Поддержка
rusfox07
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 7 из 13«12567891213»
Модератор форума: Терминатор 
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Легенды Ереси (Ересь Хоруса)
Легенды Ереси
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:50 | Сообщение # 91



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— И о чем же она будет? — Капитан не смог сдержать любопытства, хотя и чувствовал, что опасно близко подходит к черте дозволенного.

— Кое о чем очень важном, — с дразнящими интонациями в голосе ответил Уризен.

Когда они вышли на верхний ярус, Кор Фаэрон опустился на одно колено перед своим господином и примархом. Когда же первый капитан распрямился, в его глазах можно было увидеть яростное пламя фанатизма. Облизнув губы, терминатор посмотрел на старого жреца, преодолевавшего лестницу при поддержке заботливого и предупредительного Эреба.

— Повелитель… — произнес Сор Талгрон и почувствовал, что во рту у него пересохло. Он спиной ощущал на себе взгляд священника, но старался не обращать на того внимания. — Скажите, неужели мы приговорим всех этих людей к смерти… только лишь потому, что они слишком долго были отрезаны от Терры?

После этих слов на некоторое время воцарилась мертвая тишина, которую наконец осмелился нарушить Кор Фаэрон:

— Невежество не оправдывает богохульства, брат.

Лоргар бросил ледяной взгляд на первого капитана, и тот попятился, опуская глаза и заметно бледнея.

Тогда примарх приобнял Сора Талгрона за плечи и отвел в сторонку. Стоя настолько близко к своему повелителю, капитан ощутил пьянящий аромат дорогих масел и ладана.

— Порой, — с искренней скорбью в голосе произнес Лоргар, — нам приходится что-то приносить в жертву.

Он заставил капитана обернуться. Старый священник продолжал смотреть на них с ужасом. Краем глаза Сор Талгрон заметил, как примарх едва заметно кивнул.

В руке Эреба внезапно возник кинжал с изогнутым клинком. Сор Талгрон закричал, но Лоргар надежно удерживал его за плечи, и капитан штурмовиков никак не мог помешать лезвию погрузиться в шею старика.

Все еще удерживая свою жертву одной рукой, Эреб выдернул нож, и из раны ударил алый фонтан. Горячая артериальная кровь залила освященные доспехи, окрашивая их в темно-красный цвет.

Омочив палец в кровавом гейзере, Эреб быстро начертал на лбу умирающего иерарха восьмиконечную звезду — символ, значения которого Сор Талгрон еще не знал. Затем первый капеллан отбросил труп в сторону, позволив скатиться по той же лестнице, по которой сам же только что помогал подниматься старику. Тело подскакивало и переворачивалось, ударяясь о ступени. Наконец, изломанной и безжизненной марионеткой с неестественно раскинутыми ногами и руками, оно остановилось, прокатившись лишь половину пути, и под ним начала расплываться лужа крови.

Не успели перепуганные жители Сорок Семь — Шестнадцать что-либо предпринять, как Первая рота открыла огонь. В грохоте выстрелов потонули вопли несчастных жертв. Терминаторы методично и хладнокровно расстреливали из болтеров и автопушек безоружных мужчин, женщин и детей. Тяжелые огнеметы поливали плотную толпу потоками жидкого пламени.

Израсходовав боеприпасы, терминаторы столь же спокойно перезаряжали оружие, вгоняя на место полные магазины, заменяя барабаны с крупнокалиберными патронами, заправляли в пулеметы свежие ленты и подключали новые прометиевые баки. И продолжали стрелять дальше.

— Скажи, Сор Талгрон, ты доверяешь мне? — спросил Лоргар, и его дыхание обожгло лицо капитана.

Шокированный и устрашенный происходящей на его глазах бойней, командир штурмовиков не нашелся с ответом.

— Ты веришь мне? — более жестко повторил Уризен, и в голосе его прозвучал такой переизбыток чувств, что ноги Сора Талгрона начали подкашиваться.

Наконец капитан Тридцать четвертой роты нашел в себе силы посмотреть в бесстрастное золотое лицо примарха, его повелителя и наставника. И осторожно кивнул.

— Тогда поверь, когда я скажу, что это было необходимо. — В интонациях Лоргара сквозил с трудом сдерживаемый праведный гнев. — Вот к чему нас привел Император в своей мудрости, — продолжал примарх. — Вот Его воля. Вот Его милость. И теперь кровь невинных на Его руках.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:51 | Сообщение # 92



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Оглушительная пальба начала стихать. Кор Фаэрон отдал отрывистый приказ, и терминаторы Первой роты пошли по рядам, осматривая тела и добивая тех, кому каким-то чудом удалось уцелеть под шквальным огнем.

— Мне необходимо знать, кому я могу доверять, — произнес Лоргар, и в его словах звучало такое беспокойство, что капитан впервые в жизни испытал страх — подлинный страх, — которого не должен был знать воин Астартес. — Мне надо знать, кто из моих людей последует за мной туда, куда мне придется отправиться. Скажи, Несущий Слово, на тебя можно положиться?

— Конечно… — прошептал Сор Талгрон, голос его звучал сухо и хрипло.

— Последуешь ли за мной в адское пекло, если я попрошу об этом? — спросил Лоргар.

Сор Талгрон некоторое время не отвечал, но затем медленно кивнул.

Уризен внимательно рассматривал своего капитана, и душа того затрепетала под этим пронзительным взглядом. Сор Талгрон был практически уверен, что примарх намеревается убить его прямо здесь и сейчас.

— Прошу вас, повелитель, — прохрипел командир штурмовиков. — Я готов следовать за вами. Клянусь. Невзирая ни на что.

Неожиданно ярость исчезла из глаз Лоргара, растворившись, будто ее и не было. «И с чего я взял, что Уризен может желать моей смерти?» — подумал Сор Талгрон. Он даже чуть не рассмеялся вслух, настолько нелепой казалась сейчас эта мысль.

— Ты спрашивал, над каким трудом я работаю сейчас, — беспечным, обыденным голосом произнес примарх. — Пока что я называю его «Книгой Лоргара».

Повелитель Несущих Слово отпустил Сора Талгрона. Золотые губы изогнулись в улыбке, и капитан Тридцать четвертой роты почувствовал, что на сердце у него стало легче.

Лоргар же тихо засмеялся.

— Понимаю, звучит немного высокомерно, — сказал он. — И все же мне хотелось бы, чтобы ты прочел ее.

Затем примарх посмотрел капитану прямо в лицо, и глаза Миропомазанника сияли огнем.

— Скажи, Сор Талгрон, что помнишь ты о древних верованиях Колхиды?
Джеймс Сваллоу
ГОЛОС

В безмолвии остается место лишь правде.

Но как прийти к нему? Задача не из простых. Для начала придется спросить себя, где вы можете найти достаточно спокойное место? Где вас ожидает царство абсолютной, ничем не нарушаемой тишины?

Вопрос этот в первый же день задавался каждому из новобранцев, но мало кому из них доставало мудрости, чтобы высказать хотя бы более-менее близкую к верному ответу догадку.

Большинство оказавшихся на борту громадного, выкрашенного в эбонитовый цвет корабля устремляли свой взгляд к усеянной звездами темноте за порталами иллюминаторов. «Вон там, — говорили они. — Тишина пребывает в этой лишенной воздуха мгле». Ведь раз там нет атмосферы, необходимой для распространения звука, стало быть, там никогда не раздастся ни речь, ни песня, ни крик. Вакуум молчит, полагали они.

И их поправляли. Ведь даже там, где нет атмосферы, довольно шумно — там царство хаоса. Пускай неаугментированные люди не могли этого слышать, но там все гудело от космической радиации и скрежета «шестеренок» вращающейся и стареющей Галактики. Даже у самой темноты есть звук, просто у нас нет таких ушей, чтобы его услышать.

Так спросим же снова: где то самое тихое место?

— Здесь, — лишенным эмоций голосом едва слышно прошептала Лейлани Моллита. — Тишина здесь, внутри меня.

Женщина прижала руки к груди, и ее распрямленные ладони и перекрещенные большие пальцы сложились в великую аквилу. В глубине своего сознания, за закрытыми глазами и грохотом мчащейся по венам крови, послушница Сестер Безмолвия пыталась найти подлинную тишину.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:51 | Сообщение # 93



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Бледное симпатичное лицо Лейлани раздраженно скривилось. Ей опять не удалось. Эта мысль еще не успела оформиться, как женщина поняла, что возможность уже упущена. Волшебные объятия внутреннего спокойствия распались, едва слова сорвались с ее губ.

В гулкой тишине святилища ее шепот прозвучал подобно грохоту гигантской волны, разбившейся о берег, и Лейлани почувствовала, что щеки ее слегка покраснели. Злясь на саму себя, она открыла глаза и заморгала.

Наставница стояла чуть в стороне, наблюдая за своей ученицей с неизменным сосредоточенным выражением, которое, казалось, никогда не сходило с ее лица. Она чуть повела головой, и единственная прядь иссиня-черных волос на выбритой голове, собранная в тугой пучок, легла на плечо золотой боевой брони. Под гибкими доспехами ее ноги были дополнительно защищены высокими армированными красными сапогами, а руки — перчатками из прочной кожи. Рукава были собраны из стальных пластин, а кольчужные штаны сплетены из мелких колец, так что напоминали змеиную кожу. Поверх брони был надет табард, но оружие, шлем и роскошный, отороченный мехом боевой плащ отсутствовали.

Амендера Кендел из Штурмового Кинжала, Рыцарь Забвения и Сестра Безмолвия, стояла, не произнося ни звука. Во взгляде ее янтарных глаз читалась забота воспитателя о подающей надежды ученице.

Лейлани постаралась подавить свое изумление. Ей-то казалось, что в зале для медитаций Черного Корабля нет никого, кроме нее; она даже не подозревала о присутствии кого-то еще. Девушка понятия не имела, как долго Кендел уже стоит рядом, наблюдая за тем, как ее воспитанница ищет, но так и не находит своего внутреннего фокуса. В отличие от Рыцаря Забвения молодая сестра была облачена лишь в кольчужную рубашку и легкую накидку с капюшоном, какую носили все послушники, еще не успевшие дать присягу. Лейлани вскинула обнаженные руки и начала отчаянно жестикулировать, но наставница остановила ее, едва заметно покачав головой. Затем Кендел коснулась подбородка кончиками двух пальцев. «Словами», — говорил этот знак.

Губы послушницы сжались. Она отчаянно мечтала о том дне, когда ни единого слова более не сорвется с них, но ей только что ясно дали понять, что это случится не сегодня. И чувства, всколыхнувшие ее при этом, заставили девушку осознать, что до принесения Клятвы Безмятежности ей еще очень далеко.

— Сестра Амендера, — заговорила она, и ее шепот, сколь бы тихим он ни был, прокатился эхом по всему необъятному залу Санктум Афонориум, — чем могу вам служить?

Ладонь Кендел легла на пояс из алой кожи, и пальцы наставницы затеребили его; прослужив уже несколько месяцев в качестве адъютанта Рыцаря Забвения, Лейлани хорошо знала этот жест. Наставница собиралась с мыслями, выстраивая их в стройные ряды так же, как готовила к бою своих Охотниц на ведьм. Послушница была готова поверить, что Амендера за всю жизнь не приняла ни единого необдуманного решения.

«Тебя продолжают мучить сомнения». Рыцарь изъяснялась на мыслезнаке, одном из языков жестов, используемых Сестрами Безмолвия. Обладая не очень объемистым словарем, он был весьма изящен, позволял работать с наиболее запутанными и важными логическими построениями и был куда более утонченным, нежели размашистый, резкий боезнак — командный язык, применяемый Сестрами во время военных действий. Очень многие жестикуляции Кендел просто невозможно было бы перевести на имперский готик. В мыслезнаке использовались такие смысловые оттенки, что их не смог бы передать ни один другой человеческий диалект, и, вынужденная отвечать голосом, Лейлани ощущала себя калекой.

— Вы правы, — признала она. — Мне трудно смириться с теми новостями, что приходят с внешней границы.

Слова торопливо срывались с ее губ и разносились тихим эхом вдоль изгиба стальных стен зала для медитаций. Послушница почувствовала себя еще более неловко оттого, что разговаривала вслух в этом священном месте. «Аэрия Глорис», как и все прочие суда, составлявшие флот Дивизио Астра Телепатика, был оборудован афонориями — просторными помещениями, где были установлены машины, подавляющие посторонние звуки и создающие некое подобие абсолютной тишины. И нарушение ее казалось неприличным, святотатственным, но сестра Амендера, видимо, даже не собиралась препроводить свою ученицу в соседнюю комнату, скрытую за черным занавесом, богато украшенным золотой вышивкой.

Не было ли это таким же испытанием, как и тот ритуальный вопрос? Вполне вероятно. Когда Лейлани оказалась под началом Кендел, та ясно дала понять, что возлагает большие надежды на свою юную ученицу, и уже не в первый раз послушница гадала, найдет ли в ней Амендера то, чего ожидает.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:51 | Сообщение # 94



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


— То, чему мы стали свидетелями в Цитадели Сомнус, — продолжала Лейлани, — этот… это существо, которое привез «Эйзенштейн» с Исстваана. — Послушница покачала головой, вспомнив о мутировавшем Астартес, начавшем волнения в орбитальной цитадели Сестринства; этот человек стал непостижимой, отвратительной карикатурой на прежнего верного воина Императора. — Госпожа, я постоянно думаю о нем, и из-за этого мне становится трудно сосредоточиться на работе. — Она опустила взгляд к стальной палубе. — Все эти слухи о предателях, о Ереси. И Хорус…

Имя Воителя, слетевшее с ее губ, казалось, прозвучало громче выстрела. Прервавшись на полуслове, послушница вновь посмотрела на наставницу.

Кендел кивнула.

«Нам всем очень трудно принять весть о его предательстве. И я бы солгала, если бы сказала, что хоть кто-то из Сестер остался безразличен к этой ужасной двуличности».

— Случившееся украло мой покой, — призналась Лейлани. — Все время думаю о тех замечательных людях, о благородных Астартес, с которыми столь часто сражались бок о бок… и тут вдруг узнаю о чудовищной лжи, просочившейся в их ряды… — Девушка поежилась. — Астартес и примархи, можно сказать, приходятся родней самому Императору Человечества, и если уж их терзают подобные разногласия, то… — У сестры-послушницы пересохло во рту, когда она набиралась смелости закончить фразу. — Госпожа, что если этот кошмар уже постиг и Сестринство?

Наставница отвела взгляд.

«Я прежде об этом не упоминала, — жестикулировала она, — но мне как-то раз довелось повстречаться с ним, с Воителем. Он именно таков, каким его описывают. И если он и в самом деле отверг власть Терры, то будет сражаться, пока остается с кем воевать или пока его не настигнет кара».

Столь открытое признание наставницы странным образом успокоило мысли Лейлани. На службе Сестрам Безмолвия ей пришлось повидать всякое: псайкеров, сходивших с ума из-за прикосновения к тайнам кипящего безумием варпа, людей, чьи тела и разум изменялись до неузнаваемости, и существа, скорее мертвые, нежели живые, обладающие инфернальной психической силой, — но все это были враги, чьи мотивы можно было понять и с чьим существованием как-то удавалось примириться. Но предатели? Чем можно было объяснить их действия? Они жили в величайшую эру в истории Человечества, Галактика легла к их ногам, Великий Крестовый Поход ничто не могло остановить, так почему же столь высокопоставленный деятель, как Воитель Хорус, вздумал разрушить дело Императора, когда триумф был уже близок?

«Кто знает?» — ответила сестра Амендера.

Сестра-послушница покраснела, услышав отголоски эха и осознав, что последнюю мысль произнесла вслух.

Тихий шелест роскошного шелкового занавеса привлек их внимание, и они увидели, как в зал входит Пустая Дева — сестра Фессалия Нортор. Суровое, испещренное шрамами лицо ее было мрачным, и она явно слышала произнесенное послушницей, поскольку отрывисто ответила на боезнаке:

«Казнить Воителя. Предатель. Тогда статус восстания: Ослаблен/В Нарушенном Состоянии. Мятеж будет Прекращен прежде, чем Разрастется/Нанесет Заметный Ущерб».

Нортор бросила на Лейлани тяжелый взгляд, в котором читался явный упрек. Вторая по чину в Штурмовом Кинжале, она нисколько не скрывала своей ненависти к мятежникам Воителя. Ее дыхание с тихим хрипом вырывалось из встроенных в гортань механизмов; там, где у Кендел и Лейлани шею покрывала здоровая кожа, у Пустой Девы блестела металлом аугметика. Вставка из полированной серебристой стали заменяла кусок плоти, утраченный в бою с йоргалли в недрах одного из их «бутылочных миров». Биологи Сестринства заменили протезами не только шею, но и легкие Фессалии. Порой Лейлани даже завидовала ей, ведь Нортор не позволила заменить искусственными аналогами свои голосовые связки, разрушенные кислотной атмосферой, которой дышали ксеносы. Эта женщина стала настолько «молчаливой» Сестрой, насколько только возможно.

— Остается только надеяться, что Воитель осознает всю ошибочность своего выбора, — произнесла Лейлани, но, не успев договорить, поняла, насколько глупа и маловероятна эта надежда.

«Он обязан остановиться. — Нортор сумела немного обуздать свой гнев и перешла на более внятный мыслезнак. — Восстать против Императора? Это же верх безумия! Единственное, чем можно объяснить эту выходку, — банальная зависть к величию его Отца. — Пустая Дева покачала головой. — Или же он и в самом деле сошел с ума».
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:52 | Сообщение # 95



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


В словах Фессалии Лейлани услышала отзвук все тех же мыслей, что давно уже гуляли по Сестринству. Одновременно с новостями о восстании стали поступать слухи и о других странных событиях. Приходили известия о стремительном увеличении числа сектантов, поклонявшихся лидеру Человечества. Это казалось совершенно немыслимым; нельзя же молиться тому, кто избрал светский путь развития для своего народа! Но так называемый «Лектицио Дивинитатус» раз за разом всплывал в самых неожиданных местах. Если сказать по правде, послушница находила это учение столь же неприемлемым, сколь и предательство Хоруса. Но хотя Император и не был богом, он был столь могуществен и великолепен, что ошибка тех, кто склонялся перед ним в религиозном восторге, казалась довольно незначительной. С другой стороны, подобные заблуждения простительны для невежественных обитателей отсталых планет, но никак не для образованных граждан Империума.

Обратив внимание на то, что ее заместительница до побеления суставов сжимает планшет, сестра Амендера вопросительно посмотрела на Фессалию. Та едва заметно кивнула и протянула устройство начальнице. Лейлани догадывалась, что именно там содержится, — обновленные указания, поступившие от верховного стратума Сестринства, базирующегося на Луне, полученные напрямую от высших чинов Департаменто Инвестигатес.

Точные характеристики и местоположение Черных Кораблей, а также назначенные им цели были известны лишь горстке избранных, дослужившихся до высших чинов Сестер Безмолвия, верховным лордам Терры да самому Императору, хотя тайны из основных их задач и не делалось. Численность Черных Кораблей, выполняющих поручения по всей Галактике, не разглашалась; с уверенностью можно было сказать лишь одно: рано или поздно, но каждый из миров однажды увидит их в своем небе, готовых принять назначенный груз. Свою дань они взимали не сокровищами, не товарами… Все они — и «Аэрия Глорис» в том числе — были не только военными кораблями, но также и лечебницами, приютом для тех граждан, кого коснулась печать псайкерства. Каждый из миров, принявших свет Императора, был обязан выдавать любого, кто обладал должным психическим потенциалом, вне зависимости от того, успел тот проявиться или продолжал дремать; те же, кто отказывался сдаться добровольно, кто пытался бежать из раскинутых сетей, становились целью, жертвами Черных Кораблей и Сестер.

Псайкеры всех мастей и способностей загонялись в темные трюмы палуб-темниц, где их подвергали тщательным проверкам. Очень многие, не сумев выдержать всех испытаний, умирали под строгими взглядами Надзирателей и Исполнителей. Были и другие, кому просто нельзя было позволить оставаться в живых: либо они оказывались слишком опасны, либо их рассудок был чрезмерно извращен варпом. Прах их кремированных тел отправлялся к ближайшей звезде.

Те, кто оказывался достаточно крепок, чтобы выжить, и достаточно умен, чтобы покориться воле Империума, являли собой счастливое меньшинство. В дальнейшем их ожидали куда более тяжкие испытания в стальных чертогах Города Видений на самой Терре, где располагался также и штаб Дивизио Астра Телепатика. Там псайкерам предстояло сделать первые шаги на пути к ритуальному усмирению души и вхождению в хор астропатов.

Охота на псайкеров и их охрана представляли собой столь непростую задачу, что с ней не сумел бы управиться ни один обычный человек. По правде сказать, любая попытка набрать экипаж Черного Корабля из простых солдат Имперской Армии или даже великих Астартес привела бы к катастрофе. Некоторые псайкеры обладали силой извращать и подчинять своей власти сознания других людей. Нередко пси-колдуны могли затуманить вам мысли, обрести контроль над вашим телом, просто пожелав этого. Среднестатистического человека запросто можно было заставить открыть двери камер, причем так, что он и не заподозрит, насколько ужасен его поступок, и никогда в жизни не узнает, что освободил чудовище. В то же время этот тяжкий труд нельзя было доверить и безмозглым сервиторам. Только Сестры Безмолвия, обладающие даром Тишины, были достаточно сильны, чтобы контролировать псайкеров. Это становилось возможным благодаря их абсолютной преданности Императору, в жертву своему долгу они приносили все: каждый удар своего сердца, каждую каплю своей крови. И знаком их служения была клятва вечного молчания.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:52 | Сообщение # 96



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Сестры становились подлинным ядом для ведьм. Случайные мутации человеческого генома приводили к тому, что один из миллиона рождался с псайкерскими способностями, но лишь один из миллиарда обретал драгоценный дар парии — Неприкасаемого. К их появлению привела холодная логика эволюции. Раз уж существовали колдуны, обладающие практически безграничными возможностями, обязательно должны были родиться те, кто находился на другом краю генетического спектра, — те, чьи ментальные силы являли собой полную противоположность дарам варпа, те, простого присутствия которых хватало, чтобы погасить даже самый яростный псайкерский пожар. Все Сестры были такими Неприкасаемыми, пси-пустыми, надежно защищенными от колдовства ведьм, на которых они вели охоту. Иммунные к ментальным атакам, они одной своей аурой ошеломляли и разоружали своих жертв, и не найти такого воина, кто лучше бы справился с этой задачей.

Но, несмотря на все это, ничего сверхчеловеческого в них не было. Они много и тяжело тренировались, чтобы заслужить право сражаться бок о бок с элитными воинами Империума, и, конечно же, сами были уважаемыми, достойными, но все-таки — людьми. И, так же как все, были обременены обычными людскими сомнениями и страхами.

Амендера Кендел размышляла, взвешивая пикт-планшет в ладони и наблюдая за сестрой-послушницей, на лице которой читалась буря эмоций. Рыцарю не требовались телепатические способности, чтобы знать, о чем думает Лейлани. Удушливый кошмар восстания Хоруса навис над миром черным саваном, заслонившим от них свет. Каждая Сестра на борту корабля, признавалась она в том или нет, в минуты покоя раз за разом возвращалась мыслями к этому невероятному происшествию. Покой, царивший на «Аэрия Глорис», способствовал погружениям в думы, ведь разум не приемлет неподвижности и всякую пустоту замещает размышлениями и фантазиями, которые, если их вовремя не усмирить, могут выйти из-под контроля. В обычные дни, чтобы справиться с этой проблемой, хватало поддерживавшейся в Сестринстве стальной дисциплины и выполнения служебных обязанностей, но вся эта история с предательством Воителя… с Ересью… Тяжелые мысли врывались в умы людей подобно дикому когтистому хищнику, сметающему любые преграды на своем пути.

Кендел сделала над собой усилие и, отбросив все постороннее, взглянула на пикт-планшет. Тот был помечен личной печатью Целии Гарроды, Охотницы на ведьм, Сестры-Спутницы, а чуть выше красовался знак Сестры-Командора Дженеции Кроул. Амендера облизала внезапно пересохшие губы. Кроул, командир Хищной Стражи и один из военных советников самого Императора, занимала самый высокий статус среди всех живущих Сестер. И ее подпись на планшете с указаниями недвусмысленно указывала на всю серьезность ситуации.

Рыцарь стянула с руки перчатку и прикоснулась к сенсорной панели, позволив игле анализатора уколоть палец. Спустя мгновение кровяной замок распознал ее ДНК и бессмысленная мешанина знаков на экране была расшифрована, сменившись описанием задачи.

На первых страницах повторялось все то же самое, что Кендел успела услышать во время вступительного совещания на станции «Евангелион». «Аэрия Глорис» предписывалось покинуть привычный маршрут и совершить варп-прыжок к ближайшей орбитальной платформе, чтобы как можно быстрее пополнить припасы и отправиться в полет к сектору Опалун. Черный Корабль совсем недавно вышел в рейс, и его тюремные палубы были практически пусты; Кендел догадывалась, что именно это и послужило причиной выбора для срочного задания «Аэрия Глорис», но предпочитала держать подобные мысли при себе.

Полученные приказы были обманчиво просты и прямолинейны. Один из старейших и самых крупных кораблей Сестринства — «Валидус» трижды не вышел на связь в положенное время и теперь официально числился пропавшим без вести. В отличие от «Аэрия Глорис» он уже завершал облет, и его палубы были переполнены многочисленными телепатами, пирокинетиками, кинетиками, сновидцами и колдунами всех мастей. Он должен был выйти на орбиту Луны еще месяц назад. Приказ Старшей Сестры Гарроды был выражен простым, резким боезнаком:

«Поручение/Задание. Искать-обнаружить-оценить. Установить причину аномалии. Вернуть, если возможно».

За этими словами скрывалось множество вопросов. И прежде случалось так, что пропадал Черный Корабль. Какой бы боевой мощью и продвинутыми маскирующими технологиями они ни обладали, звездолеты Астра Телепатики все-таки не были неуязвимы. По ряду причин они практически всегда путешествовали в одиночку и могли погибнуть, став жертвой враждебной флотилии или же угодив в космическую аномалию. Кендел вспомнила «Гонор Галтис», уничтоженный засадой эльдарских пиратов, «Белое Солнце», сгинувший в варп-шторме, и многие другие корабли.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:53 | Сообщение # 97



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


К сожалению, воображение подсказывало и худший из всех возможных вариантов — побег заключенных. В тюрьме, где содержатся колдуны, это становится сущим кошмаром. Поэтому в приказ Гарроды и была включена фраза, позволяющая Кендел при необходимости сделать этот рейс «Валидуса» последним.

Сейчас «Аэрия Глорис» находился буквально в нескольких часах полета от того места, откуда пропавший корабль последний раз выходил на связь, и с каждой секундой в душе сестры Амендеры росло беспокойство. Хуже всего было понимать, что вызвано оно не только пропажей «Валидуса», но и личными тревогами. Кендел даже почувствовала себя слегка виноватой перед своей воспитанницей. Сестра-послушница Лейлани, конечно, позволила страху перед мятежом Воителя слишком сильно овладеть ее сознанием, что не могло не сказаться на качестве ее медитаций, но ведь мысли самой Амендеры, если быть честной, были сейчас заняты куда менее значимыми делами.

«Валидус» шел под флагом Рыцаря Забвения, сестры Имрилии Геркаази, которую Кендел не назвала бы человеком посторонним. Более того, они познакомились еще в детстве, в железных коридорах Черного Корабля, такого же, как и этот, и одновременно стали кандидатами в Сестры Безмолвия. Обе были уроженками планет Предела Белладонны, и в годы учебы их объединяло смутное чувство землячества, но со временем, когда они обрели статус Сестер, былая дружба забылась. И вот по прошествии нескольких лет они стали непримиримыми соперницами, лелеющими свою неприязнь. Амендера приглушила воспоминания о причине этой вражды, оставив их кипеть и бурлить за границами сознания. Подобные размышления только помешали бы сосредоточиться на задаче.

Сестре Кендел было любопытно, знала ли Охотница на ведьм Гаррода об этом конфликте? Вполне возможно, ведь мало что могло ускользнуть от внимательного взгляда сестры Целии. Также существовала вероятность, что подобным образом Амендеру собирались проверить. Она прекрасно понимала, что находится под неусыпным наблюдением после происшествия в Цитадели Сомнус и того случая с отступником из Гвардии Смерти, Натаниэлем Гарро. Вот только не могла пока сказать, к чему все это приведет.

Неожиданно она почувствовала на себе пристальные взгляды своей заместительницы и послушницы, ожидавшей указаний. Кивнув, Кендел продолжила перелистывать страницы на пикт-планшете.

«Ничего такого, о чем бы нам не говорилось раньше, — свободной рукой показала она. — Отчеты о грузе и предыдущих заходах в порты. Оценка текущего состояния оружия и основных систем…»

Она осеклась. Среди прочих многочисленных голосовых сообщений, отправленных астропатами «Валидуса», было одно особенное, выделяющееся. Служебная информация, включающая, например, позывные Черного Корабля, полностью отсутствовала; обычно заголовок сообщений, передаваемых между кораблями, содержал массу дополнительных ключей и кодов. Но не в этом случае. Послание было отправлено открыто, без предварительного шифрования. В пространство.

Кендел коснулась кнопки «проиграть», и планшет воспроизвел сообщение. В тишине Афонориума раздавшийся голос прозвучал подобно крику.

Женщина, отправившая это послание, выговаривала звуки хрипло, со странным акцентом, точно давно уже забыла, как это делается, и теперь отчаянно пыталась научиться снова. Точнее, она раз за разом произносила одно-единственное слово. Всего одно, но в нем звучал такой ужас, что сестра Амендера почувствовала, как ее ладони непроизвольно сжимаются в кулаки. Нортор и Моллита же слушали, затаив дыхание.

— Голос, — произнесла женщина. — Голос… — И вновь, срываясь на визгливый крик: — Голос!

— Что это может значить? — Послушница моргнула и мрачно покосилась на пикт-планшет. — Похоже, это была Сестра, но она говорила… говорила вслух.

Пустая Дева, стоявшая рядом, медленно кивнула. Обычно, связываясь с кем-то, кто находился вне зоны видимости, Сестры Безмолвия использовали древний, пригодный для машинной передачи вариант мыслезнака, известный как код Орсе и представлявший собой последовательности щелчков, для необученных ушей звучавший подобно скрежету несмазанных шестеренок. Но эта женщина, наверняка входившая в свиту Геркаази, мало того что не прибегла к его помощи, но и бездумно нарушила Клятву Безмятежности — зловещее предзнаменование.

«Корабль не выходил из Эмпиреев, — произнесла Фессалия. — Нам остается только догадываться, с чем они столкнулись в варпе».
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:53 | Сообщение # 98



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


По коже Амендеры пробежал холодок, какой бывает летним днем, когда жаркое солнце неожиданно скроется за тучей. Ей вспомнились смрад смерти и разложения, наполнявший коридоры Цитадели Сомнус, и облепленный мухами, похожий на гигантское насекомое гуманоид, несущий гибель и хаос с каждым шагом своих когтистых лап.

Ей не требовалось пустых фантазий, чтобы представить себе ужасы варпа. Она уже видела, как они проникают в реальный мир.

Беснующийся кровавый океан безумия, волны безымянных, немыслимых расцветок, завывающие ураганы чистых эмоций — вокруг «Аэрия Глорис», приближавшегося к «Валидусу», свирепствовали кошмары Имматериума. Населявшие варп несметные полчища тварей кричали и выли, силясь пробить энергетический пузырь поля Геллера, и скребли когтями по Черному Кораблю, осмелившемуся проникнуть в реальность подлинной психической стихии. Даже всех Сестер, находившихся сейчас на борту, не хватило бы, чтобы сдержать ее мощь. Не обладай «Аэрия Глорис» защитным барьером, его мгновенно уничтожили бы.

«Валидус» дрейфовал и практически не подавал признаков жизни, если не считать тусклого изумрудного свечения эмиттерных катушек варп-двигателей. На потерявшемся корабле все еще работали реакторы, питавшие его энергией, но при этом он не предпринимал никаких попыток развернуться и сблизиться с «Аэрия Глорис» — не выходил на связь ни по воксу, ни при помощи узконаправленного лазера. Живой и в то же время мертвый «Валидус» безмятежно парил в окружающем хаосе.

Встреться два корабля в реальном пространстве, можно было бы отправить разведывательную группу, в то время как «Аэрия Глорис» остался бы в отдалении и мог задействовать пушки и торпеды, если бы выяснилось, что «Валидус» представляет угрозу и должен быть уничтожен. Но здесь, среди ревущих Эмпиреев, следовать подобным протоколам не представлялось возможным. Тут требовался более деликатный подход.

Соблюдая предельную осторожность, команда капитанского мостика подводила «Аэрия Глорис» все ближе и ближе к «Валидусу», пока их мерцающие призрачные поля Геллера не коснулись друг друга. По пучкам золотых проводов и механодендритов от специальным образом настроенных когитаторов побежали указания многочисленным сервиторам, вычислявшим энергетические спектры второго корабля. В течение нескольких напряженных минут происходила синхронизация полей. Подобно тому как два пузырька встречаются на поверхности пруда, защитные барьеры соприкоснулись, выгнулись и наконец объединились. Это был весьма сложный маневр, но экипажи Черных Кораблей набирались из самых лучших и породистых мыслящих рабов. Сейчас от них требовалась максимальная сосредоточенность, чтобы поддерживать слияние, — малейшая ошибка могла привести к разрушению энергетических сфер, оставив людей беззащитными перед океаном безумия.

Как ни странно, «Валидус» просто безмятежно дрейфовал, словно плыл в спокойных водах. Закаленные ветераны из рабов тихо шептались, полагая это обстоятельство дурным знаком, а те, кто думал, что их не видят Сестры, даже опускались на колени и возносили молитвы Терре и Императору.

Варп был постоянен только в одном — в своем бешенстве. Но тут, в этом месте, среди грохота и бурь, царило удивительное спокойствие; если представить Эмпиреи как простой планетарный океан, то можно было бы сказать, что здесь не было ни малейшего дуновения ветерка, полный штиль и ничем не нарушаемая водная гладь, пролегшая от горизонта до горизонта. Теперь представим себе капитана, никогда прежде ничего подобного не видевшего, и команду, которая, как и все моряки со времен деревянных парусных кораблей, страшившуюся всего неизвестного.

На нижних палубах «Аэрия Глорис» энергия наполнила жизнью механизмы, способные пронзить пространственно-временной континуум, и телепортационная площадка окуталась ярким светом. Сестры, стоявшие на ней, замерцали, подобно миражам, и исчезли.

Едва угасло свечение, сопровождавшее переход, сестра Амендера указующе взмахнула обнаженным мечом. Справа от нее стояла Лейлани, в одной руке сжимавшая болт-пистолет, а в другой — ауспик, всецело сосредоточившаяся на показаниях тихо попискивающего устройства.

Слева от Кендел уже отдавала отрывистые приказания сестра Фессалия, и ее руки отбрасывали причудливые тени на трех Сестер-Вигиляторов.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:54 | Сообщение # 99



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Амендера неосознанно коснулась лба и рассеянно пробежала пальцами по красной татуировке в виде аквилы. Она осторожно вдохнула местный воздух и внимательно осмотрела широкий коридор с низким потолком, где они только что появились. Рыцарь ожидала, что на «Валидусе» будет холодно, а может быть, и атмосфера окажется разреженной из-за вышедших из строя систем жизнеобеспечения и близости к внешней обшивке, — Кендел осознанно настроила телепортационный сервитор так, чтобы тот не стал перемещать их в центр потерявшегося корабля, поскольку риск промахнуться серьезно увеличивался с расстоянием. Но воздух оказался теплым и сухим, как в пустыне сразу после заката. Кроме того, он был еще и удивительно неподвижен, и пыль словно плыла в какой-то прозрачной, едва текущей жидкости.

Кендел шагнула вперед, занося меч, и сделала несколько коротких, пробных взмахов. Несмотря на странное чувство неправильности, ничего необычного она не находила. Гравитация была вполне нормальной, и в коридоре пахло… нет, никаких непривычных ароматов тоже не было.

— Фиксирую тепловой след, — удивительно невыразительным тоном произнесла Лейлани, указывая в дальний конец коридора.

Там, в тусклом зеленоватом свете настенных ламп, можно было разглядеть очертания квадратных ящиков, сваренных из обрезков труб и стальной проволоки.

«Клетки», — показала сестра Нортор жестами.

Рыцарь Забвения кивнула и направилась вперед. Но не успела она сделать и двух шагов, как ее заставил обернуться тревожный вздох. Одна из Сестер-Вигиляторов стояла возле железного опорного столба, протянув к Амендере сжатую в кулак руку. В свете люминосфер было видно, как сквозь пальцы сыплется струйкой металлический песок. Вигилятор показала то место, где дотронулась до колонны. Ее прикосновение оставило глубокую вмятину. Железо рассыпалось в мельчайший порошок при самом ничтожном воздействии.

Кендел щелкнула пальцами, и Лейлани, уверенно подойдя к столбу, провела ауспиком по всей его длине. Проверив показания, она нахмурилась и повторила процедуру, явно оставшись неудовлетворенной полученными результатами.

— Удивительно, — сказала она, и голос ее прозвучал глухо, словно издалека. — Если верить ауспику, то этот участок куда более стар, нежели металл в других частях коридора… — Девушка нахмурилась еще сильней. — Ему, должно быть, уже несколько миллионов лет.

Это был один из тех редких случаев, когда Рыцарь допустила раздраженный стон, прежде чем знаками приказать отряду выдвигаться. Все это было, конечно, весьма странно, но сейчас они не могли позволить себе зацикливаться на мелочах. Сестры зашагали дальше, приближаясь к брошенным клеткам, и тут Кендел поняла, куда именно они телепортировались. Они находились в том отсеке хозяйственных палуб «Валидуса», где содержались охотничьи звери ловчих отрядов.

Понимание пришло в тот самый миг, когда Амендера как раз пересекла некую невидимую черту и была погребена под неожиданным потоком ощущений. Дело было не в каком-то силовом барьере и не в переборке, отделявшей одну секцию коридора от другой, — просто секунду назад мир казался мертвым и неподвижным… и вдруг наполнился запахами и звуками. Вероятно, что время нарушило свой ход возле металлической колонны, и эти участки коридора располагались в разных измерениях.

Когда к ней приблизилась Нортор, Кендел увидела на лице Пустой Девы гримасу отвращения. Воздух казался густым от резкого, оставляющего медный привкус на языке запаха долгое время назад пролившейся здесь крови, тяжелого духа ржавчины, покрывавшей все вокруг, прозаичного смрада гниющего мяса и фекалий. Кроме того, в этом месте совершенно иначе воспринимались звуки — они стали более отчетливыми, более резкими. Услышав скрип и шорохи, доносящиеся из одного из разломанных вольеров, Амендера вошла и увидела внутри кучки мелких костей, плоти и белых перьев. Среди останков мертвого хищника также не трудно было заметить и поблескивающие на свету золотые псайкерские оковы.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:54 | Сообщение # 100



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Одна из Сестер-Вигиляторов нацелила болтер в том направлении, откуда исходил звук, и щелкнула рычажком на прикладе; прикрепленный к стволу фонарь включился, озаряя темноту овалом холодного белого света. Скрип прекратился, и во мраке зажглась пара глаз. Остальные Сестры тоже активировали фонари и увидели перед собой огромного мастифа с бледной шерстью, разглядывавшего Кендел и принюхивавшегося. Морда аугметированного пса была коричневой и влажной, а на спине его в такт дыханию позвякивали имплантированные стеклянные трубки с усиливающими препаратами. Подойдя ближе, Нортор защелкала пальцами, отдавая зверю цепочки команд, но тот не обратил на них ни малейшего внимания. Спустя несколько секунд мастиф отвернулся и опустил морду, возвращаясь к прежнему занятию. Сделав еще один осторожный шаг, Кендел смогла разглядеть, что пес согнулся над лужей крови, натекшей из ран на голове и шее одного из корабельных рабов. У мертвеца отсутствовала крышка черепа, а в руках он сжимал коломет, из тех, что выдавались Сестрам. Амендера несколько секунд разглядывала покойника — судя по всему, он воспользовался этим оружием, чтобы пригвоздить собственные ноги к палубе, выпустив длинные стрелы в каждую голень, а затем еще одну — в свободную руку.

— Он пытался распять себя, — заметила Лейлани.

Пес снова повернулся к ним, уголки его губ медленно поплыли вверх и в стороны, обнажая металлические зубы, в горле зародилось утробное рычание. Кендел услышала, как зашипела и забулькала жидкость в трубках. Неоднократно спускавшая этих зверей с цепи, Амендера отлично понимала, насколько опасными они могут быть, а потому покосилась на сестру Фессалию и сделала знак открытой ладонью:

«Огнемет».

Одним плавным движением Нортор сдернула оружие с пояса и выставила перед собой; раздалось шипение, на огнемете зажглась сигнальная лампа. Не успел охотничий пес прыгнуть на нее, оттолкнувшись от палубы стальными лапами, как его окатила струя пылающего прометия. Издав отчаянный визг, мастиф испустил дух, и отряд двинулся прочь, направляясь к внутренним люкам.

Кендел заметила, что сестра-послушница замешкалась над трупом собаки, и щелкнула пальцами. Покорно склонив голову, Лейлани последовала за наставницей.

Поводя фонарем из стороны в сторону, Рыцарь покосилась на молодую Сестру.

«Это не единственная смерть, которую нам доведется сегодня увидеть, — показала она. — Будь внимательна».

Вигиляторы шли впереди, и повсюду отряд видел трупы, лежащие вповалку друг на друге вдоль стен и внутри разломанных клеток. Рапторы, собаки, сервиторы.

Но ни одной Сестры.

Схема внутреннего устройства «Валидуса» хранилась в трубках памяти ауспика Лейлани, и, как только отряду удалось установить свое местонахождение, уже не составляло проблемы понять, какими путями следует воспользоваться, чтобы добраться до капитанского мостика Черного Корабля. Продвижение абордажной группы ненадолго прервалось, пока Фессалия передавала вокс-сообщение на «Аэрия Глорис». Стаккато щелчков сообщало остальным Сестрам, что все идет хорошо и в соответствии с планами. Впрочем, сестра-послушница могла только гадать, что именно из увиденного ими на борту этого корабля могло «соответствовать планам».

«Валидус» представлял собой просто склеп, дрейфующий в варпе; и если раньше корабль нельзя было назвать царством тишины, то теперь это название ему очень подходило. Лейлани не хуже других Сестер знала аварийные протоколы. Законы, по которым жили на Черных Кораблях, были суровы и неизменны: если экипаж не мог совладать с постигшей судно катастрофой, включались защитные системы, распылявшие по тюремным палубам Пожиратель жизни — биологическое оружие, обладающее ужасающей скоростью распространения и смертоносностью. Если все Сестры «Валидуса» погибли, так же как и найденные в коридорах рабы, все псайкеры тоже должны были быть уничтожены. Иначе почему абордажная группа была по-прежнему жива, а не оказалась растерзана в ту же секунду, как взошла на борт? Кроме того, несложно было понять: что бы ни послужило причиной смерти бедолаг, но это был не газ и не биологическое оружие.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:54 | Сообщение # 101



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Отряд продолжал спускаться все глубже в недра Черного Корабля, следуя длинными коридорами с лабораторными камерами, отгороженными от внешнего мира сферическими щитами из пси-токсичного фазового железа, проходя по мосткам, переброшенным между служебными палубами. Над их головами застыли на подвесных рельсах остановившиеся на полпути вагоны, прежде перевозившие экипаж и грузы с яруса на ярус огромного корабля; за их окнами был виден только тусклый свет ламп. В своем путешествии Сестры еще не раз сталкивались с загадочными аномалиями: места, где металл по непонятным причинам превращался в пыль или влажную массу; участок, где в воздухе совершенно неподвижно, словно на картине, висел дым; комнаты, стены, полы и потолки в которых были покрыты тонким, всего в одну молекулу толщиной, слоем человеческой крови. Все это казалось Лейлани нелепым, бессмысленным; скорее всего, здесь не обошлось без пагубного влияния варпа.

Наконец они вышли на командную палубу и оказались в широком коридоре, в дальнем конце которого был виден открытый амфитеатр мостика; вдоль стен тянулись проходы, уводящие к служебным помещениям. Там, освещаемые желтоватым светом люминосфер, лежали груды тел, выглядевшие так, словно паникующая толпа погибла одновременно, на бегу, и люди повалились друг на друга. Сестра Фессалия, возглавлявшая строй, неожиданно остановилась и подняла руку, призывая отряд последовать ее примеру. Лейлани услышала странный шелест, напоминающий шорох прибоя, накатывающего на песчаный берег. Прошло несколько секунд, прежде чем сестра-послушница поняла природу этого звука. Дыхание.

Внимательно присмотревшись к ближайшей груде тел — благодаря простой коричневой униформе с минимальным количеством украшений и знаков различия можно было понять, что все они когда-то были рабами, — она ужаснулась. Никто из них по-настоящему не был мертв. Глаза лежащих вповалку матросов невидящими взорами смотрели вдаль, словно люди эти впали в кататонический ступор.

Нортор слегка дотронулась до одного тела мыском сапога. Не увидев никакой ответной реакции, она опустилась на корточки и взяла ладонь раба в руку. А спустя мгновение сломала ему палец. Раздался влажный треск кости, но матрос даже не пошевелился.

Сестра Амендера, осторожно перешагивая через тела, направилась к диафрагме открытого люка у дальней стены; последовав за ней, Лейлани увидела спасательную капсулу. Как и весь коридор, она была заполнена телами. Одни были пристегнуты к креслам, другие просто лежали на полу. Как и остальные рабы на командной палубе, они были живы, но неподвижны. Послушница взглянула в лицо человеку, который, судя по погонам, был офицером мостика. Глаза у него были точно как у куклы: остекленевшие и бесконечно пустые.

— Что бы здесь ни произошло, но оно полностью выжгло их разум. — Девушка огляделась. — Всем. Всем и сразу.

У Лейлани запершило в горле, когда она представила себе, как эта сцена повторяется по всему «Валидусу», — как каждый член экипажа превращается в пустую оболочку, когда его сознание погибает в огне неистового мгновенного выброса ментальных сил.

— Во имя Терры, — прошептала она, — что же здесь произошло?

Вигилятор, стоявшая чуть дальше по коридору, постучала по стальной переборке, привлекая внимание остальных.

«Здесь нет Сестер», — показала она жестами.

«За мной», — приказала Рыцарь Забвения.

Вигиляторы растащили в стороны тела, преграждавшие проход к капитанскому мостику, и Сестры Безмолвия шагнули в просторный зал, держа оружие на изготовку, внимательно оглядывая каждый темный угол в ожидании нападения. Над овальной нишей управления была расположена длинная платформа, спроектированная так, чтобы командующий офицер мог стоять, словно капитан древних времен, облокотившись на поручни, и видеть всех своих подчиненных. На ней также располагались посты самых старших по званию членов экипажа, и широкие гололитические экраны образовывали над ними сияющую арку. Большинство дисплеев показывали только статические помехи, но некоторые по-прежнему функционировали, и бегущие по ним строчки данных в числовом виде отображали процессы, происходящие внутри автономных систем реактора и неспешную работу механизмов жизнеобеспечения. Лейлани обратила внимание, что на один из экранов поступал сигнал с внешней камеры; на нем был виден тупоносый профиль «Аэрия Глорис», — резко вырисовывавшийся на фоне красно-фиолетового ада варп-пространства. Остальные рабочие дисплеи были обрамлены темно-красным светящимся контуром, предупреждавшим об аварийной ситуации. Одна из Сестер-Вигиляторов внимательно изучила инженерную панель и пробежалась по кнопкам пальцами в кожаных перчатках.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:55 | Сообщение # 102



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


«Ликвидация не была запущена, — показала она. — Протокол уничтожения не применялся».

Нортор оторвала взгляд от консоли перед капитанским креслом:

«Журнал уцелел».

Вложив меч в ножны, Кендел знаком приказала сестре Фессалии продолжать. Пустая Дева ввела последовательность команд, и в ту же секунду ожила сеть вокс-динамиков, утопленных в стальные переборки.

Лейлани заметила человека в темном кепи командующего, растянувшегося в тени разветвляющейся под потолком опоры, — это его голос, записанный на инфобобину, звучал сейчас в сырой атмосфере мостика. Все отчеты были краткими и точными и разделялись трескотней числовых данных. Командующий докладывал о срочном сигнале, поступившем на корабль в обход стандартного протокола связи; это была едва слышная просьба, которая не понравилась астропатам «Валидуса» тем, что была как-то странно сформулирована. Также псайкеры жаловались на чувство тревоги и тошноту, вызываемые специфическим шумом, сопровождавшим сообщение. Настораживало их и эхо фазового сдвига. Однако послание сопровождалось шифрами, говорившими о том, что содержащие в нем указания одобрены высшими чинами Сестер Безмолвия. Послушница заметила, как нахмурилась Рыцарь. В полученном от Гарроды коммюнике не было ни слова о том, что «Валидусу» перед его исчезновением поступали какие бы то ни было особые указания.

Голос командующего поведал, что послание содержало одно-единственное распоряжение. «Валидусу» предписывалось остановиться в этой точке вечно бушующего варпа и ожидать следующего сеанса связи. Так они и поступили, но в итоге столкнулись с теми же аномалиями пространственно-временного континуума, которые абордажная команда уже видела на нижних палубах. Когда закончился этот отчет, Фессалия включила следующий.

«Это последняя запись», — указала она.

Вновь раздался голос командующего; он звучал так, словно принадлежал другому человеку. Его уверенные, спокойные интонации исчезли, как не бывало. Прислушавшись, Лейлани поняла, что явственно различает нотки самой обыкновенной паники. Офицер из последних сил заставлял себя сохранять самообладание. Он то замолкал, то начинал бессвязно бубнить, говорил то громче, то тише, повествуя об участи корабля.

Он рассказывал, что на тюремных палубах какое-то время царило подозрительное, неестественное спокойствие, а потом все неожиданно изменилось. Это было словно цунами, словно вспышка сверхновой; все псайкеры разом пробудились в своих камерах, сжигая системы сдерживавших их нейронных кандалов, — мощные препараты, призванные подавлять их способности, вдруг стали неэффективными. Астропатический хор «Валидуса» зашелся в крике. Отовсюду неслись вопли, плач и…

На этом командующий умолк.

«Последняя запись обрывается на этом месте, — сообщила сестра Фессалия. — Больше ничего нет».

Лейлани неожиданно замутило, ее словно всю вымазали в грязи. Мысль о таком числе вырвавшихся на свободу мятежных псайкеров была отвратительна ей. Это оскорбляло все то, ради чего сражались Сестры, и после всего этого ей страстно хотелось помыться.

Передернувшись от омерзения, сестра-послушница бросила взгляд на мостки, поднимающиеся от командной платформы. Они вели к единственному металлическому толстостенному люку, окруженному тяжелым чугунным кольцом, — он должен был открываться в узкий туннель, ведущий к обиталищу астропатов, при помощи которых корабли отправляли послания через межзвездные пучины. На всех звездолетах подобные помещения тщательно ограждались от всех остальных, поскольку даже пси-интерференция могла привести к ошибкам в их ювелирной работе. На Черных Кораблях этот вопрос приобретал тысячекратно большую важность.

Лишь самые квалифицированные, самые покорные астропаты годились для того, чтобы работать на судне среди всего этого пси-шума, и продолжительность их жизни была куда меньше, чем на других кораблях. Даже санкторум, изолированный от остальных помещений самыми продвинутыми технологиями, энергетическими полями и толстыми стенами, выполненными из пси-устойчивых металлов, мало чем мог им помочь. Лейлани поймала себя на размышлениях о том, что могло произойти с ними во время этого… пробуждения.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:55 | Сообщение # 103



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Оглянувшись, она обнаружила, что ее разглядывает Рыцарь Забвения. Сестра Амендера явно подумала о том же самом, поскольку отдала краткое приказание на боезнаке:

«Исследовать и оценить».

Угрюмо кивнув, Лейлани сбросила плащ, чтобы тот не мешал ей пролезть в узкий люк наверху. Расчехлив болт-пистолет, она проверила оружие и начала взбираться по лестнице, стараясь не выдавать того, как сильно дрожат ее руки.

Когда люк открылся, она увидела перед собой узкий сумрачный туннель, освещаемый тусклыми голубыми лампами. Не оглядываясь, Лейлани вошла в него, поводя по сторонам стволом пистолета. В затхлом неподвижном воздухе висел явственный запах разложения.

Вскоре она вышла в сферическое помещение с гладкими стенами. Свет давало кольцо слабых овальных ламп, бегущих по его экватору. Все поверхности от одного полюса до другого были исписаны изящным бисерным почерком. Зайдя в санкториум, Лейлани сразу же ощутила некоторую неправильность происходящего — и почти тут же к ней пришло понимание.

— Гравитация, — сообщила она громко. — Здесь есть гравитация.

Обычно астропаты предпочитали жить в невесомости, в санкторумах, защищенных от генераторов искусственного притяжения, чтобы спокойно парить в воздухе, не заботясь о такой столь примитивной, столь приземленной вещи, как ходьба. Но здесь антигравитационное поле не было включено, и, осмотревшись, сестра-послушница нашла взглядом искрящуюся панель, из которой были выломаны тумблеры управления.

Потом она увидела их и все поняла. Хор «Валидуса» состоял из трех астропатов; все они, поднявшись под потолок, сняли с себя балахоны и скрутили их в канаты, обмотав вокруг шеи и закрепив на потолке. Потом один из них, по всей видимости, разрушил систему управления.

Тела повесившихся псайкеров слегка покачивались на сквозняке, ворвавшемся в открытый люк. Тусклое освещение не позволяло по-настоящему разглядеть их лица, но Лейлани и так видела, что они превратились в раздувшиеся, окровавленные шары, — по всей видимости, перед смертью астропатов охватил припадок безумия, поскольку они ногтями исполосовали себя до мяса.

Увидев белое как мел лицо послушницы, Кендел сразу поняла, что произошло в санкторуме астропатов.

«Все цели самоликвидировались». Лейлани, не задумываясь, воспользовалась боезнаком, но Амендера не стала ее одергивать. Девушка сейчас была слишком потрясена увиденным. Моллита обладала куда более сильным характером, нежели готова была признать. — Рыцарь Забвения никогда бы не выбрала себе в спутницы слабака, — и, к сожалению, она отказывалась проявить себя во всей своей полноте. И именно это было основной преградой на ее пути к Клятве Безмятежности, знаку аквилы и званию настоящей Сестры.

«Приказы?» Сестра Фессалия встала перед Кендел, поигрывая оружием.

Рыцарь Забвения ненадолго задумалась, а потом качнула головой.

«Разделимся, — приказала Амендера. — Вигиляторы направятся к корме. — Кендел поднесла руку к груди. — Моя группа — к носовым отсекам. Необходимо прочесать все палубы».

Она свела руки вместе и сцепила пальцы. В одном из своих значений этот символ мог быть понят как «объединение», в другом — «столкновение» и даже как «смешение». Но сейчас он означал, что отряд должен найти и локализовать цель. Описывать задачу подробнее смысла не имело — вполне достаточно было и последних слов командующего.

«Мы найдем наших Сестер, — перешла Кендел на мыслезнак. — Это наш долг и святая обязанность».

Нортор сложила руки в знамении аквилы.

— Во имя Императора! — прошептала Моллита.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:56 | Сообщение # 104



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


Спустившись по лестнице, они словно очутились в ледяной пещере: под их ногами заскрипели льдинки и снег. Коридор, уходивший к тюремному отсеку, был устлан, словно покрывалом, серым маслянистым талым месивом. Этот морозный пейзаж скорее можно было ожидать увидеть зимним днем на каком-нибудь отсталом колониальном мирке, но никак не среди металлических стен космического корабля. Изо рта Кендел вырвалось облачко пара, и она вопросительно посмотрела на послушницу. Их группа сейчас находилась в глубинах «Валидуса», на приличном расстоянии от внешней обшивки, и межзвездный холод никак не мог проникнуть сюда. Рыцарь поднесла палец к встроенному в бронированный воротник переключателю вокса, чтобы связаться с Вигиляторами и узнать, не сталкивались ли они с чем-то подобным. Быть может, речь шла просто об очередной загадочной аномалии, каких было полно на этом заброшенном корабле.

Но неожиданное движение Нортор заставило ее замереть. Пустая Дева дернула головой, указывая на высокие колонны грязного льда, выросшие в одном из углов. За ними виднелось какое-то шевеление… и пар чьего-то дыхания.

— Кто здесь? — озвучила общий вопрос сестра-послушница. — Назовите себя!

Кендел ощутила хорошо знакомую тяжесть в затылке. Нечто сродни предчувствию перед грозой или же отдаленному эху. Она только и успела, что сжать увенчанную орлиной головой рукоять меча, когда из-за ледяных глыб выскочила фигура и бросилась на Сестер, скользя по снежному месиву.

Это был мужчина, с головы до ног покрытый коркой инея; на одной его ноге болтался железный обруч с приваренным к нему обрывком цепи. Амендера увидела кривую ухмылку и безумно расширившиеся, удивительно белые глаза. Ладони псайкера окутались облачками пара, и Рыцарь ощутила, как падает температура. Он ловил снег, образующийся во влажном воздухе, и превращал его в ледяные клинки.

Кендел была хорошо знакома с этой породой: криокинетик. Она вскинула руку, останавливая Нортор, уже собиравшуюся вогнать в него болт, и позволила колдуну подойти ближе. Его босые ноги громко шлепали по заиндевевшей палубе.

Спустя мгновение Рыцарь увидела в его глазах выражение, какое появлялось у всех ее прежних жертв, когда те наконец осознавали, что происходит. Псайкер так торопился дотянуться до нее, что и сам не заметил, как перешел тонкую призрачную черту, за которой на него начал влиять ген парии. Он угодил в невидимый круг, внутри которого Неприкасаемая обращала в небытие всякое влияние варпа. У всех Сестер великий дар Тишины проявлялся по-разному и с разной силой; в случае Амендеры речь шла о широкой незримой сфере, окружавшей ее и подавлявшей способности псайкеров тем надежнее, чем ближе они подходили.

Криокинетик споткнулся, снежный вихрь вокруг его рук развеялся, а лед разлетелся множеством осколков. Кендел посмотрела ему прямо в глаза предостерегающим взором и покачала головой.

Псайкер оттолкнулся пятками от земли и прыгнул. Даже зверю хватило бы ума испугаться и отступить перед подобной преградой, но если этот человек и обладал чувством самосохранения, то давно уже его утратил. Он бесстрашно закричал и бросился на Рыцаря Забвения.

Сколь бы ни был развит у Сестры эффект парии, но защищал он только от чар, телепатии и прочих колдовских трюков, а против любого физического воздействия — попадания из огнестрельного оружия, удара мечом или когтями — был абсолютно бесполезен. Однако Сестры Безмолвия не зря годами тренировались в Схола Беллус на Луне. Кендел спокойно, практически небрежно отмахнулась от противника, обрушив тяжелую рукоять своего оружия на его череп. Раздался глухой звук удара, и псайкер, рухнув на колени, откатился в сторону по насту.

— Ты что, не видишь, кто перед тобой? — спросила Лейлани. — Тебе нечего противопоставить нашей Тишине.

— Вы не слышите! — закричал колдун, срываясь на глухой лай. — Если не слышу я, то и вы не должны! — Он вскочил на ноги и снова бросился к Кендел. — Ты не должна этого слышать!

В том, что он совсем спятил, не оставалось никаких сомнений.

По всей видимости, выброс пси-энергии, спаливший мозги рабам и сервиторам, задел его только краем и псайкер сумел воспользоваться всеобщей паникой, чтобы сбежать из камеры. Впрочем, это не имело никакого значения. Все равно теперь от него не было никакого толку.

Рыцарь Забвения шагнула ему навстречу, сжимая полуторный меч обратным хватом. В последнюю секунду она прокрутила оружие в руках так, чтобы противник напоролся на клинок шеей, и позволила инерции закончить начатое дело. Из обезглавленного тела ударил фонтан крови, заливая грязный снег. Золотую броню Кендел забрызгало алым, но кровь, бившая из рассеченных артерий, быстро иссякла. Амендера переступила через остывающий труп и направилась дальше, роняя с клинка теплые, парящие на холоде красные капли.
ТерминаторДата: Суббота, 26.01.2013, 20:56 | Сообщение # 105



Хранитель Черной Библиотеки


Сообщений: 8153
Награды: 2
[ 10 ]


«Как думаешь, что он хотел сказать? — Сестра Фессалия поравнялась со своей предводительницей. — Он говорил что-то про „слышать“. Быть может, это как-то связано с последним сообщением, поступившим с этого корабля?»

Кендел коснулась подбородка кончиками двух пальцев, и Нортор медленно кивнула, соглашаясь с ней.

— Голос, — прошептала Лейлани. — Но что это значит?

Спускаясь ниже, они стали замечать новые странные нотки в окружающей атмосфере. Воздух словно становился гуще, все вокруг было просто пропитано сальным металлическим запахом, оставлявшим омерзительный привкус, от которого никак не удавалось избавиться, сколь бы часто ни прикладывалась Лейлани к трубочке с водой, запас которой хранился в ее кирасе. Послушница видела, что Рыцарь Забвения и Пустая Дева ощущают то же самое; на их лицах возникло настороженное, мрачное выражение, как только отряд вошел во внешнюю секцию тюремной палубы, где размещались камеры для наименее опасных обитателей. Лейлани наугад заглянула в несколько кают и увидела, что во всех пол покрыт странной влажной массой, которая, возможно, когда-то была телами, если, конечно, существует на свете пламя, способное растопить плоть подобно воску. Воздух был неестественно неподвижным и настолько густым, что стал ощутимым. Послушница чувствовала кожей лица его призрачные прикосновения, подобные тем, что испытываешь, когда попадаешь в тончайшую паутину.

Фессалия Нортор, шедшая впереди, неожиданно сбилась с шага и замерла, и Лейлани тоже остановилась, приготовившись к встрече с очередным спятившим псайкером или к тому, что сейчас покажет свой уродливый лик какое-нибудь удивительное порождение варпа. Но Пустая Дева спокойно повернулась к спутницам и показала:

«Сестра».

Они нашли ее посреди одного из помещений; женщина сидела на темной железной палубе, скрестив ноги и задумчиво склонив голову. Руки Сестры лежали на изящной рукояти обнаженного меча. Лейлани было хорошо знакомо то особенное спокойствие, которым лучилась сейчас эта Сестра, — полнейшее отсутствие эмоций и движения. Это состояние, за неимением лучшего слова, называли Тишиной.

Губы женщины шевелились беззвучно, но послушнице достаточно было распознать буквально пару слов, чтобы понять, какую из литаний читает сейчас незнакомая Сестра.

— Мы Преследователи, и не уйти нашей Добыче. Мы Воины, и горе тому, кто осмелится выступить против нас… — Лейлани, осознав, что произнесла это вслух, смутилась и покраснела.

Увидев, как помрачнела Амендера, послушница вновь посмотрела на обнаруженную ими Сестру. С почти целиком выбритой головы безжизненно свисал единственный пучок ржаво-рыжих волос, пропитавшихся потом. Бледно-розовый шрам, изуродовавший левую сторону ее лица, пересекал скулу и спускался по шее подобно стрелке, указывая на молнии, выгравированные на наплечных пластинах. Поскольку эта женщина обладала тем же званием, что и Кендел, у Лейлани не осталось никаких сомнений, кто сидит перед ними.

Сестра Имрилия Геркаази из Белых Когтей зашлась сухим кашлем и открыла глаза, нарушая свою боевую медитацию. Левый пересеченный шрамом глаз женщины заменял аугметический протез из синего стекла и позолоченных деталей. Командир «Валидуса» холодно, оценивающе разглядывала послушницу.

Геркаази полностью проигнорировала протянутую Нортор руку и поднялась самостоятельно, стряхнув с себя неподвижность. Взгляды Имрилии и Амендеры встретились; вся нижняя половина лица женщины была скрыта под маской в виде решетчатых ворот, но послушница готовы была поклясться, что губы Геркаази скривились в усмешке.

«Я, конечно, знала, что кто-нибудь придет за нами, — показала Рыцарь Белых Когтей, — вот только ни за что бы не подумала, что это окажешься ты».

«Нас выбрал жребий, — с ледяным выражением лица ответила Кендел. — Штурмовые Кинжалы идут туда, куда им приказывают идти».

Конфликт между двумя Рыцарями был столь явным, что Лейлани не могла не вспомнить слухи о старом соперничестве между Кендел и Геркаази. Одна знакомая послушница как-то рассказала ей, что обе Сестры когда-то плечом к плечу выступили против огненной ведьмы на Шеол Тринус. Имрилия отказалась отступить перед натиском могущественного противника и перегруппироваться и была ранена горящими обломками, а впоследствии возложила всю вину на Кендел, отказавшуюся остаться и помочь. Прежде Лейлани полагала эту историю пустой байкой, но теперь, видя застарелые рубцы на лице Рыцаря отделения Белых Когтей, готова была признать, что в слухах была заключена толика правды.
Форум » Либрариум » Книги Warhammer 40000 » Легенды Ереси (Ересь Хоруса)
Страница 7 из 13«12567891213»
Поиск: