату и поинтересовался с несвойственной ему заботой: – Твоя голова еще не зажила? Я думал, что с ней уже все в порядке…
– Я не шучу.
Глаза выходцев с мира, не знавшего солнечного света, с легкостью видели в кромешной тьме, и Ксарл не уловил и намека на юмор в обсидиановом взгляде брата.
– Ты говоришь о своем видении.
– Именно о нем, ты же знаешь.
– Ты видел неправду, Талос, – сказал Ксарл, сплюнув на пол. – Сайриона легко ненавидеть. Он нечист в самом худшем смысле этого слова. Но даже такой бешеный дурак, как Узас, не решится убить его.
– Сайрион предан Ночному Охотнику, – возразил Талос.
Ксарл фыркнул.
– Мы это уже обсуждали. Он – Астартес, познавший страх. Большей испорченности нельзя и представить.
– Он понимает страх.
– Он все еще слышит демона, овладевающего Возвышенным?
Талос позволил тишине ответить за него.
– Точно, – кивнул Ксарл, – он может чувствовать страх. Это неправильно. Он испорчен.
– Он ощущает страх, но не чувствует его сам.
Ксарл опустил взгляд на свой деактивированный цепной меч.
– Пустые слова. Он осквернен Губительными Силами точно так же, как и Узас. Но они все еще братья, и я доверяю им – на данный момент.
– Ты доверяешь Узасу? – Талос склонил голову, выражая искреннее любопытство.
– Мы – Первый Коготь, – ответил Ксарл, как будто этим можно было объяснить все. – Скверна Узаса, по крайней мере, видна невооруженным глазом. А Сайрион – опасный тип, брат.
– Я говорил об этом с Сайрионом много раз, и скажу тебе, что ты неправ.
– Посмотрим. Расскажи мне про это видение.
Талос вновь представил себе Узаса, с топором в руке крадущегося по обломкам разрушенного здания к Сайриону, распластавшемуся на земле. Он пересказал видение Ксарлу так точно, как только мог, не упуская ни одной детали. Он рассказал о трубящих боевых горнах титанов, которые возвышались над серыми от пепла руинами разрушенных зданий, еще раскаленных в тех местах, где по камню прошлись залпы пушек богов-машин. Он описал взмах топора, и как его лезвие вонзилось прямо в шейное сочленение доспехов Сайриона, и как мгновением позже хлынула кровь.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:21 | Сообщение # 59



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Похоже на Узаса, – протянул Ксарл, – жестокое убийство беспомощной жертвы. Я уже не думаю, что это была твоя глупая шутка.
– Он презирает Сайриона, – подчеркнул Талос, переходя в ту часть арены, где у металлической стены оставил ножны Аурума. – Но я ошибался и прежде.
Ксарл тряхнул головой. Он выглядел задумчивым как никогда прежде, и эта перемена в поведении брата беспокоила Талоса своей непривычностью. Ему пришло в голову, что, возможно, Ксарл был из тех, кто возлагал на его пророческое проклятье большие надежды. Он казался почти… встревоженным.
– Когда это? – спросил Ксарл. – Всего несколько раз и за сколько лет? Нет, братец, это попахивает неприятной правдой.
Талос молчал. Брат продолжил, удивив его еще больше: – Мы все доверяем тебе. Ты не нравишься мне, брат, и ты знаешь это. С тобой непросто уживаться. Ты самоуверенный и такой же рисковый дурак, каким порой бывает Возвышенный. Ты возомнил себя лидером Первого Когтя, хотя тебя никто не назначал на эту должность. Ты всегда был лишь апотекарием, а теперь ведешь себя как сержант. Клянусь Ложным Троном, ты ведешь себя как капитан Десятой роты. У меня сотня причин ненавидеть тебя, и все они весьма веские. Но я доверяю тебе, Талос.
– Приятно слышать, – сказал он, вкладывая меч в ножны.
– Когда ты последний раз был неправ? – не сдавался Ксарл. – Ну-ка, скажи. Когда последний раз все шло наперекосяк, не так, как в твоих предсказаниях?
– Давным-давно. Лет семьдесят тому назад, может быть. На Гашике, где никогда не прекращался дождь. Я видел, что нам предстоит битва с Имперскими Кулаками, но планету никто не стал защищать.
Ксарл задумчиво почесал щеку.
– Семьдесят лет. Ты не ошибался почти столетие. Но если Сайрион умрет, и ты окажешься прав в том, что он не осквернен, мы могли бы использовать его прогеноиды, чтобы создать другого Астартес. Никакой потери.
– То же самое можно сказать о смерти любого из нас, – отозвался Талос, рассматривая рисунок на клинке. Ксарл поднял бровь.
– Ты бы забрал геносемя Узаса?
– Хороший вопрос.
И действительно, Талос скорее сжег бы этот биологический материал дотла, чем пересадил его другому Повелителю Ночи. Ксарл, явно задумавшись о чем-то другом, кивнул, а Талос продолжил: – Если видение исполнится, я убью Узаса.
Он не был уверен, что брат слышал его.
– Я подумаю над этим, – ответил Ксарл и, не говоря ни слова, удалился с арены, спускаясь в глубокую темноту корабля. После мимолетного и неуклюжего проявления братской прямоты Ксарл вновь вернулся к своему обычному, привычному уже для Талоса состоянию, – вечно в тени, вечно держащий свои мысли при себе.
Талос разрывался между желанием пойти за Ксарлом или разыскать Сайриона, но выбор был сделан за него. Его внимание привлекли глухие шаги другой фигуры, возникшей в первом зрительном ряду. Она была облачена в украшенные молниями доспехи, слишком громоздкие даже для Астартес.
– Пророк, – произнес чемпион Малек из Атраментаров.
– Да, брат.
– Тебя хотят видеть.
– Я понял. – Талос не сдвинулся с места. – Сообщи Возвышенному, что в данный момент я занят медитацией и буду у него через три часа.
Звук, похожий на сход лавины, раздался из терминаторского шлема, похожего на собачью голову. Талос предположил, что Малек смеется.
– Нет, пророк, тебя хочет видеть не Возвышенный.
– Тогда кто? – спросил Талос, поглаживая кончиками пальцев рукоять Аурума. – Никто не может требовать моего присутствия, Малек. Я не раб.
– Никто? Ты так думаешь? А что, если пророка из Повелителей Ночи желает видеть сам Абаддон из Черного Легиона?
Талос сглотнул, не испытывая ни страха, ни волнения, но мгновенно насторожившись. Это все меняло.
– Магистр войны желает говорить со мной, – произнес он медленно, будто не был уверен в том, что не ослышался.
– Да. Ты должен быть готов через час, вместе с Первым Когтем. С вами пойдут двое из Атраментаров.
– Мне не нужен почетный караул. Я пойду один.
StriderVicДата: Суббота, 20.10.2012, 18:24 | Сообщение # 60



Магистр Ордена Ангелов Разорения


Сообщений: 1334
Награды: 4
[ 15 ]


– Талос, – прорычал Малек. Талос все еще смотрел на него. Никто из Атраментаров прежде не называл его по имени, и он ощутил всю ужасную серьезность момента.
– Я слушаю, Малек.
– Сейчас не тот случай, чтобы действовать в одиночку, брат. Возьми Первый Коготь. И не спорь, когда Гарадон и я тоже пойдем с тобой. Это такая же демонстрация силы, как и приемы Возвышенного в ведении орбитальной войны.
Выдержав паузу в несколько секунд, Талос наконец кивнул в знак согласия.
– Где будет происходить эта встреча?
Малек поднял массивный силовой кулак, и его терминаторская броня отозвалась на движение лязгом и жужжанием сервомоторов в сочленениях. Четыре клинка выскользнули из ножен в латной рукавице, каждое длиной с руку человека. По неслышной Талосу команде молниевые когти, оправдывая свое название, ожили, окутанные потрескивающим силовым полем, и осветили черноту арены резким мерцающим светом.
– Утешение, – ответил Малек. – Магистр войны спустился на поверхность только что захваченного им мира, и мы встретимся с ним там.
– Черный Легион, – произнес Талос спустя несколько секунд и мрачно ухмыльнулся. – Сыны Хоруса, чья история предательств так же знаменита, как и их падший отец.
– Да, Черный Легион. – Когти Малека скользнули обратно в ножны в массивных бронированных кулаках, заблокированные до следующей активации. – И именно поэтому мы должны быть в полной боеготовности, облаченные в полночь.

Поверхность Утешения была похожа на смесь старых красно-коричневых струпьев и горелой плоти. Это был мир, отвратительный во всех отношениях, вплоть до вкуса воздуха – всему виной интенсивная вулканическая деятельность на южном полушарии, не прекращавшаяся веками. Цепь горных хребтов дышала огнем в атмосферу, отравляя пеплом воздух на всей планете.
Шпили колоний строгого режима радовали глаз не больше, чем остальной ландшафт: башни из красного камня, когтистые и грубые, торчащие, как обломки острых скал, на склонах естественных горных образований. Готическая архитектура, столь любимая на множестве имперских миров, присутствовала и здесь, но в самом примитивном и грубом исполнении. Кто бы ни был архитектором тюремных шпилей Утешения – если понятие архитектурной мысли вообще можно было применить к здешним постройкам, – он наверняка четко представлял себе, что в этих стенах будут томиться души, которых едва ли можно счесть подданными Империума. Предвзятое отношение к заключенным, которым суждено было гнить на этой планете под унылыми небесами, читалось в каждой детали построек.
«Очерненный», «Громовой ястреб» Повелителей Ночи, пронесся по безжизненному небу. Когда боевой транспорт перешел с орбитального на атмосферный полет, пилот отрегулировал выходную тягу двигателя.
– Приближаемся, – оповестил Септим, отпуская один из семи рычагов, отвечавших за управление тягой корабля. Сидя в поскрипывавшем кресле, рассчитанном, по всей видимости, для более крупного пилота, он щелкал по целому полю переключателей и смотрел на ярко-зеленый гололитический дисплей, показывавший картинку ландшафта внизу – данные обновлялись каждые несколько секунд по сигналам ауспекса. Высота сокращалась постепенно, скорость падала, и он произнес, не отрывая глаз от дисплея консоли: – Тюремный шпиль Дельта-два, это VIII Легион, «Громовой ястреб» «Очерненный». Мы заходим с юга. Ответьте.
На его попытки установить контакт ответили молчанием.
– Что теперь? – спросил он, обернувшись.
Талос, в полном боевом облачении стоявший позади трона пилота, покачал головой.
– Не утруждайся повторять. Черный Легион известен тем, что не тратит сил на возрождение инфраструктуры завоеванных миров.
– А мы? – встрял Сайрион, проводивший последнюю проверку своего священного болтера.
Талос не повернулся к брату. В просторной кабине хватило места всем членам Первого Когтя; они стояли за тронами первого и второго пилотов, где сейчас сидели Септим и Эвридика, и Талос всматривался в красную дымку рассеивавшегося тумана за лобовым стеклом. Они приближались к намеченной цели.
– Мы не завоевываем миры, – ответил он. – У нас другая специализация, равно как и цель, которую мы преследуем.
Воздержавшись от участия в спорах Астартес, Септим подождал, пока не удостоверился, что они больше ничего не собираются говорить, и оповестил: – Пять минут, господин. Я посажу нас на верхней посадочной площадке шпиля.
– Ты совершенствуешься в искусстве полета, раб. – Ксарл шагнул вперед и положил руку на спинку трона, на котором сидел Септим. Это не был жест ободрения, отнюдь. Септим видел отражения полубогов на поверхности обзорного стекла. Все они были без шлемов: суровый и красивый Талос; усталый Сайрион с застывшей на лице полуулыбкой; горько усмехающийся Ксарл; Узас, облизывающий зубы и уставившийся в никуда.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Ловец Душ (Книга, Аарон Дембски-Боуден, Повелители Ночи)
Страница 4 из 11«1234561011»
Поиск: